Версты
Шрифт:
путешествие длится 25 дней. Говоря об Яркенде, Эссертон не упускает случая сообщить, что он совершил поездку в соседний Вост. Памир, где организовал среди киргизов бег в мешках, скачки на яках и т. п. Несколько позже большевики, как мы видели, там-же организуют ревкомы и ЦИК. Он перевалил через Кара Таш (16.450 ф.) и Ак Верди (15.600 ф.). На первом перевале до него побывал герой белого движении ген. Корнилов; второй находится в голове долины Булун Куль, где проходит граница между русским и китайским Памирами. В 1922 г. в Яркенде открывается афганское консульство.
Описывая события в Бухаре, Э. поясняет, что в 1918 г. большевики не решились довести до конца свои действия против
БИБЛИОГРАФИИ
>то от болезней и потерь умень-лилось позже до 18.000 ч. Особый немецкийотрядЦиммермэна, и.сцнплинированный и менее кего болыневицки настроенный, шсчитывал 1800 ч. Э. полагает, лто Циммерман хотел пробиться > Европу через Кавказ и Малую \знго, но ему помешало присутствие англичан в Асхабаде.
Позволим себе в виде отступания указать здесь, что некоторое число пленных, в том теле офицеров, немцев, просо-галось в Персию после революции. Они приняли деятельное участие в персидском национально-революционном движе-1пш «дженгели» (лесовики) в прикаспийской провинции Гиляне, препятствовавшем англичанам пройти в Баку в 1918 г. (Об лом смотр, книгу ген. Донстер-вилля «Тпе Аауеп1иге$ 01 Иип-л1егГогсе» Ьот1оп, Е. АгпоМ, ;1920).
Возвращаясь к Эссертону мы находим у него следующие строки об Осиповском восстании. Контр-революцпонная партия обратилась ко мне за финансовой поддержкой, прося сумму в два миллиона рублей для выполнения своих планов и установления нового порядка вещей... но а не счел возможным рекомендовать это ассигнование»**). — Как всегда Э. более речист, когда дело касается непосредственно Индии. Он излагает всю историю создания большевиками п 1919 г. Индийского Временного Правительства в Ташкенте, где главную роль играл некто Бэр-кетулла, Министр Иностранных Дел, «опасный анархист», изгнанный в свое время из Индии и получивший инструкции в Берлине относительно правительства, во главе которого должен
| *) Как известно, Туркестан нуждается в привозном хлебе и в этом одна из важнейших сторон
, его экономики.
**) Эссертон не верил в прочность русско-туземного сотрудничества, а также неоднократно
' подчеркивает вражду между главными басмачами."
был стать Махэндра Пэртаб. Пэр-таб пытался позже проехать в качестве афганского дипломата в Китай, но Э. воспротивился. Рассказывает Э. как против брошюры большевиков, выставлявших себя собзниками Ислама и громивших кровожадную эксплуатацию Востока Англией, он выпустил известное воззвание константинопольского Шейх-уль-Ислама о несовместимости большевишшх идей с мусульманской доктриной.
Упоминается у Э. о временном правительстве, образованном в Фергане ген. Мухановым (бывшим
Относительно эмира Бухарского мы чктаем, что он безрезультатно обращался неоднократно к Эссертону, прося его помочь спасти его казну (оценивавшуюся в 35 миллионов фунтов стерл.), попавшую в руки большевиков. После своего бегства из Бухары эмир прислал в Кашгар письма английскому королю, вице-королю Индии и Эссертону. Он описывал в них события и «просил чтобы его государство, которое он без каких бы то ни было условий предоставлял в наше распоряжение, было включено в состав Британской Империи».
БИБЛИОГРАФИЯ
Эссертон касается также по-ложения вещей в Кульдже, где
большевикам удалось утвердиться с лета 1920 г. Их агенты: Ли-мерев, Борчак, Ноликов. Туда же скрылись со своими частями после отступления Колчака генералы Дутов и Анненков. Э. с большой похвалой отзывается о первом и описывает обстоятельств* его смерти от руки наемного убийцы, подкупленного большевиками. Чго касается Анненкова, то он вел себя очень вызывающе в отношении местных властей, что кончилось для него в 1921 г. заключением в тюрьму. Ему помогло вмешательство японцев и самого Эс-сертона. О Колчаке Эссертон говорит немного и не сообщает нам ничего неизвестного. Специальная глава посвящена Э. описанию Монголии и деятельности в пен Семенова, мать которого была знатной монголкой. Не без удовлетворения он вспоминает "также, как ему удалось противиться проникновению болыневиикнх миссий в Кашгар (Шестра В 1919 г.; Попов; Тигар и Печатников — 1920) под совершенно резонным предлогом —- отсутствия нормальных договорных отношений между советами и Китаем.
Об эпизоде с Энвером Эссертон говорит: «я слыхал из хорошего источника, что Энвер имел в виду быть Наполеоном Средней Азии, спасителем которой он должен был явиться и освободить народ из рук филистимлян, олицетворяемых" большевиками; что он думал об образовании большого мусульманского государства-буфера против России в* Азии и хотел положить краеугольный камень Азии для Азиатов. Но Энвер исчез, а с ним и его проекты вероятно оказались за бортом».
Как нам ни хотелось бы более полно использовать материал эс-сертоновекпх наблюдений, приходится с ними расставаться. Вот что он говорит в заключение, иногда по английски как бы наивного и неловкого, но несомненно полезного труда, дающего
столько сведении о редко описываемых так подробно областях Азии.
«Китай и Россия являются двумя главными земельными собственниками в Ср. Азии и На Востоке; каждое кэ этих государств имеет обширное население, естественные богатства, пока еще не разработанные, ко-
торые сделают их самодовлею-
щими и независимым! от остального мира. Их пол1 тические, торговые и экономические воз-1 можности могут повлиять на равновесие сил в Азии и отразятся косвенно, а вероятнее и прямо, на судьбе Европы. Тогда могут оказаться правильными слова Наполеона, произнесенные в 1Х0Г) г.: «Судьбы Европы решатся когда-нибудь в Азии».