Чтение онлайн

Наложенная иллюзия на дверь Лизы делала ее жилище неприметным. Все те, кто не знал, что в нише есть вход в келью, проходили мимо, ни о чем не подозревая. В те дни, когда Лиза по каким-то причинам не хотела меня видеть, на привычном месте вместо двери присутствовало изображение каменной кладки. По другим дням, хозяйка кельи накладывала иллюзию сразу же после того, как я переступал порог.

Еще дней через десять на крепость было совершено нападение. Живя размеренной жизнью, я как-то подзабыл, что нахожусь не в деревне, а на военном объекте. Звук частых ударов колокола разносился

по всем помещениям, выбежав в одних портках в общий коридор, я здорово насмешил куда-то спешащих в броне одаренных.

– Иди спи, не дорос еще, - бросил мне один из мужчин, закованный в черные латы.

Вернувшись, я наткнулся на ехидный взгляд Сергея, продолжавшего лежать на своей лавке. Парень перестал на меня дуться, но былой общительности между нами более не было. Съязвивший по поводу моего вида, парень снизошел до объяснений, сказав, что это сигнал общей тревоги для всех защитников.

– Нас только в случае эвакуации позовут, но чтобы такое произошло, я даже и не знаю.., - пояснил он смысл колокольного сигнала.

– А зачем им латы?
– задал я давно мучивший меня вопрос: - ведь все защитники одаренные, владеют боевыми техниками, зачем лишние килограммы таскать?

– Работаешь в кузне, а главного так и не понял, - рассмеялся Сергей: - кто же будет тратить бахир на защиту, если железо сделает это куда надежнее и не потребует отвлекаться от создания атакующих конструктов?!

– Ну, с мужчинами я могу согласиться, - вспомнив еще раз закованного в черные латы одаренного, я параллельно подумал, что в такой защите и в правду ничего не страшно: - но как тогда с женщинами, у них же металл в лучшем случае треть тела покрывает, ноги, руки, шея, почти все голое.

– Латы чарованные, - как само собой разумеющееся пояснил Сергей и не удержался, подколов: - и чему тебя только наставник в кузнице учит?!

Откинувшись на лавку, я прикрыл глаза. Хоть звуки колокола и стихли, но в голове остались мысли о том, что будет, если крепость падет. Горная гряда, отделявшая с севера империю от Свободных земель, имела четыре перевала, каждое из которых перекрывалось крепостью, наподобие Отрады. Одаренные, населяющие дикие земли, никому не подчинялись и вели свободный образ жизни. Владея запрещенной во всех государствах стихией Крови, они изменяли животных, преследуя непонятные мне цели.

Большинство тварей оставаясь жить в снежных долинах и редко приближалось к горам, но были и такие, которые упорно стремились в теплые края. Перемещаясь, мутанты несли с собой заразу, распространяя ее как среди обычных животных, так и на попадавшейся по пути территории. Вода, трава, зараженный домашний скот, несколько раз приводили к массовому мору и голоду среди населения Империи.

Выстроенные еще дедом нынешнего Царя, четыре крепости были призваны служить защитой рубежей Руси. Истребление мутантов несло в себе определенные сложности, так как убивая измененную тварь, человек подвергался риску быть зараженным. С течением лет выработалась практика уничтожения мутантов с большого расстояния, атакуя с крепостных стен, одаренные могли использовать боевые техники и не слишком сильно

рисковали.

Чаще всего измененные твари старались прорваться на юг по одиночке, и чтобы справиться с такими особями вполне хватало находящихся на крепостных стенах караульных. Но иногда миграция носила массовый характер, и чтобы уничтожить сотни стремительно несущихся тварей мимо крепости, приходилось задействовать все имеющиеся в твердыне боевые силы.

Тарское ханство и Шецкий союз официально не вели с дикими землями торговых дел. Только вот рейды егерей, возвращающиеся со Свободных земель, часто приносили с собой вещи домашнего обихода, странами производства которых являлся либо запад либо восток. Простынь, которой мне так нравилось укрываться на ложе Лизы, была как раз одной из таких вещей, паучий шелк умели и добывали только на Востоке.

Информацию о политических событиях в Столице и в мире, я подчёрпывал от Лизы, любившей заниматься просветительской деятельностью после того, как силы наших тел иссякнут. Я внимательно ее слушал, так как ничем подобным никто и никогда не считал нужным со мной делиться. Женщине импонировало, что я со всем соглашался и не имел своего мнения ни по одному из вопросов, которые она затрагивала. Выговорившись, Лиза как правило выгоняла меня из кельи, ни разу не разрешив остаться до утра.

Ровно через месяц, после обряда познания, ворота крепости остались стоять неподвижными монументами. Ради меня, покидавшего стены Отрады, никто не стал задействовать многотонный воротный механизм. Перевязанный поперек туловища веревкой, я был спущен вниз до земли, преодолев стену сквозь одну из бойниц предвратной башни.

– И вам не мерзнуть, - махнул я на прощание рукой, едва увернувшись от сброшенного в след мешка с нехитрой снедью.

Запрокинув голову, я не увидел ни одного лица, кто бы свесился вниз и ответил на мой прощальный жест. Всем, кто оставался в крепости, не было дела до уходящего посреди зимы в дальнюю дорогу парня. С Лизой я попрощался еще вчера, а больше ни с кем наладить дружеских отношений не удалось. Тот же Сергей, в последние дни ходил мрачнее тучи, а вчера зачем-то рылся в моих вещах. Слава Царю, у меня ничего не пропало, хотя это могло случиться и от того, что у меня ничего и не было.

Врученная сегодня утром подорожная, содержала в себе предписание явиться в город Алишер. Я убрал его на самое дно котомки, так как предъявлять его следовало либо старшему каравана, либо конным разъездам на дорогах, либо на входе в любой из городов.

– Случись война и это может стать той малостью, что решит исход противостояния не в нашу пользу!
– витиевато и не понятно глаголил уважаемый Леонид, напутствуя меня перед дальней дорогой.

Из пятнадцатиминутной речи удалось вычленить, что из-за моего единения с Металлом, я покидаю крепость Отрада с котомкой и подорожной, а не босой и голодный. На Руси срочно требовались одаренные с единением к данной стихии, и Царь повелел учить подростков в старших школах, с тем, чтобы "ценные" кадры находись под надлежащим надзором.