Версия
Шрифт:
Едва нажитые за пару столетий правила поведения были всего за двадцать лет превращены в пыль и дым именно аристократами-большевиками, но при этом фокусе превращения они и сами улетучились. Само собой, названные выше категории человеческих свойств были быстро забыты простым советским человеком, он так и не успел понять благородного вкуса чести и достоинства.
С другой стороны, человека без этих модных штучек не за что ущипнуть, нечего у него прищемить. Его можно только бить. Что, впрочем, делает из него иногда некое подобие человека. Может быть, и в нашем случае это помогло бы, да невозможно было дотянуться. Оставался только способ дистанционного воздействия. Только передача информации, которая могла бы заменить кузнечные клещи после перетаскивания
Правы силы
Слово «Правы» в заголовке можно понимать и как «правые» политические (в пику «левым», т. е. коммунистам – сейчас они стали почему-то «правыми»), и как «правые» юридически, т. е. более близкие к правде и справедливости. Вот так ёмко можно выразить на хохляцком, что думаешь.
Док обратился к коллегам:
– Друзья! Мы могли бы освободиться от страха бескровно и безболезненно, если бы имели доступ к телу тирана. Или хотя бы только к его уху. Мы могли бы шепнуть ему кое-что, и тогда его дикое прищемлённое тщеславие убило бы его, как я сказал, бескровно и безболезненно, но у нас нет такого доступа. Поэтому придётся совершить скверную акцию, о которой сатрапы тирана непременно ему донесут, да ещё прибавят от себя, что нам только на руку – коннект обойдётся дешевле.
– Учитель! Вашим знаниям конца не видно! Только не светите их недоученным евреям! Не говорите так умно! Здесь сидят простые еврейские мужчины. И нам не все ваши слова понятны. Например, кто есть тиран? А кто есть сатрап? И что такое тщеславие, а также коннект?
– Нет, нет, Учитель! Мы, конечно, не полная темнота, у нас даже дипломы есть, и мы уверены, что под вашими словами лежит какая-то погань, но лучше без эсеровских речей – переходите к делу.
– Хорошо, я буду говорить по-советски. Товарищи! На днях меня озарило! Я увидел путь, который нам по силам пройти. Для этого нам не понадобится сорок лет. Мы уже видим, что на родной земле – в России – для нас готовят Освенцимы и Майданеки. Уже погибли в Москве первые евреи, уже увольняют евреев с работы только за то, что они евреи. В нашей истории уже два Иосифа. Первый породил Иисуса – нашего Бога и сына Бога. Он сам был евреем. Второй Иосиф хочет быть владыкой мира, в котором нет места евреям. Да, да! Точно так, точно так, как хотел Адольф Гитлер. Вы уже поняли, о ком я говорю – этот Иосиф не еврей, он – грузин. Или осетин. Здесь мы не будем ставить вопросы, почему к власти в Союзе пришли самые продажные люди вообще, и грузины в частности. Почему русские поставили над собой нерусского? Почему грузины поставили над собой Саакашвили, труса, предателя и вообще полного идиота? Вернёмся к делу, как просил наш товарищ.
Но сначала – прослушайте небольшую лекцию. Это необходимо для нашего с вами полного контакта.
Сам я склонен думать, что тщеславие вырастает из зависти. Сначала – зависть, неважно, кому и чему. За то время, когда делаешь всё, чтобы никому ни в чём не завидовать, наживаешь эту неутолимую жажду – тщеславие, и такого же размера подозрительность, что ты кому-то поперёк горла. Эти два ощущения неразрывны. Они делают из тебя не только абсолютного властелина, но и кровавого тирана, утоляющего свою подозрительность уничтожением всех, кто, как тебе кажется, плюёт на твою славу, или может плюнуть, или может захотеть плюнуть, или может подумать только: а не захотеть ли мне плюнуть на такую жизнь! И ты начинаешь резать головы всем подозрительным, начиная с генералов и добираясь до своих родственников. А что? Они то и есть самые страшные – они действительно тебя знают, им лапшу на уши не повесишь. Отсюда и единственно пригодная для тебя система экономики – плановая, чтобы никакой самодеятельности. Самодеятельность приводит к самостоятельности, а самостоятельным можешь быть только ты, один, единственный.
