Вирус
Шрифт:
— Черт его знает. Далекое будущее для Мира представляю, что сегодня произойдет — как ежик в тумане. Пока вижу только положительные моменты — река прозрачная стала. Ты делится стал, на человека и лошадь, но жив. Я не умер. Уже прогресс. Поживем — увидим.
— А пока полностью не увидим, ты уж о Новом мире, не говори пожалуйста. Язык за зубами держи. Придет время похвастаемся. — Предложил предусмотрительный Кузя и обернувшись к реке, крикнул своей половине. — Кузяра! Хватит баловаться, бегом ко мне!
— Но пойми Кузя.
— Зато живые.
ГЛАВА 27.
— Где этот козел бегает? Домой пора. Пригрел змею на груди.
— Молодой пострел — везде поспел. Зарплату старую оставили, или снизили?
— Еще не знаю. Как скажут.
— А ты уходи. Напиши заявление и хлопни дверью. С твоей светлой головой, везде работу найдешь.
— Зарплата хорошая и дергаться надоело. Потерплю.
— Решай. Кстати, твоя новая шишка идет.
— Ну ладно, я побежал, если что вы меня не видели…
Собрав нехитрый скарб, тронулись в дорогу, продолжив начатый спор. Я жарко размахивал руками, и брызгал слюной забыв о степенности, пасынок спотыкался на копытах отстаивая свою позицию, и лишь безголовый зад, беззаботно скакал вокруг нас, не вступая в дискуссию.
Как не убеждал Кузю, пасынок твердо стоял на занятой позиции сохранения тайны и не желал быть моим верным последователем и учеником. Уважать, любить — пожалуйста, но никак не авторитетом в новом движении.
Горькая судьба пожилого родителя и старого поколения. Мы уважаем седины, заслуги, но не учите нас жить. Ваш бронепоезд на запасном пути. Вы не понимаете современной жизни. Ваши песни давно спеты, истины избиты, а древний опыт не имеет отношения к действительности. Спите спокойно на пенсии, гуляйте в сквериках, а уж мы как ни будь сами. Сами с усами.
Приходит время и новое поколение наступает на те же оставленные грабли. Личным примером учатся на ошибках. Слушают лжепророков, бегут на край света в поисках давно открытых истин. Так бы и дал по башке бестолочам, но силы не те, и возможностей нет. Кузя горячился доказывая свою точку зрения на жизнь.
— Да люблю славу и известность. А я что? Рыжий? Тоже страстно желаю громко вещать и носить медали, но пойми папаша. Когда не известно какой стороной выпадет монета, куда повернется колесо, орать раньше времени смысла нет. Могут и шарлатаном объявить. Назначат козлом отпущения — вовек не отмоешься.
— А ты вначале горячо убеди невежественное стадо в правоте, набери союзников и друзей побольше. Хрен кто слово поперек скажет. На чьей стороне физическая сила, с теми и считаются сильные мира сего.
— Или разделываются. — Сопротивлялся Кузя. — Стрелочником в Истории работать? Да назови одного злодея, который не руководствовался в своих помыслах хорошими мыслями? И они хотели всеобщего счастья,
— Потому что не выиграли. — Не сдавался доводам. — Не убедили большинство, не разглядели внутренних врагов. Плохо работали с рекламой. Упустим время, опоздаем. Наше честно заслуженное место займут другие. Присвоят заслуги из под носа, останемся на голодном пайке.
— А напоминать голодному о булочках с изюмом, подлый прием. Сам же знаешь, когда жрать хочется, любая теория впрок идет, лишь брюхо набить.
— Голодная толпа проще управляется. Голодная ли до хлеба, зрелищ, идей, впечатлений. Нам какая разница? Перевернем мир на уши.
— Пока лично не удостоверюсь, делать ничего не буду.
— А отпавший лошадиный зад? Тебе мало?
— Связи не улавливаю. Я же мутант? — Кузя горько вздохнул. — Видимо мать, не зря отказалась от сынка.
— Ждем до вечера. Найдем реальные подтверждения, присоединишься?
— Увидим. Эй, хвост, не отставай!
Ждать до вечера не пришлось, через пару часов встретили старую знакомую. У кромки воды лежала мышь. Она же крыса, суслик и кенгуру. Известная Матерщинница вышла на водопой. За те несколько дней что мы не виделись, животное резко изменилось. Шкурка посерела и покрылась жестким хитоном, как у божьей коровки. Уши съехались к макушке и слиплись, напоминая гребень. Ножки съежились и пропали под полусферическим телом, а длинный хоботок уходил в воду. Узнал знакомую лишь по хвосту и громкой ругани.
Заслышав шорох шагов, мышь скосила глаза, разглядывая нас, но пить воду из реки не перестала. Подойдя ближе, остановились невдалеке, разглядывая странное животное и думая что предпринять с обидчицей. Я не злой, но злопамятный.
— Ну что вылупились, клик в корень. Мышей не видели? Привет Вася. Живой погляжу? Блин, не ожидала.
— Здравствуй дорогая, Крыся, ура, встретились. — Злорадно улыбнулся. — Не кажется, что пора платить по счетам?
— Да ладно Василий, не гони волну. Какие между нами расчеты? Видишь, как жизнь потрепала? Допрыгалась клик его. Надо было в норке сидеть.
— Твоя знакомая? — Встрял Кузя, плотоядно облизываясь на животное. — С какой стороны? Враг, или друг?
— Какая разница?
— Если друг, то придется до вечера голодным идти, а если враг, то могу взять на себя ответственность и убить вражину. Мяса немного, но лучше кто-то, чем никого.
— Испугал козу баяном. — Булькнула хоботком мышь. — Зубы не обломай. Я теперь в новой ипостаси. Пластмассовой.
— Что? — Мы переглянулись.
— Не видишь, изменилась? Теперь несъедобная. Хрен кто на жизнь покусится. А ты Вася говорил, миллионы лет эволюции — птичьи крылья, плоский хвост — руль. Все проще, клик через клюв. Раз и готово.