Чтение онлайн

Пауза затягивалась, а Тейвон все еще хотел спросить о том, что напрямую его касалось. Если кто-то и знал ответ на этот вопрос, то только Престон. Сделав шаг к другу, он решился:

– Он не боится? Я не про имперцев – им все равно – а про орденских. Про Гвойн.

Престон задумчиво потер аккуратно подстриженную бородку:

– Поверь, дружище, ты подвергаешь себя не меньшей опасности, чем Джеррет.

– Я видел смерть отца. Он – нет. Если он думает, что сможет справиться с камарилом, скажи ему, что это не так. Они не люди. Они монстры. И могут

напасть в любой момент.

– Знаешь, что я заметил, – Настал черед Престона смотреть в окно. Друг медленно подошел к стеклу и оперся могучими руками на подоконник, – Можешь спорить, сколько хочешь, но мне виднее. Все говорят, что ветувьяры – это два разных человека, способных менять одну личину на другую, и я всегда в это верил, пока… пока не узнал вас с Джерретом.

– Да ладно тебе! – Тейвон хлопнул адмирала по плечу, – Мы с ним настолько разные, что нас не спутает даже слепой и глухой сумасшедший младенец.

– Ты пытаешься быть честным, – Продолжил Престон, – Джеррет любит, нет, не приврать – поиграть… Он постоянно играет какие-то роли, притворяется, меняет маски. И он очень любит маску глупого раздолбая! Но я знаю его слишком хорошо, чтобы понимать – он ничуть не глупее тебя. Просто ты свой ум не скрываешь…

– Дурак не выиграл бы столько баталий, – Пожал плечами Тейвон.

– Так к чему я веду… То, что камарилы могут поджидать везде, Джеррету известно не хуже тебя. И страх у него тоже есть… -Внезапная пауза оказалась такой тяжелой, что друг поспешил ее заполнить, – А ты что, боишься начать стареть?

Престон, похоже, сразу понял, что шутка была не слишком удачной, но слов назад не вернуть, поэтому Тейвон все же улыбнулся:

– Я уже начал.

– Да ладно тебе! – Престон пихнул его локтем, – Ты у нас еще ого-го! Кстати, я не понял, что этот сморчок говорил – какую девицу убили?

– Ингерду Пашелл. Ветувьяра Мерелинды, – Скрывать это от Престона не было никакого смысла.

Глаза друга едва не полезли на лоб, но собой адмирал владел вполне сносно, и поэтому быстро справился с излишним удивлением.

– Почему ты сразу не сказал? Мне… очень жаль.

Тейвон вновь уставился на серо-коричневый двор, такой убогий под затянутым тучами небом. Еще никогда весна не казалась ему такой грязной и ничтожной. Все его чувства сейчас были такими же – какие-то замызганные, скукожившиеся, умирающие, никчемные…

– Ты любил ее? – Престон знал, что теперь можно спросить. Тейвон знал, что можно ответить.

– Наверное.

– А она тебя?

– Она хотела быть королевой, – Выдохнул Тейвон, – И смогла бы, а для этого не обязательно любить короля. Но она любила, иначе бы не возвращалась снова и снова, когда я оставлял все ее вопросы без ответа и уходил.

Престон не проронил больше ни слова, словно исчезнув, а Тейвон будто бы поверил, что остался один. Он и сам не заметил, как прижался лбом к холодному стеклу, думая о ней.

Если Ингерда и не была особенной, то она как минимум выделялась среди остальных девиц. В ней было что-то, что Тейвон разглядел кроме нее только

в Реморе – какая-то сила, несвойственные даме мысли, решительность.

Если бы у Кирации появилась королева, ей могла бы быть только Ингерда…

Но он медлил, думал, что у них еще есть время, не хотел что-то менять. Обыкновенный слабак, каким он стал со дня смерти отца.

Тейвон закрыл глаза, прикасаясь пальцами к стеклу. Холод слегка покалывал кожу, а воспоминания возвращались, похожие на смазанные чьей-то неосторожной рукой картины.

Тейвон хотел бы отчетливо помнить, что стояло в тот день на столе, что лежало на полу, завял ли цветок в вазе, но все это ускользнуло от его внимания тогда, а потому и не открылось сейчас. Он видел то же самое, что и в тот день – свою спальню, утопающую во мраке, с которым сражалась лишь одна свеча на туалетном столике, закрытые шторы, смятые простыни и ее…

Она не спала, но зачем-то делала вид – закрыла глаза, ровно дышала, не шевелилась. Длинные ресницы практически лежали на ее щеках, темные волосы разметались по белоснежной подушке, а тонкая простыня почти не укрывала обнаженное тело.

Опершись на локоть, Тейвон повернулся к ней, и ресницы Ингерды тут же взмыли вверх.

– Почему не спишь? – Тонкая рука обняла его за плечо и притянула к себе.

– Ты тоже не спишь, – Заметил он.

Тейвон лег рядом, их носы почти соприкасались, а светлые пряди его волос смешались с ее темными. Ингерда переплела его пальцы со своими и накрыла его губы медленным поцелуем, а потом, не размыкая объятий, прижалась щекой к его груди. Тянулись минуты, они молчали, но все еще не спали. В комнате пахло вином и чем-то пьяняще-сладким, а мир за окном словно застыл в одном мгновении – ни скрипа, ни ветерка, ни шороха. Король не знал, сколько времени осталось до рассвета, но спешить им было некуда.

– Так странно… – Ни с того ни с сего заговорила Ингерда, – Я ни разу не слышала, чтобы два ветувьяра любили друг друга. До нас.

– Может, и любили, – Усомнился Тейвон, – Просто скрывали.

– Зачем?

– Возможно, от своих же ветувьяров. Что далеко ходить – всем известно, что Мерелинда меня ненавидит.

– И не только тебя, – Темные глаза Ингерды уставились ему прямо в душу, – Джеррета тоже. Потому что она пустоголовая трусиха.

– Просто вы с ней очень разные…

– Она слабая, – Оборвала его девушка, – Иногда мне стыдно, что у меня такой ветувьяр. Чем я ее заслужила?

Если Тейвон и хотел что-то сказать, то слова эти так и остались мыслями, утонувшими в предрассветной полутьме. А Ингерда смотрела в потолок и вдохновенно о чем-то размышляла.

– Мы знаем, что если один из родителей был ветувьяром, то этот дар передается и ребенку, – Тихо заговорила она, – Но что если ветувьяры – оба?

– Вряд ли в нем будет четыре личности, – Попытался отшутиться Тейвон.

Ингерда не смеялась. Она была предельно серьезна, так серьезна, что приподнялась на локтях и заглянула Тейвону в глаза, не давая ему увильнуть от ответа.