Чтение онлайн

— Мертв, — ответил Брасс.

Дьявол просунул свою белую голову в дверь.

— Вот они.

Брасс взял бутылку и стаканы.

Громкоговоритель произнес:

— Батчер, мы видели, как вы схватились с крейсером захватчиков. Вы живы?

Батчер наклонился вперед и взял микрофон.

— Батчер жив, шеф.

— Мало кому еще так повезло. Капитан Вонг, я надеюсь, вы посвятите мне элегию?

— Джебел? — она села рядом с Батчером. — Мы немедленно отправляемся в штаб-квартиру Администрации Союза. И вернемся с помощью.

— Как вам будет угодно,

капитан. У нас тут немного тесно.

— Мы отправляемся.

Брасс был у двери.

— Помощник, парни в порядке?

— Присутствуют и пересчитаны. Капитан, вы никому не давали разрешения на пронос на борт шутихи?

— Нет, насколько я помню.

— Это все, что я хотел знать. Ратт, ко мне.

Ридра рассмеялась.

— Навигаторы?

— Готовы, — ответил Рон. Она расслышала голос Молли: — Вилитака, кулала, милала, милала…

— Перестаньте спать, — сказал Ридра, — мы стартуем.

— Молли учит нас стихотворению на суахили, — объяснил Рон.

— О! Чувствователи?

— Ап-чхи! Я всегда говорил, капитан, что нужно держать кладбище чистым. Однажды и вам оно может потребоваться. Джебел этого не учитывает. Мы готовы.

— Пусть помощник пошлет одного из парней вниз со шваброй, Брасс.

— Все проверено и готово, капитан.

Включились стасис-генераторы и она откинулась в кресле. Внутри нее что-то расслабилось, наконец.

— Я не думала, что мы выберемся отсюда.

Она повернулась к Батчеру, который сидел на краю кресла, глядя на нее.

— Вы знаете, я нервная, как кошка. И чувствую себя не очень хорошо. О, дьявол, этот старт… — с расслабленностью болезненное состояние, которое она так долго отгоняла от себя, начало овладевать ее телом, — я чувствую себя так, будто разлетаюсь на части. Знаете, когда во всем сомневаешься, когда кажется, что чувства тебя обманывают… — дыхание причиняло ей боль.

— Я есмь, — мягко сказал он, — а вы суть.

— Не позволяйте мне сомневаться в этом, Батчер. Я и об этом начала задумываться… Среди моего экипажа есть шпион. Я ведь говорила вам об этом? Может, это Брасс, и он швырнет нас на другую Новую! — болезненность начинала переходить в истерику. Она выхватила бутылку из рук Батчера. Не пейте это! Д-д-дьявол, он мог отравить нас! — она неуверенно встала. Все было охвачено красным туманом. — Или один из мертвых. Как… как я могу… могу… сражаться с призраком? — чувствуя боль в животе, она боролась с тошнотой. С болью пришел страх. Она уже не могла ясно разглядеть его лица. — У… убить… убить нас…! — прошептала она. — Ни вы… ни я…

Уйти от боли, которая являла опасность и опасность означала тишину. Он сказал:

— Если вы будете в опасности, посмотрите в мой мозг, и используйте его, как нужно.

Картина в ее мозгу была без слов: однажды она, Мюэл и Фобо ввязались в ссору на Танторе. Она получила удар в челюсть и отпрянула назад, но не успела увернуться, когда кто-то схватил зеркало с прилавка и швырнул в нее. Ее собственное испуганное лицо с криком летело на нее и ударилось в протянутые руки… И когда она глядела в лицо Батчера, сквозь боли и

Вавилон-17, это случилось с ней…

— Мы только что миновали Снэп, капитан. Хотите выпить?

Голос Ридры:

— Нет.

— Как вы себя чувствуете?

Голос Ридры:

— Мозг в порядке. Тело в порядке.

— Эй, Батчер, кажется, у нее уже нет бреда?

Голос Батчера:

— Нет.

— Оба вы кажетесь чертовски веселыми. Послать помощника взглянуть на вас?

Голос Батчера:

— Скажите «спасибо». Вы знаете, я здесь привязан хвостом.

Голос Ридры:

— Спасибо.

— Выздоравливайте. Оставляю вас одних. Простите, если прервал.

Батчер, я не знала! Я не могла знать!

Эхом в их мозгах возник крик. Не могла… не мог… Этот свет…

Я говорила Брассу, говорила ему, что вы должны говорить на языке без слова «я» и сказала, что не знаю такого языка. Но один такой язык был, очевидно, Вавилон-17.

Соответственные синапсы гармонически двигались, пока изображение не замкнулось, и она создала его вне себя, увидела его…

…В одиночке Титана он шпорой царапал на стене карту поверх непристойностей, написанных за два столетия заключенными, карту, которую обнаружат после его побега, и которая уведет преследователей в неверном направлении; она увидела, как он три месяца шагал по своей четырехфутовой камере, пока не устал от изнеможения и голода.

На тройной веревке из слов она выбралась из тюрьмы: голод, лестница, столб; падать, собираться, отличить; цепи, изменения, шанс…

Он взял свой выигрыш от кассира и был уже готов двинуться по опустевшему ковру казино «Космика» к двери, когда черный крупье преградил ему путь, улыбаясь и глядя на его набитый деньгами мешок.

— Не хотите ли попытаться еще, сэр. Могу предложить такое, что может заинтересовать игрока вашего класса, — его проводили к магнитной трехмерной шахматной доске с глазированными керамическими фигурами. — Вы играете против нашего компьютера. При каждой потерянной фигуре ставите тысячу кредитов. Если выигрываете фигуру — получаете столько же. Шах дает или снимает с вас пять тысяч. Мат даст выигрывающему тысячу ставок….

Это была игра даже для его чрезмерного выигрыша, а он выиграл чрезмерно.

— Пойду домой и возьму деньги, — сказал он крупье.

Крупье улыбнулся и ответил:

— Дом настаивает, чтобы вы платили сейчас…

Она следила, очарованная, как Батчер пожал плечами, повернулся к доске и… в семь ходов дал компьютеру полный «детский мат». Они выдали ему его миллион кредитов и трижды пытались убить его, пока он добирался до выхода из казино. Им это не удалось, но этот спорт был лучше игры.

Следя за его действиями и реакцией в этой ситуации, ее мозг колотился от чуждых эмоций, ибо они были лишены «я», невыразимые, механические, соблазнительные, мифические — Б а т ч е р…