Чтение онлайн

– Энни это нравилось?

– Конечно. У нас был чудесный брак. Но она так не наслаждалась этим, как ты. Ты выкладываешься целиком. Ты ничего и никого не замечаешь вокруг и не чувствуешь, кроме наших тел. Ты полностью поглощена любовью.

– Что же я могу поделать, раз я такая ненасытная.

– Дело не в этом.

– Ну, гиперсексуальная.

– Дело не только в сексе, – возразил он.

– Ты не собираешься сообщить мне, что ты восхищен моим умом?

– Как раз об этом я и собирался тебе сказать. Ты умеешь всем наслаждаться.

Я видел, как ты смаковала стакан воды – другие так дегустируют хорошее вино. – Он провел пальцем у нее по груди. – У тебя настоящая страсть к жизни.

– У меня и у Ван Гога.

– Я серьезно.

Она немного подумала.

– В колледже друзья говорили мне то же самое.

– Ах, вот как?

– Но если это так, – продолжала она, – то благодарить надо моего папу.

– Да? – Он подарил мне такое счастливое детство.

– Твоя мама умерла, когда ты была еще ребенком?

Она кивнула.

– Она умерла во сне. Кровоизлияние в мозг. Еще сегодня она была здесь, с нами, – а назавтра ее не стало. Я никогда не видела ее больной, страдающей, а это очень важно для ребенка.

– Ты убивалась, я уверен.

– Какое-то время. Но папа изо всех сил старался, чтобы я не горевала. Он непрестанно делал мне подарки, постоянно исторгал из себя шутки, игры, смешные истории – все двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Он точно как ты не хотел, чтобы ребенок оплакивал смерть матери.

– Только бы и мне удалось это так же успешно, как Сэму…

– Даже, может быть, чересчур успешно, – заметила она.

– Что это значит? Вздохнув, она отозвалась:

– Иногда мне кажется, лучше бы он тратил меньше усилий на то, чтобы сделать счастливым мое детство, а больше на то, чтобы приспособить меня к реальной ЖИЗНИ.

– Ах, нет, не думаю. Счастье – такая редкость в этой жизни. Не отталкивай его. Хватай каждую минуту, которую оно тебе предлагает, и не оглядывайся назад.

Она покачала головой, совершенно не убежденная в его правоте.

– Я была слишком наивна. Ну, сущий Божий одуванчик. До самого замужества.

– Неудачное замужество может быть и у искушенной, и у невинной в равной мере.

– Конечно. Но искушенная все равно не ощущает такого удара.

Его рука медленно бродила по ее животу.

Поглаживания действовали возбуждающе. Она уже снова хотела его.

Он заметил:

– Если ты будешь заниматься самокопанием, у тебя совсем опустятся руки. Тебе нужно забыть прошлое.

– Ах, я могу это запросто сделать. И его забыть, мужа моего. Никакой беды нет, все вопрос времени. Да и времени нужно совсем немного.

– Тогда в чем же дело?

– Больше я уже не та невинная простушка. Господи Боже, давно нет! Но наивность? Я не уверена, что кто-нибудь способен за одну ночь превратиться в циника. Или даже стать просто реалистом.

– Вместе у нас должно получиться, – сказал он, касаясь ее груди. – В этом я уверен.

– Иногда

я тоже в этом уверена. А больше всего на свете мне омерзительна именно уверенность.

– Выходи за меня, – предложил он.

– Как это мы опять вернулись к тому же?

– Я попросил тебя выйти за меня замуж.

– Не хочу нового разочарования.

– Я тебя не разочарую.

– Намеренно – конечно нет.

– Нельзя же жить, не попытавшись рискнуть.

– Я пробую.

– Это будет одинокая жизнь. Она поморщилась.

– Давай не будем портить день.

– Для меня он не испорчен.

– Ну, а для меня очень скоро испортится, если мы не переменим тему.

– О чем же более серьезном мы можем говорить? Она усмехнулась.

– По-моему, тебя сводит с ума моя грудь. Может, о ней и поговорим?

– Дженни, давай серьезно.

– А разве я не серьезна? Мне кажется, моя грудь вполне заслуживает того, чтобы говорить о ней часами, – Ты невозможна.

– Ладно, ладно. Не хочешь говорить о моей груди, не будем говорить о ней, как бы чудесна она ни была. Вместо этого – мы поговорим о твоем члене.

– Дженни.

– Мне хотелось бы попробовать его. Пока она говорила, его член затвердел, стал упругим.

– Биология победила, – констатировала она. – – Ты распутница.

Она рассмеялась и попыталась сесть. Он снова повалил ее на спину.

– Я хочу его попробовать, – повторила она.

– Потом.

– Сейчас.

– Сначала я отделаюсь от тебя.

– И, как всегда, сделаешь все по-своему?

– На этот раз да. Я сильнее тебя.

– Теория самца!

– Как скажешь. – Он целовал ее плечи, грудь, руки, ее пупок и бедра. Мягко провел носом по пушистым волосам внизу живота.

Она вздрогнула и заметила:

– Ты прав. Женщина первой должна получить удовольствие.

Он поднял голову и улыбнулся ей. Улыбка у него была обаятельная, совсем мальчишеская. Глаза такие чистые, такие голубые и теплые, что она почувствовала, что растворяется в них.

"Какой ты восхитительный мужчина!" – подумала она. Голоса горного леса затихали, она слышала лишь биение своего сердца. Такой прекрасный, такой желанный, такой нежный мужчина. Очень, очень нежный.

Дом стоял на Юнион-роуд, в одном квартале от городской площади. Бунгало с белой отделкой. Очень миленький домик. Окна с зелеными рамами и такими же ставнями. Под навесом крыльцо со скамейками вдоль перил и ярко-зеленым полом. С одной стороны перила заканчивались частой решеткой до потолка, которую увивал плющ, а с другой росли густые кусты сирени. Выложенная кирпичом дорожка был обсажена ноготками. Перед домом – большая белая керамическая ваза с летуньями. Согласно табличке на декоративном фонарном столбе возле калитки домик принадлежал Маклииам.