Чтение онлайн

— Шестое чувство находится, где у меня? — Удивился, поддерживая разговор. — А я думал, что один как дурак чувствительный.

— У тебя там — интуиция, у меня — знание жизни.

— Отбой. Экспедиции спать. — Светка зажала уши руками. — Не могу больше слушать ахинею. Постоянно мыслями грузите.

— Могли бы грузиться друг другом. — Мечтательно протянул Кузя, но заметив яростный взгляд начальницы, спешно поправился. — В фигуральном смысле, в фигуральном. Понял гражданин начальник. Молчу. Сплю. Хр-р-р…

— Идиоты. — Вздохнула горестно Светка

и бросив подозрительный взгляд, перешла на другую сторону костра, так и не уточнив, кого именно имела ввиду.

— Спокойной ночи, дорогой руководитель экспедиции. — Пожелал начальнице, злорадствуя в душе. План составлен, исполнители готовы и полны решимости восстановить поруганную честь. Начинается ночь длинных ножей… Варфаламей, выходи. Гугеноты трепещите.

Ночь темна и пугающа. Темнота страшна. Мысли тяжелые, упертые. Время черных дел и темных идей. Слабый прячется в укромном месте дрожа от страха, сильный беззаботно спит, шакал выходит на охоту.

— Сколько до обеда?

— Полтора часа.

— Тоска. Как назло утром не позавтракал.

— Дома нужно ночевать, у матери. Родители в первую очередь о родном ребенке думают.

— Мы не думали, а делали.

Ночью дворцовый переворот не состоялся. Тайный заговор, пролетел фанерой над Парижем. Обожравшись неизвестных плодов, Кузя целую ночь бурчал животом и бегал в ближайшие кусты, не давая нам со Светкой спать.

Утром встали не выспавшиеся и злые. Позавтракав на скорую руку, экспедиция, двинулась в путь.

Кузя чувствуя вину, непрерывно подлизывался ко мне, всячески демонстрируя сыновью преданность и послушание. Давно бы так. Неужели чтобы начали уважать надо что-то натворить? Но радует. Совесть у Кузи есть. В зачаточном состоянии, но существует.

Дорога завернула за очередную скалу и мы вышли на простор. Горы расступились и глазам, отрылась широкая долина. Красиво. Ручей расправил плечи и стал неширокой речкой, петляющей в заросших высокими растениями берегах. Полюбовавшись открывшимся пейзажем, Светка нахмурилась и впервые за утро, подала голос.

— Приехали. Мы на границе наших земель. Дальше обычно не ходим. К полудню придем в деревню, к соседям. На ярмарке что ни будь узнаем.

— Наконец-то живое дело! — Ожил Кузя, потирая руки. — Дайте шанс и через пару часов, узнаю что необходимо. Мне бы денег, любой язык развяжу.

— Успокойся заср… — Начала Светка, но справилась с раздражением. — Твоя роль — молчать и слушать старших. Разговаривать будем мы с Васей.

— Вы наговорите. — Злорадно усмехнулся Кузя. — Да если б ночью не заболел живот, мы бы…

— Что, вы? — Не поняла Светка, окинув подозрительным взглядом, блудливые физиономии. — Ну-ка, ну-ка. Рассказывай. Опять что-то замышляли?

— Мы? Никогда! — Гордо отринул подозрения Куртуаз и попытался перевести разговор в другое русло. — Не хотите помощи, не надо. Пыхтите сами. Умолкаю на веки. Там девы живут?

— Девы. — Светка фыркнула и презрительно скривилась. — Дуры полные,

но хитрые, как всякие селянки. Чтобы не было проблем, придется маскироваться.

— Зачем? Мы и так красивые. — Кузя гордо подбоченился и молодцевато прогарцевал, размахивая лошадиным хвостом. — Чем не рысак?

— Во-во. Именно рысак. — Согласилась Светка и добавила. — Но молчаливый. Пегасов в селении много. За лошадь сойдешь. Понял? Смотри. Нарушишь запрет, — продам в колхоз на сенокос. Разрешаю только фыркать и ржать. Сумеешь?

— Куда деваться? Попробую. — Вздохнул Кузя и задрав голову вверх, печально проржал. — Иго-го-го…о-о-о… ууууууу…

— Молодец. — Светка обернулась ко мне и оглядев критическим взглядом, хмыкнула. — Не красавица, но как говорит народная мудрость — нет некрасивых дев, — есть мало косметики. Будешь изображать соплеменницу. Из новеньких.

— Зачем прикидываться? Выгляжу хорошо. — Воспротивился, поправляя сползающую с плеча простыню. — Не хочу быть крашенной. Побрякушки на шее не нужны. И уши прокалывать не дам.

— Вот еще, уши. Чтобы проколоть, необходимо заслужить. — Задумчиво перечислила предстоящие экзекуции. — Вымоем, щеки побреем, накрасим ресницы и губы. За третий сорт сойдешь. Говорить тонким голосом сможешь?

— Вопросов нет, пропищать девичьим голосом. Но зачем приукрашивать красоту? Пусть оценят реальную действительность — идет достойный мущинка. Прынц. Быстрее информацию выудим.

— Хочешь участвовать в коллективных экспериментах? Гляди. Твоя воля, но потом не обижайся, что не предупреждала.

— А ты думаешь…

— Не думаю, а знаю. — Отрезала Светка. — В нашей деревне одна ведунья-колдунья, в селе целая куча. И все разной научной специализации. Кто ведьмой подрабатывает, кто шаманкой-знахаркой, кто бабой-ягой на ярмарке. Предсказательницы прошлого, цыганки на картах. А бизнес-вумены? Офис-менеджеры? Секретарши опять же. Народ ученый, им палец в рот не клади, по локоть откусят. Любой орешек знаний разгрызут, не говоря о граните науки. Ой, грамотные. Непременно найдут способ, как осуществить успешный опыт, без твоего разрешения и присутствия. Испортят висюльку в исследовательском усердии, будешь как народ.

— Согласен. Претензии снимаю. — Представив ужасную картину, где приходится шоркаться на лежанке под любопытными взглядами толпы, чувствуя подопытной лягушкой… Бр-р-р… — Делай что хочешь, только не на лежанку.

— Дискуссия закончена, спорищики пришли к единогласию. — Подвела итог беседы Светка. — Кузя тренируйся ржать по лошадиному, а Василий, марш в речку мыться, пока готовлю бритву и пену.

Бедные, несчастные мужчины прошлого, настоящего и будущего. Какая тоска и боль бриться тупым лезвием ножа, у неопытного парикмахера, без мягкой пенки и лосьена после бритья. Хуже чем лечить зубы. Проще совершить героический подвиг, бросится на вражескую амбразуру с гранатой, поднять бойцов в атаку под смертельным ливнем пуль. Поцеловать тещу. Убили сразу, без боли и страданий отошел в мир иной.