Виктор 1. Memory
Шрифт:
Но продлилось это недолго. По моему телу как будто бы пустили ток. Мышцы задергались, и в мозг снова ворвалась боль. Я закричал. Мне было больно и обидно, что не дали умереть... Потом я услышал голос. Незнакомый.
– Уходи и забирай то, что тебе надо. Но знай: никогда боле ни ты, ни кто-либо из вас не сможет сюда попасть. Это не ваш мир. Это Мой мир.
Потом меня куда-то выкинуло, и я снова потерял сознание...
ГЛАВА 4. "Да, я убийца..."
Планета вне классификаций.
2072 год от создания Империи.
Очнулся я у себя в палатке, лежа на полу, на
Подойдя к столу, я положил крест и, шатаясь, побрел к выходу из палатки. Обо всем буду думать потом. Вначале, раз уж не дали умереть, надо выжить. Аккуратно прощупав способности, я с безграничным облегчением обнаружил, что могу ими пользоваться. Остановившись, мысленно попытался связаться с Игорем. Но смог лишь произнести его имя, потом связь оборвалась. Я осел на пол перед выходом из палатки. Сил не осталось.
Через полминуты в палатку бегом ворвался Игорь.
– Виктор Александрович!
– его голос показался мне таким родным, что я, лежа у его ног, улыбнулся. Боги, неужели я вернулся?!
Игорь опустился рядом со мной на колени и, приподняв мою голову, начал быстрый осмотр. Что не мешало ему отчитывать меня как маленького ребенка.
– Виктор Александрович, сейчас мне помогут, и вы отправитесь на принудительное лечение. Именно на принудительное! Если понадобится, то я, плюнув на субординацию, свяжу вас, и...
– он замолчал.
Я снова улыбнулся. И что ты сделаешь? Боль больше не усиливалась. Стало так хорошо, что глаза от облегчения закрывались сами собой. Как же хочется спать.
Игорь истолковал это по-своему и, положив руку мне на сонную артерию, торопливо, сбивчиво, заговорил. На секунду мне даже показалось, что он сейчас заплачет.
– Не смейте. Слышите?! Не смейте мне тут умирать! Только не при моей жизни!
Я с огромным усилием приоткрыл глаза. Хотя очень не хотелось.
В палатку вошли еще люди, подняли меня, положили на грави-носилки и отправили в мед. часть. Я вдруг понял, что улыбаюсь, широко и бездумно. Все закончилось. По крайней мере, пока. Всю дорогу Игорь продолжал ворчать что-то по поводу моего отношения к себе. Я же просто наслаждался этим знакомым голосом, в котором звучало искреннее беспокойство. Но когда меня завезли в палатку, я совершенно неожиданно почувствовал, что куда-то проваливаюсь!
Легкий вздох. Глаза закрылись. В голове зазвенело от возникшей там пустоты. Сердце снова сдавила резкая боль. Я рефлекторно дернулся.
– Черт! Быстро обезболивающие, адреналин, и на стол его, на стол!
– закричал Игорь.
И что он кричит? Все будет хорошо, вот и боль постепенно затихает, оставляя мое измученное сердце в покое. Я расслабился, наслаждаясь вновь обретенным покоем. Сознание понемногу растворялось, и обрывки слов, которые до него долетали, начинали сплетаться в причудливые узоры.
– Быстрее!
– снова раздался крик Игоря.
– Собрался он тут умирать! У меня на руках! Ну уж нет. Извините
– его голос стал затихать в моем сознании.
А потом мне стало легко...
***
Я снова пришел в себя. Сколько можно? Так неохота, но все равно умереть не дают. Заставляют жить. Я скрипнул зубами от злости. Тут же мне на лоб легла чья-то рука.
– Очнулся, - раздался голос Игоря.
– Если вы еще раз доведете себя до такого состояния... я вас сам убью.
Я открыл глаза. Передо мной стоял Игорь, проверяя показания датчиков, прикрепленных ко мне. Шнуры от них тянулись куда-то под лечебную капсулу.
– А ты не забыл, что за такие слова я тебя могу убить?
– хрипло спросил я.
Игорь улыбнулся. Чисто, открыто, дружелюбно. И сказал:
– Нет, не забыл. Но мне, уважаемый Виктор Александрович, глубоко плевать на это. Я, надеюсь, ясно выразился? Можете убить меня, вот только я сначала долечу вас, и все. Делайте со мной, что хотите. Хорошо?
– он снова улыбнулся, глядя на меня. Глаза Игоря лучились теплом и заботой. Такой взгляд обычно присущ только докторам от богов.
Я улыбнулся ему в ответ. Конечно, я не буду его убивать за то, что он говорит и делает. Хотя надо бы как-то наказать. Хотя бы палок сорок всыпать. Но я не хочу. Мне нравится Игорь. Я благодарен ему за то, что он есть. И за эти его нравоучения тоже очень благодарен.
Игорь отложил анамнез и, подойдя ко мне, расстегнул мою рубашку. Мой взгляд тут же уперся в свежий шрам на левой стороне моей груди. Игорь тут же объяснил:
– Вы умерли. И я делал вам прямой массаж сердца. Так как оно, послав вас в пешее эротическое путешествие, отказалось работать. В отпуск уехало. Но потом все же вернулось. И теперь вы снова живы.
– Угу, - грустно сказал я.
Игорь тут же вспылил.
– Что значит угу? Вы не рады?.. Да даже если и не рады. Мне плевать, я вам не дам умереть...
– он как-то резко затих, и голос упал почти до шепота.
Я снова улыбнулся и лукаво посмотрел на Игоря. Он что, смущается? Я приподнял бровь и решил съехать с темы моего здоровья.
– Не кричи, Игорь, а то можно подумать, что ты и не имперец вовсе.
Игорь выдохнул и, помолчав немного, сказал:
– Между прочим, кое-кто очень ждал, пока вы придете в себя.
– И кто это?
– я даже удивился.
А Игорь издевательски сообщил, что-то чиркнув в моей истории болезни:
– Вечером придет, узнаете. Все, я ушел, а то, судя по звукам, ко мне привезли нового пациента.
Он кивнул мне и вышел в смежную палатку, где обычно принимал пациентов. Я вздохнул. Ну вот. Опять меня заставляют думать. Не легче ли просто сразу сказать, кто ко мне приходил, пока я был без сознания. Конечно же, нет. Надо помучить мой бедный мозг. Как будто мне больше не о чем думать. А мне ведь есть над чем поразмыслить. Например, что это за голос был, там, на 'Вечной ночи' и почему я вернулся живым. Оно меня оживило? Или все это было просто плодом умирающего сознания, и я всего-навсего каким-то образом вывалился обратно, сюда? Почему я видел Сельвано? Ведь он умер? Или это был вовсе не Сельвано, а кто-то другой? Но тогда кто?