Чтение онлайн

Генерал сдержал своё обещание, всё прошло без приключений, нам даже дали полный рюкзак суточные пищевых рационов. Ховеры выпустили через шлюз и мы покатили по темному Вивусу. На горизонте небо уже посветлело, предвещая новый день, полный проблем. Сзади, довольно далеко, замелькали огни фар, преследователи представляли скорее эскорт, а не погоню. Недалеко от памятного обрыва, где нашли свой конец Борг с Морганом мы остановились и высадили Люта, вручив нож. Он был серьёзен и хмур. Из броневика вышел Вендель, озиравшийся вокруг, похоже, он до последнего момента не верил, что его отпустят. Машины покатили дальше, оставив генерала с полковников

выяснять, кто из них главный и более удачливый. Я не сомневался, что Стоун даст нож и Венделю. «Всё должно быть честно, мы же не убийцы!» - за этой мыслью последовала горькая усмешка.

Глава 22. Дорога к цели.

До свалки было примерно пять дней пути. Даже по меркам Вивуса, путь предстоял неблизкий и что самое главное очень опасный. Один капитан оказался бывалым рейдером и не раз ездил за пополнением материальной части. Он рассказал нимало страшилок, так что я даже начал сомневаться в нашей затее. К счастью, броневик имел достаточный запас топлива, нам пришлось лишь перегрузить часть провизии для нужд Африки и Стоуна. К себе они взяли ещё только одного лейтенанта. Поэтому в ховере было тесновато, мы собирались в дальнюю дорогу и закинули в кузов всё, что только могли достать и на лишних попутчиков не рассчитывали.

Сама свалка располагалась далеко от заселённых секторов. Нам предстояло обогнуть сектор креветок и углубиться в дикие территории, проехать у подножия высокой гряды, и оказаться на границе со стеклянными полями. Поговаривали, что в этом районе встречаются жуткие твари, в сравнении с которыми дракон, воспринимается, как комнатная зверюшка. С территории стеклянных полей ещё никто не возвращался, да и не видели их толком. Рассказывали лишь про странный блеск, и выровненную поверхность без единого холмика, следы применённого когда-то сверх мощного оружия.

Свалкой же называли самую обыкновенную свалку. Сюда неизвестные на своих кораблях свозили разбитую технику, с ближайших техноарен. Конечно, большинство экспонатов представляли собой откровенно оплавленный хлам, но встречались и очень достойные вещи. В Вавилоне сразу смекнули, что свалка может стать абсолютно бесплатным источником оружия, боеприпасов и машин. Туда отправлялись экспедиции, привозившие мощное вооружение, которое позволило Вавилону заставить всех соседей себя уважать. Но о свалке знали не только люди, поэтому нередко на её подходах шли бои. В рейды отправлялись большие группы в несколько сотен человек. Многие не возвращались. Мы же сейчас ехали всего на двух машинах. Нам следовало рассчитывать на чудо и бездну везения, потому что в последнее время свалку облюбовали бородавочники. Две последние экспедиции вернулись в половинном составе, так и не добравшись до гор. Но и это было, пожалуй, не самой главной проблемой, потому что наша конечная цель располагалась за стеклянными полями.

На первую ночевку мы остановились в ложбине за пологим холмом. Ехать ночь крайне опасно, во первых из-за опасности повредить ховер, а во вторых их-за демаскирующего света фар. Местность вокруг превалировала открытая, так что подобраться к нам незаметно было сложно. На вершине холма люди Ковальского оборудовали пост.

Я сидел рядом со Стоуном и смотрел на суету Ковальского.

 - Скажи Русский, зачем они нам. Ковальский обязательно сподличает. Давай ударим из автоматической пушки и двинем дальше. – с усмешкой сказал Стоун.

 - Я знаю Стоун, но я устал от крови. Если мы это

сделаем, то я перестану быть собой. Зачем тогда мы едем чёрте куда! – мой голос предательски задрожал.

 - Хорошо, Русский, это я просто к слову. Не пойму тебя. То ты парень с каменными шарами. А то вот так! Наверно поэтому я и иду с тобой Я сам уже давно устал от крови, от этой вечной войны.

К нашей беседе присоединился повеселевший Ковальский:

 - Жизнь прекрасна Суворов. В такие минуты она прекрасна. Друзья, походный костер, тихая ночь! – с деланной восторженностью сказал он опускаясь рядом.

– Не вижу костров. Да и ночь может быть не тихой. Зачем пришел Ковальский. Говори и проваливай. – грубо ответил Стоун.

 - Это аллегория Стоун. Костров Вивус давно не знал, здесь когда-то бушевал пожар выжегший всю планету. Я к вам пришел сказать, что мы все идем с вами до конца.

 - Зачем Ковальский! И вы хоть знаете куда? – спросил я, немного помолчав.

 - Да знаю. И про вашу татуировку, и про башню. Знаю! Уж не обессудьте, Лена со мной всем делится. И знаете, я хотел бы в этом участвовать. Мне надоело выживание, а хочу иметь цель. А у вас великая цель Артём! Разрешите мне сделать её и своей тоже. – он сделал паузу и продолжил, - Я всё потерял, и то что я делал не всегда выглядело хорошо. Я думал, что это во благо, но как теперь понял, это было только для меня. Я эгоист, властный, самовлюбленный. Но сейчас наступил такой момент, когда мне не к чему стремиться. Вы очень многое сделали просто так, по доброте, или повинуюсь каким-то иным чувствам. Там на арене, в Калдроне, даже в Вавилоне. Вот, например, я грешный. Я не тешу себя надеждой, что вы не смогли справиться с Леной. Стоун развяжет язык кому угодно. Вы просто меня спасли, потому что пожалели. Разве я не прав?

 - К чему столько лирики, переходи к делу! – встрял в разговор Стоун.

 - В общем Суворов, если кто-то и может что-то изменить, то только такой человек, как вы. Я пойду с вами до конца. Можете меня не бояться. Я был бы рад стать вашим спутником в этом предприятии.

 - Если вы не врете Владислав, то я тоже рад. Нам нужны люди, дело предстоит очень опасное, с неизвестным финалом. – дал я своё согласие.

 - Тогда по рукам! - он встал и протянул руку.

 - Хорошо, Владислав. Завтра рано вставать, хорошенько отдохните. – и я пожал его руку в ответ, под скептический взгляд Стоуна.

 - Что думаешь? – спросил мой напарник, когда Ковальский удалился, показывая всем видом недоверие к сказанному.

 - Не знаю. Может врет, а может и нет. Что им ещё делать, вокруг чужие, в Вавилон не пустят, ближайшая колония людей уничтожена. Полис эвакуировался. Нужно верить в людей. Мы хоть и очень жестокие создания, но в нас и добра много. Остаётся только верить! – ответил я.

 - Знать бы ещё, что такое добро, и во что верить, – пробурчал Стоун, - Но в броневик я их всё равно не пущу.

Наступил утро, и мы двинулись в путь. На удивление, новый день не принёс ничего неожиданного. Мы понаблюдали парочку драконов, прицепившуюся к скале, подозрительный пылевой вихрь и всё. Ковальский хоть и никуда не дел свои властные замашки, вёл себя аккуратней. День закончился спокойной ночёвкой. Его люди менялись на дежурстве и смотрели на меня с интересом, без всякой враждебности. Кривых взглядов я, по крайней мере, не заметил. Такая волна дружелюбия, к человеку, ведущему их на смерть очень настораживала.