Вера
Шрифт:
Навстречу по тропинке спускалась семья: муж с женой и мальчик лет шести.
— Мама, папа, глядите! Дядя напился до усрачки! — восторженно закричал малыш.
— Славочка, как ты выражаешься! — пораженно воскликнула мама. — Нельзя говорить такие слова! Папа тебя сейчас отшлепает!
Она брезгливо глянула на Виталика с Верой, посторонилась.
— А почему тогда вчера ты про него так говорила, и он тебя не отшлепал? — уставился невинными глазами Славочка. Рядом недовольно всхрапнул муж.
— Что ты
— Мам! А машинку купишь?
— Куплю, куплю моя радость!
— Ага! Я вспомнил! Баба Дуся так говорила…
— Я вот сейчас и тебя и бабу Дусю твою на кулак намотаю! — услышал Виталик басок мужа. — Будешь знать, как сына нехорошему учить!
— Ой, Мишенька, не надо!
— Пива купишь опохмелиться?!
— Да как же я тебе пива куплю, если ты опять начнешь…
Странная семья осталась позади. Хотя почему странная? Очень даже типичная семья. Но додумать мысль Виталику не дали. Рядом вдруг страшно загудело, забулькало, заклокотало. Виталик опасливо отстранился — ну как вулкан проснется. Но это был не вулкан.
— Чееееерный ворррин…. Чаааво ты вьеееешси…. Над моеееееее… ю… глвооой… — это спасаемый ими мужик окончательно убедившись, что в покое его не оставят, решил скрасить дорогу песней.
— Боже мой! — услышал Виталик голос Веры. Ага! Даже ее пробрало! Сам тоже скривился от такого по ушам царапающего вокала.
— Эй, друг! — толкнул он мужика. — Заткнулся бы ты, а?
Друг поглядел на него красными, бессмысленными глазами, рыгнул и вдруг заорал прямо ему в лицо:
— Ты разлуки не дождееееешьси!.. Черный ворон я не твооооой… — Виталика едва не вывернуло от смеси перегара и вони изо рта.
— Бе… Какой ужас! — скривился он. — Вер! Может бросим, а? Ведь не оценит же, сволочь.
— Зачтется! Добрые дела никогда не проходят незамеченными! — сказала она уверенно. — Так же как и злые!
И они пошли дальше!
Нельзя сказать, что за весь путь у Виталика не появлялось мыслей плюнуть на все, бросить это орущее и воняющее чудо и пойти своей дорогой. Даже Вера с ее альтруистическими побуждениями казалась ему теперь не такой привлекательной. Но… что-то помешало ему сделать это! Может быть он не хотел показаться ветрогоном перед хорошей девчонкой. Ведь если взялся за дело — нужно его закончить. А может, ему просто жалко было Веру — наверняка не бросит этого мужика. И тут же его посетила одна мысль, что согрела сердце. А ведь если она так заботиться о неизвестном мужике… то как же она будет заботиться о своем муже?!. Эта мысль кольнула приятно, он весь затрепетал. Наверно славно — просыпаться каждый день и видеть ее улыбку, свет ее потрясающих глаз…
Додумать эту теплую мысль ему опять не дали. Под ноги их певцу в очередной раз что-то попало,
Обессилено сидя на асфальте, Виталик вдруг понял, что они поднялись к домам. Они преодолели этот подъем.
— Что дальше? — поглядел он через уже храпящее тело на Веру.
— Все в руках Бога! — улыбнулась она. Какая измученная у нее улыбка! Ей тоже нелегко тащить этого пьяного дурня. До стольких лет дожил, а не охраны, что будет доставлять домой, не одежды хорошей. Видать так и пьянствовал всю жизнь. Вот и не накопил средств на секьюрити до дома доставлюрити!
— Может в милицию позвоним?! — осенило вдруг Виталика. — Точно! Как же я сразу не подумал?! Это их работа, между прочим! Увезут в вытрезвитель…
— Не надо в милицию! — встревожилась Вера. — Там его избить могут и ограбить…
Виталик раскрыл рот, уставился на нее. Рядом по тротуару прошел прохожий, удивленно поглядел на них. Виталик крикнул ему:
— Не обращайте внимания! Мы экстремалы! Спортивное ориентирование по городу с пьяным телом!.. — потом он повернулся к Вере. Все-таки зол был, не преминул кольнуть. — Ну, Вера, не ожидал от тебя! Сначала говоришь — не судите, а потом про милицию такие отзывы.
Вера страшно смутилась, сердце Виталика сжала чья-то жесткая рука — дурень, зачем расстроил. Видеть на ее лице грусть — это боль. Вера поспешно заговорила:
— Да, ты прав! — плечи ее убито поникли. — Нет во мне совершенства. Все вокруг так часто об этом говорят, что как-то в голову само вбилось. Ты прав!
— Да ладно! — примирительно сказал Виталик. — Не кори себя. Они в милиции тоже не святые. Не чего по ним так расстраиваться. Тем более что взять у этого нечего, а бить зря не кто не будет…
— Давай сделаем это в крайнем случае! — карие глаза глядели на него просительно. Пожалуйста, помоги мне еще чуть-чуть. Виталий не мог отказать этим глазам. — Давай походим между домов, может его уже ищут…
Предложение было идиотское. Ходить с незнакомым пьяным мужиком между домами, в которых полно людей. Людей, которые будут смотреть, тыкать пальцами, потом начнут распространять слухи. А ведь она живет где-то здесь… На бесконечно длинную долю минуты Виталику показалось, что он откажется. Сейчас вот бросит все, бросит этого бомжа, бросит эту дуру и уйдет. Но руки уже сами собой поднимали мужика, а глаза шарили по лицу Веры, жадно ища благодарного взгляда. И он увидел его. Внутри словно разорвалась бомба, окатила горячей волной. Ее глаза, ее улыбка. Нет больше ничего в этом мире. Только она!