Кстати, об экономике. Наша плановая экономика рухнула
Сквозь грозы сияло нам солнце свободы, – сияла напрасная надежда, так что «солнце свободы» скорее «зияло», чем «сияло».
И Ленин великий нам путь озарил – великий лохотронщик, но он не говорил, что путь очень рискованный, что позволяет назвать его и великим жуликом и мошенником, и предъявить ему статью.
Нас вырастил Сталин – на верность народу.
На труд и на подвиги нас вдохновил. В смысле навсегда запугал, в баранов превратил. Тоже навсегда.
И ни тот, ни другой, по сравнению с Мавроди, вслух не говорили и нигде не писали: не верьте нам, господа, мы бывшие беглые каторжники!
Странно, что народ даже с каким-то пиететом всегда ахал: О! Они за наше счастье настрадались в тюрьмах и ссылках! Ну, вот, благодаря этим страдальцам у нас теперь и есть «эта криминальная квартира, эта криминальная страна!».
Но такой гимн нам не подходит. Вернёмся к старому!
– А на вопросы отвечу кратко: что тираны, что сатрапы – одного поля паразиты, каковой и наш Коба. Что до тщеславия, то напоминаю, что он сам подписал наш гимн со словами: «Вас вырастил Сталин – на верность народу, на труд и на подвиги вас вдохновил». Эти слова миллион раз написаны на простынях, постели уже накрывать нечем, каждый день весь народ выгавкивает их вместо молитвы по утрам и вечерам, но тщетно! Ему всё мало! Слово «тщетно» знаете? Или объяснять? Да, да, вы правильно переводите, по-русски это значит «напрасно»! Песню помните? – «Напрасно старушка ждёт сына домой»?
– А подпись его все помните? Буква И, потом кличка – Сталин. Так вот буква И – это не начало Иосифа, нет! Это союз «и», который намекает, что перед ним всегда надо вспоминать Ленина! Ленин «И» Сталин! Этим он лепит себя к Ленину, о котором народ ещё не забыл, и всё чаще их сравнивает, и в то же время предлагает делить советский бардак на двоих, не вешать всё на него одного. Всё в одном: и тщеславие, и трусость.
– Учитель! Я правильно понимаю, что «тщеславие» похоже на «напрасные надежды»?
– Отлично! Отлично, друг мой! Вы уловили глубинную суть понятия! Вы где учились? И у кого? И кто вы? Профессия?
– Кто? Я? Н-ну, это… механик я. Пароходный. В мореходке учился. У профессора Мирющенко.
– Обо…ся! Что ни гений, то из мореходки! А что преподавал вам профессор?
– Н-ну, это… ДВС. Двигатели внутреннего сгорания.
– Гмм… при чём тут…. Ну хорошо. Дальше.
Профессор ещё не знал, что «напрасные надежды» через шестьдесят лет назовут «Пирамидами», и через них приблизятся к пониманию эволюции цивилизаций. Но до этого они ещё назывались как «Государство Солнца», «Рай на земле», «Заря коммунизма», нацизм, социализм, пока не упёрлись в бомжизм, как высшую форму личного счастья, грозящую перейти в форму коллективного.
Потом окажется, что математический термин «Пирамида» не подходит для объяснения сути социальных идей, призванных вести людей в будущее, и стали искать другую фигуру. Пока что не нашли.
– Товарищи! Я глубоко проанализировал свой вариант наступления на нашего общего врага, на эту чёртову погибель. Я уверен на сто процентов, что эта слабость тирана – его тщеславие – станет не нашей, а его старухой с косой! Его погибелью!
– Профессор! Мы все понимаем, мы все боимся, но нас ещё не уволили. Мы все сюда пришли после работы. Покороче бы! Мы с вами, только скажите, что надо делать.