Вирус
Шрифт:
— Любовь снова правит миром. Пришла новая мировая эпоха. Юрский период человечества. Четвертый день творения.
— Гонишь. — Кузя опять икнул, а лошадиный брат развернувшись в сторону старшего брата заелозил копытами. Кузя цыкнул. — Сиди смирно хвост, рано. Скажи Вася, а на фиг, мир изменил? Чем помешался? Хорошо жили. Начнутся новые проблемы. Приспосабливаться придется, изменятся. Тоска на голодный желудок.
— Ничего подобного, будем жить лучше. — С жаром воскликнул, вскакивая на ноги. — Доверься родителю. Хозяйка Любовной пещеры с ручьями, глаза раскрыла, перед
— А отчего девушка умерла? — Кузя игриво подмигнул. — Довел до ручки в? Лихо папаня. Гигант. Половой.
— Никаких ручек, между нами не применяли. — Смущенно отвел глаза в сторону, нехотя признался. — Не успели добаловаться, любовные составы перепутали. Умерла от передозировки. Нечаянно получилось. Честное слово, не хотел.
— Помнишь молодость? Мудрые слова? За нечаянно, бьют отчаянно. Неужели девушку не попробовал? А со Светкой? Начальницу удовлетворил? Контакт провел? Сеанс одновременной игры?
— Фу, пошляк… — Брезгливо протянул, делая вид опытного ловеласа. Признаться в половых неудачах — уронить мужское достоинство, а беспросветно врать, совесть не позволяет. Временно перестать быть честным мужчиной, в половом вопросе? А почему нет? Попытался выйти красиво, не давая прямого ответа. Пусть думает что хочет, но намек обозначим. Расправил сутулые плечи, выдавая желаемое за действительное. — Как честный, благородный мужчина, не могу признаваться в любовных подвигах. Храню девичью честь.
— Колись папаня. Нашел перед кем выделываться. — Кузя оживился. — Смысл добиваться побед над женским полом, если нет возможности гордо похвастаться перед завистливыми друзьями? Пусть слюной захлебываются. В этом есть определенный кайф. Думаешь девы не хвастаются? Еще как заливают перед подружками. Ну хоть разик? Есть улов?
— Чуть-чуть. — Пусть фантазирует, его проблемы. И торопливо вернул разговор в старое русло, отвлекая Кузю от нудных допросов. — Знаешь, что выведал? Обалдеешь на месте. В мире любовь разделена на части!
— Ну и что? Я тоже сейчас делюсь.
— А раньше в древности, миром правила полная любовь! Всеобщая! Люди любили одновременно и подряд! Всегда! Не частями потребляли, как мясники — мясо, а сразу. Конечно, было много несчастий. Человек не мог сразу определится, что больше любит в данный момент. Отсюда в мире царил хаос, беспорядки. Волнения. Любовь — кровь. То да се. Не жизнь, а коммунальная квартира. Потом хитромудрые мудрецы, решили спасти мир. Разделили великое чувство на составляющие. Как солнечный свет на радугу, только диапазон шире и возможности круче. Любовь многогранная штука, и ученые оторвались по полной. Натворили дел. Стал народ любить предметно — женщин отдельно, мужчин, животных, флору и естественную фауну. Понравилась вещь, предмет, существо — выпил любовной воды из ручья, воспылал любовью. Хочешь сексом заниматься с супругой, но желания нет. Хрась стаканчик, опрокинул, жена с любовным чаем чашечку пропустила. И как в первый медовый месяц суетишься на кровати. Пошел на выборы губернатора. Глотнул любви к депутату и голосуешь сердцем, а не разумом. Учится возжелал, а химию ненавидишь. Купил
— Ну и что в плохого? Подошли мудрецы с научной ответственностью и разложили любовь на части. Молодцы.
— Не так просто Кузьма. — Хитро прищурился. — Не до конца просчитали результат мудрецы. Лопухнулись. Мир-то — тю-тю, остановился. Стал вращаться по кругу, как юла. Развитие замерло на месте. Эволюция не движется, прогресса нет. Покатился мир по наклонной.
— Не скажи. Я не в курсе, что раньше, яйцо — курицу, или наоборот, но и сейчас существуем достойно. Мне отмутировать, а там поглядим. Отсуществуем отпущенный судьбой срок.
— Именно — существуем. Прозябаем. — Презрительно поглядел вниз, на сидящего сынка. — Мир должен идти вперед и вверх. Другой дороги нет. Развиваться необходимо по восходящей спирали. От простого, к сложному. Стремится к звездам по бесконечной лестнице прогресса.
— Мне папаня, по лестницам неудобно ходить, на копытах спотыкаюсь, могу и шею обломить. А сколько работать над собой, столько пахать…
— Ерунда. Когда мир взбурлил во имя всеобщего счастья, отдельным особям всегда плохо жить. Ты на перспективу гляди. В светлое будущее цивилизации зри проницательным оком. Толпе не угодишь. Ориентируйся на умных людей. Продвинутых головой. Революционеров чти. Творцов слушай. Не переживай, с годами оценишь преимущества, если выживешь.
— Мысль понял. А твоя роль в гадости?
— Включил мысль, блеснул идеей, нашел нетривиальный выход. Снова объединил любовь. Выпустил из пещеры в мир. Включил рубильник развития. Не веришь? Алиби есть. Можем вернуться в пещеру, там, на стене написано, кто начал дело Нового Мира. Честно признался будущим поколениям, чтобы не перепутали имя, и не забыли героя. Оставил реальный след для мировой истории.
— Сходим поглядеть, если мутацию переживу. — Кузя тяжело поднялся на копыта. — Извини отец-родитель, мне на водопой, да заднего брата кормить.
— Помочь? Подсобить?
— Спасибо батя за заботу, но лучше не надо. — Пегасенок похлопал ладошкой, по раздувшемуся животу. — Нелицеприятное зрелище. Отдыхай. Обед переваривай. А разговор непременно продолжим. Это ж надо — папаша, Строитель Нового мира. Обалдеть не встать, девки от зависти умрут…
Кузя неторопливо пошел в сторону реки. Лошадиный зад ожил и вскочив на копыта, поскакал следом, как жеребенок за матерью. У кромки воды, они соединились, снова на время став единым Пегасом и зашли в речку. Идиллия.
Да… Побила ребенка жизнь. Научила самостоятельности. Теперь существует в шкуре заботливого отца. А я стал дедом. Старым, мудрым дедом. Еще не в маразме, полон сил, но разбухший мыслями ум, давит на уши, гнетет к плечам и ответственность за сотворимый мир сгибает плечи. Будем учится соответствовать новой роли отца-основателя Нового Мира.
Как раньше жил и кем был? Пацан сопливый. Шалопай веселый. Существовал без забот и тревог. Духовно не рос. Морально не развивался. Голова ерундой забита. Искал ответы на давно известные вопросы. Проблемы надуманные, мысли путанные. Пора меняться. Пора определятся.
Второгодка. Книга 4. Подавать холодным
4. Второгодка
Фантастика:
героическая фантастика
альтернативная история
сказочная фантастика
рейтинг книги
Последнее слово за мной
Детективы:
криминальные детективы
рейтинг книги
Сын рыбака
Проза:
советская классическая проза
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXXVIII
38. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
юмористическое фэнтези
рейтинг книги
Экстр
3. Реквием по Homo Sapiens
Фантастика:
научная фантастика
рейтинг книги
Офицеры и джентльмены
Проза:
современная проза
рейтинг книги
Выход где вход
Проза:
современная проза
рейтинг книги