Чтение онлайн

Я попытался вызвать фламатер, окликнуть синклит. Чужедальние боги словно в воду канули. Уже совсем посветлел купол неба, начали таять звезды, где-то ниже по течению печально взвыла волчица, а те, кого я в душе посчитал ровней, помалкивали.

– Серый волк!
– неожиданно кто-то окликнул меня. Я резко обернулся. Одетая в шубу, песцовую шапку, модные сапожки, проваливаясь в снег, ко мне пробиралась Земфира. Ходьба давалась ей с трудом, но она была сильная, выносливая девушка. Золотистые волосы выбились из-под шапки, глаза обмерли от страха. Она слезливо всхлипывала и поочередно вытирала глаза то левой, то правой рукой.

– Что случилось?
– воскликнул я.

– Не

знаю.

В нескольких шагах от меня Земфира споткнулась, плашмя рухнула на снег и завыла в полный голос. Совсем по-звериному. Тотчас ей откликнулась волчья стая. Я бросился к ней, помог встать, заглянул в заплаканные глаза. На ресницах и бровях посверкивал снег.

Край солнца неожиданно вспрыгнул над седловиной, осветил её заплаканное лицо. Девушка зажмурилась, потом наконец вымолвила.

– Подняли ночью. Дали мысленную команду подготовиться к выходу на поверхность. Я была готова через несколько минут - ты знаешь, я всегда в форме. Приказали пройти в твой отсек. Захожу - в кресле эта шуба, ну, и все, что под ней. Сверху меховая шапка. Как отрезанная голова... Приказали - переодевайся. Я переоделась... Вот гады - обо всем позаботились, даже утепленные стельки в сапоги положили. Не забыли накормить. Потом коротко в шлюз! На волю марш! Я, как дура, послушалась. Вышла, отошла на положенное расстояние, села не пенек и жду. Вдруг среди ночи зарево, такое синтесивное, яркое сияние...

– Какое?
– не понял я.

– Синтесивное.

– Может, интенсивное?

– А, плевать!

– Дальше?
– потребовал я.

– Ну, это, интенсивное свечение. Я даже зажмурилась, а когда открыла глаза, уже ничего не было.

– Что значит ничего?

– Ну, свечения.

– А сопка?

– Все на месте - и сопка, и горы, и снега не растаяли, и кусты целы...

– Что ж, они взлетели?

– Не знаю, гора на месте. Слушай, - до неё внезапно дошло.
– Если они улетели, что же со мной будет?

– Не знаю. Шерстью вновь обрастешь, лосихой станешь.

Она - в рев!

– Не хочу лосихой!..

– Ладно, успокойся. Что-нибудь придумаем. Не могли они вот так сразу взять и улететь. И что, никакого землетрясения, извержения вулкана?

– Ничегошеньки! Только яркий, жгучий свет. А тебе просили передать вот это, - она протянула волшебный пояс.

Я онемел. Это точно был он, я узнал его сразу. Живой, невредимый, с той же самой щербинкой на золотой бляшке, с редкими трещинками на покрытой обливной эмалью орнаменте. Готовый к употреблению... Выходит, я получил плату, выходит, мы в расчете? Свершилась мечта идиота? Стоит только нацепить этот предмет, перекувырнуться через голову, я вновь стану волком. Еще раз совершу кульбит и обрету наконец свою изначальную, человечью форму? Но зачем это мне сейчас? Цивилизованные ди так не поступают! Вот и Ковчег совсем обессилил, койс наотрез отказался хотя бы частично заправить его энергией.

Я загрустил - почему собственно не может быть? Они же оставили койс. В качестве премии? Тот же скафандр!.. Штучки-то любопытные во всех отношениях. То-то "Быстролетный" заткнулся на середине пути. Видимо, получил приказ и всю оставшуюся дорогу пережевывал его. Прощай, молодая койсиха, никогда не видать ему гурьбу койсят. Ладно, успокойся, только без истерики. Значит, сами испарились, а койс бросили? Он никогда не нарушит приказ.

