Чтение онлайн

— Мой брат выжил лишь потому, что ты присматривал за его здоровьем. Но, живя среди безъязыких горилл, Джиб прозевал возраст, в котором ребенок еще может научиться разговаривать.

— Я понял это слишком поздно, — отозвался Бойгур. — Когда я сообразил, что мозг и нервная система ребенка, который не слышит человеческую речь с раннего возраста, становятся к ней невосприимчивой, с Джибом же ничего нельзя было поправить.

— И мой брат навсегда остался немым, как горилла, — подытожил Рас. — Стал умственным калекой. Лучше бы уж он тоже умер от пневмонии.

— Так получилось не нарочно, ты же понимаешь, — искренне огорчился Бойгур. — Я действовал лишь с самыми благими намерениями.

— Он

мог выговорить всего три или четыре слова, — сказал Рас. — Я научил его произносить «Уэсс». Мое имя. Точнее произнести он был не способен.

Горло Раса внезапно перехватило удушьем, в груди закололо. Юноша заморгал влажными ресницами.

— Никто больше меня не сожалеет о том, что Джиб мало отличался от идиота, — вздохнул Бойгур. — Но человек учится лишь на собственных ошибках. Ты, в конце концов, не идиот. Далеко не идиот. Напротив, настоящий супермен.

Где-то вдали, в этом дымчатом мире за вершинами скал, существовали две могилы. В одной, умерев с горя после кражи третьего сына, покоилась мать. Родители тогда уже перебрались в Англию, надеясь, что уж там-то ребенку не будет угрожать опасность похищения. Но, несмотря на всю их бдительность, на множество нанятых телохранителей, их не замедлило постичь новое несчастье. Спустя всего лишь год после смерти жены Айвор Торсбайт бросился за борт в проливе Ла-Манш.

А Бойгур, знающий, что воспитанный обезьянами ребенок не может остаться человеком — по крайней мере не в этой Вселенной, — решил заменить обезьян лилипутами. Ему как раз подвернулась небольшая бродячая труппа, обвиняемая в убийстве и грабеже, совершенном в Аддис-Абебе, и он, пустив в ход связи и деньги, добился для них освобождения. За это лилипуты согласились вырастить и воспитать ребенка. Согласились поселиться для этого в долине, затерянной посреди Мандебских гор Пообещали прикидываться при этом обезьянами — ребенок, ничего не ведающий о разнице между людьми и приматами, должен был поверить. После того как Расу исполнилось бы восемнадцать, им полагалась свобода.

Маленький Рас был привязчивым и добрым ребенком, но вместе с тем бесстрашным и независимым. Настолько бесстрашным, что Бойгур окрестил его Расом Тигром — «Рас» в переводе с амхарского означало «Властелин», а второе имя малыш получил в честь нормандского предка, основателя рода Беттриков.

Многие вещи прояснялись теперь, но еще больше возникало и вопросов. Почему Мирьям столь многого смущалась и то и дело приходила в замешательство? Может, она и была слегка не в себе, но не злая и любила Раса как собственного сына. Рас отвечал ей тем же, да и всех прочих амхарских лилипутов он любил так же сильно, как Юсуфу, своего отца, лилипута арабского происхождения.

Хижина у озера в точности повторяла ту, что была построена родителями Тарзана, хижину из первой книги о нем — теперь Рас понял, что означали в ней два человеческих скелета и один крохотный — детеныша гориллы. Понял, почему нашел в ней охотничий нож, почему должен был учить английский самостоятельно, по книгам — предполагалось, что так поступал Тарзан. Но Расу больше нравилось рисовать на бумаге карандашами, пытаться запечатлеть зрительные образы, как это делалось на картинках из тех же книг. Вот Юсуфу и пришлось маленько подтолкнуть его с изучением английской грамоты, но старался он это сделать за пределами досягаемости невидимых ушей и глаз Бойгура. А позже он научил Раса и говорить на английском, правда, с сильной примесью суахили, который был родным языком его матери. Юсуфу делал это в глубокой тайне от Бойгура — узнай тот о нарушении его приказов, он убил бы непокорного лилипута.

