Чтение онлайн

Обед пропал. Даме не раскрыл потенциальные возможности. Много не съел, мало потанцевал, встал из-за стола полуголодный и с горечью провожаешь печальным взглядом, почти полную тарелку недоеденного мясного блюда, уносимую вышколенным официантом. Скрипя зубами, выскреб из кошелька честно заработанные деньги и щедро добавил на чай, не встречая понимания у дамы. В чужих глазах незаслуженно оказался мотом. Вышли красиво и уехали на потрепанном такси. Пытаешься приставать, случайно кладя руку, на гладкое колено спутницы. Идет молчаливая борьба, таксист заинтересованно косится в зеркало заднего вида, понимающе добавляет

громкости в радиоприемнике. Победила молодость подружки и твоя идиотская деликатность. Но играем роль до конца. Вальяжно просим: — Шеф! Притормози у киоска с цветами!

В конечном счете — привычно обломался, проводил озябшую даму до обшарпанного подъезда, где живет с престарелыми родителями в двухкомнатной квартире. На чашку кофе не пригласили — дама спит в проходной комнате. Вся награда за выброшенные на ветер деньги — поцеловал подружку в холодную щечку. Получил в ответ кучу устных благодарностей, горячих обещаний о предстоящих встречах. Помахал на прощание ручкой, чертыхнулся сквозь зубы и наконец вернувшись пешком домой, подбегаешь к холодильнику и ешь старую, соевую колбасу на сухом куске хлеба, запивая горячим чаем со вчерашней заваркой. Вечер не удался, но ночная поллюция сгладила грусть.

Торжественный обед в честь высоких договаривающихся сторон, прошел в теплой и дружественной обстановке.

Запутался в столовых предметах, обкапал штаны, пролил на скатерть вино. Едва не начал ковыряться вилкой в зубах, но вовремя остановился, забыв в какой именно руке держать импровизированную зубочистку. Под горячее поведал печальную историю жизни, давил на жалость и сострадание, когда закусывал салатом. Вино развязало язык и расковало тело. Непринужденно шутил, балагурил как умел и знал.

Не боги горшки обжигают. При сноровке и подготовке, мы могем ого-го! Любовь слушала заумные речи широко раскрыв глаза, как будто перед ней сидел пророк, подливая масло и елей на сердце. Как приятно наблюдать, что твои речи внимательно выслушивают, а не досадливо морщатся и перебивают колкими замечаниями, сбивая с мысли.

Возможно думает о своем, о девичьем, перебирая в памяти лоскутные заплатки скачущих мыслей, или просчитывает дальнейшие действия на вечер. Как выглядеть строгой и недоступной, но не переиграть и получить заслуженное удовольствие. Не знаю, в чужую голову не заглядывал. Рад обманываться и быть обманутым в очередной раз, чем знать истинную подоплеку девичьих дум и дел.

Дорогого гостя несло дальше. К сладкому десерту уже хотелось танцевать и петь застольные песни. Измазался вареньем и рассыпал сахар. Пытался заглянуть в душу Любви, но глаза расфокусировались и смазывали изображение. Не помогают органы зрения, переходим к органам осязания. Намекнули — еще не время, дорогой, переполняйся желаниями дальше…

Немного выдохся, переполненный желудок отогнал кровь от головы, переваривать обед и красноречие притихло, предоставив слово Любви. Пусть выговорится, узнаем не правду, но выясним настроение.

Воркование и щебетание. Улыбки и многообещающие жесты. Поправление непрерывно сползающих бретелек с обнаженного плеча. Безуспешные попытки прикрыть разрез на юбке, отчего взгляд алчно разглядывает обнаженную ножку. Брюхо удовлетворено, неприличные желания на исходе терпения. Пора делать попытку. Все или ничего! Сейчас, или

никогда. Спать, спать. Желающие в койку, не желающие — копать яму и убирать посуду со стола.

Хозяйка встала из-за стола, давая понять, пора и честь знать. Ой, а мы то, как хотим узнать честь. Совесть и ум современной эпохи. Вскочил резвым козленком, галантно предложил ручку и степенно перешли в будуар. Не желаете ли предаться? Да-да, но если вы не возражаете, то мы могли бы предаться оба…

Руки сплелись на талии, губы потянулись к губам, глаза закрылись в ожидании чуда. Прошуршала сползающая блузка и с мягким шелестом скатилась к ногам. Ладони поползли в разные стороны, левая ладошка вверх, к нежной шейке, правая вниз на податливое бедро. Речь беспорядочная, бессвязная, выражающая чувства. Негромкий стон из глубины души, нервное дыхание. Выключите свет господа, темнота — друг молодежи… И не молодежи тоже… А как Светлана, в плену?

— Вася, что-то не так?

— Не знаю, видимо переел… — (Перестань думать о Светке, сосредоточься на Любви, потом загрузишься, пользуйся моментом).

— Не волнуйся милый, давай попробуем еще раз…

— Ага.

Шорох накрахмаленных простыней, томные вздохи, ахи, стоны в ожидании экстаза, руки медленно передвигаются по прекрасному, нежному, но чужому по телу… (Почти как у Светланы, но слишком мягко, расслабляет).

— А у тебя были женщины? До меня?

— Не сказать что бы да, но вероятнее — нет… — (А что, Светлана не считается? Между прочим, ты у начальницы был первый, а у Любви, какой по счету, неизвестно).

— Так ты девственник? Как романтично… Давай буду направлять действия в нужном направлении. Не возражаешь?

— Я в твоей власти, капитан, правь штурвалом куда надо… (Пусть старается, вдруг получится? Мне только о другой женщине не думать. Будь проще Кастрюлькин, расслабься. Тьфу, перепутал — напрягись, напрягись!).

Гулко бьется сердце, капает горячий пот волнения и страсти. Уже рядом, уже близко, чуть-чуть, ооо, (Почти как со Светланой), именно так… (Зря торопится, перегрелся, но вдруг?). еще, еще… Ну же… ну же… эх.

— Василий, ты случаем не импотент?

— Типун на язык. До встречи, шевелился и напрягался. Не могу собраться с мыслями, отвлекает обстановка. (Конечно отвлекает, если из головы не вы выбить мысли о Светлане. И здесь достает, начальница. Спасу Светку из плена и брошу на фиг, пусть мучается).

— Ты меня не любишь?

— Само собой, не пробовал. Не знаю, что есть… Но до встречи, работало. — Шмыгнул носом и устало вздохнул. (А как работало, со Светланой, жаль, не довел до конца). Именно это и гнетет? Не доведенное дело до конца, осложняет работу конца. Ха-ха).
– Что-то сломалось в голове. Заболел.

— Не переживай, поняла. — Любовь резво соскочила с кровати. — Вставай Вася, пошли заряжаться.

— А где штаны? Не видела, куда бросил?

— Зачем одежда? Стесняешься? — Усмехнулась Любовь, оставаясь бесстыдно обнаженной и бешено красивой. Глаза лезли из орбит, но Хвой на голое тело хозяйки прореагировал слабо. Что ж ты гад, позоришься перед девушкой? Учти, придет время, освобожу начальство — жестоко отомщу. Любовь рывком стянула одеяло с кровати, оставляя голым. — Перестань краснеть, как красна девица. Голый, ты выглядишь не хуже. Вставай.