Как-то все нескладно получилось! Посещение Сатурна, Гипериона, эта Земфира. Что мне с ней делать? "Просите и по заслугам воздастся", - таков, кажется был их ответ. Ребята, я готов покаяться! Немедленно!! Прямо здесь!..

Я поворотился к горе, вперил в сопку самый мощный, рожденный в глубине

несогласной с приговором души, ясновидящий взгляд. Плотное каменное месиво... Порода, только порода, никакого намека на полость, на клейкую, вяжущую субстанцию, заключенную в непробиваемую упругую скорлупу. Как я был глуп, наивен, самонадеян, когда с такой силой рвался побывать "на боту звездного корабля". С какой же силой запечатала мне мозги эта гнусная литература вымысла, читанная мной в школьные годы! Вспомнился Рогулин, его вечная, терзающая душу попытка разгадать - за что? Кому это надо, чтобы человеку небо показалось с овчинку, а смерть - желанным выходом. На что руку поднял, Серый? На Промысел Божий?! Явил тебе лик посланец небес, а ты его хаять! Теперь жри снег, жри прах свой, посыпай голову пеплом, молись, взывай, бейся лбом о пень - это все человеческие деяния. Вряд ли они тронут непостижимые сердца синклита.

– Серый волк, - окликнула меня девушка. Я повернулся к ней - она отшатнулась, увидев мое залитое слезами лицо. Наконец мне удалось взять себя в руки.

– Одежонки мне никакой не оставили?
– спросил я.

– Возле пенька. В корзине.

Койс по-прежнему помалкивал. Я глянул в его сторону, потом заковылял к редкой стайке лиственниц. Добрался до пенька, перебрал вещи в корзине, которую оставила в подземелье Каллиопа. Они вернули все в целости и сохранности - сувениров им не надо.

Я глянул вверх. Голубела высь, завесой отгораживая другую глубь, другие пространства и времена, другие расстояния и сроки. Все прошло, как с белых яблонь дым. Что мне оставалось? Только обнажиться, накинуть пояс, перекувырнуться через голову и обрести подлинную, волчью суть.

Я направился в сторону койса, очень не хотелось кувыркаться в присутствии биокопии, камнем повисшей у меня на шее.

Койс покорно отодвинул створку люка. Превращения и прочие манипуляции с одеждой я совершил механически. Выпрыгнул наружу - Земфира с перекошенным от страха лицом бросила бежать, но тут же увязла в снегу, заревела в полный голос. Должно быть, было чего пугаться - огромных размеров волк стоял возле летающей тарелки и держал в зубах корзинку с одеждой.

Я приблизился к девушке. В этот момент со звонким щелчком захлопнулась створка люка. "Быстролетный" - приятель и верный служака - воспарил над землей и брошенным вдаль камнем исчез за чередой сопок. Я на мгновение опешил, потом непроизвольно скакнул за ним. Койс преодолел километров триста и нырнул за хребет Черского. Там, наверное, свернулся яйцом и навечно ушел под землю.

Злобно рыча, я принялся разгребать вечные снега, где, как мне показалось, спрятался этот ублюдок. Я жаждал отыскать его, прихватить лапами, потребовать ответ - где его хозяева, что за комедию они разыграли со мной? Как они посмели?..

По склону покатила снежная лавина. Я бросался то к одной расщелине, то к другой, устраивал обвалы, грыз камень... В безумной попытке попытался взять штурмом небо, преодолеть слой атмосферы, выйти в космос взвился вверх. Я знал, где была спрятана приводная станция. Дайте срок, я и до стартового комплекса доберусь. В лепешку расшибусь, но узнаю - исчезли они или нет. Рухнул я на вершину горы Победа и скатился к подножию...

Опомнился к полдню. Похмелье было горьким. Долго сидел и выл, глядя на солнце. Подступило отчаяние, положение казалось безвыходным. Мысль о биокопии отрезвила меня - я глянул на свои израненные до крови лапы. Тело ныло - падение с такой высоты не прошло для меня даром. Ради чего? Чтобы несчастное существо без роду и племени замерзло в тайге? Ты просил сохранить ей жизнь, чтобы потом погубить? Такова цена твоему безумству, скачкам в небо?