В той же хижине Рас обнаружил золотой медальон с портретом очаровательной женщины

внутри. Рас носил его на шее целых шесть месяцев, пока тот не пропал, украденный, видимо, мартышками за время купания в озере. Теперь только он узнал, что носил на шее портрет своей родной матери.

Много чего еще находилось в этой хижине, но все сгорело во время пожара.

— События идут своим собственным путем, постоянно выходят из-под контроля, — буркнул Бойгур, точно недовольный тем, что не до конца был властен над окружающей реальностью.

— Но почему ты убил мою мать? — спросил Рас. — И почему убил ее стрелой вонсу, заставив меня поверить в их виновность?

— Твою мать?! — ошеломленно захлопал ресницами Бойгур. И тут же сообразил. — А, ты имеешь в виду Мирьям. Это было совершенно необходимо, сынок. Приемная мать Героя была поражена прямо в сердце стрелой черного дикаря, а Герой отомстил и убийце, и всему его племени. Надежды на то, что вонсу доберутся до Мирьям, сами, практически не было — слишком великий ужас перед Страной духов посеял я среди них еще до твоего рождения. Они сторонились плато, как чумы. Поэтому пришлось пойти на маленькую хитрость — мы убили Мирьям, ты же отомстил за ее смерть. Помимо всего прочего, эти вонсу заслужили наказание — они ведь развратили тебя, испортили. Ты спал с их женщинами, а Герой такого никогда не делал. Да, я желал им смерти и хотел, чтобы ты осуществил месть своими руками, вернув себе тем самым свое истинное предназначение. По крайней мере эта часть Книги осуществилась в точности.

Рас, подавив горячее желание размазать старика по стене, спросил:

— Зачем твои люди, что были в вертолете, перестреляли вонсу всех до последнего? Я уже и так собственноручно перебил почти всех воинов. Да, я был окружен, но их оставалось всего ничего. Зачем же нужно было убивать детей и женщин? Ты не должен был этого делать!

— Это вина тех двух кретинов на вертолете, — раздраженно отозвался Бойгур. — Они решили, что ты в большой опасности, и открыли огонь. И не сумели вовремя остановиться — так они мне объяснили, во всяком случае. Эти двое знали о моей нелюбви к вонсу и не видели в содеянном ничего страшного. Я отчитал их за самодеятельность и превышение полномочий, но дело было сделано.

— Почему ты преследовал Еву Рантанен? Почему пытался убить и ее?

— Ей не следует здесь находиться — этого не было в Книге! Она может все испортить, поломать весь сценарий! Я привез для тебя девушку, Джейн Поттер, прекрасную блондинку из Балтимора, девственницу, почти в точности отвечающую всем требованиям Книги. Через два-три дня я готовился инсценировать ее побег и случайную встречу с тобой. Ей, правда, недоставало силы воли — вместо того чтобы думать о побеге, впала в истерику, пыталась покончить с собой, объявила голодовку.

— Где ты ее украл?

— Она приехала с отцом-профессором на сафари в Кению. К сожалению, отец был не стар и не безумен, как мне требовалось. Но нельзя же заполучить сразу все, приходится идти на компромиссы. Во всяком случае, девушка оказалась очень близка к описанию Мастера.

У Раса от обилия сведений уже голова распухла, но он все же уловил, что речь идет о сходстве похищенной девушки с литературным персонажем.

— Стало быть, ты сумел взобраться на скалу, — задумчиво протянул Бойгур после паузы. — Кто бы мог в это поверить? Хотя, если такое было по силам Герою, почему бы и тебе не справиться? Нет, все-таки я победил, я не ошибся. Ты совершил все то же, что и Он, или смог бы совершить, доведись тебе это. Сожалею лишь, что не успел устроить тебе поединка со львом, что не помог обзавестись друзьями среди слонов и не свел в рукопашной с гориллой-самцом. Но ты еще так молод...