Чтение онлайн

Агне уселся только после того, как люди Моро усадили Томаса, Мэтта и Лассе за стол. Сами они садиться не стали, а встали около двери.

— Кто эти люди, эна Вендела? Мне показалось, что вы их знаете, — всё так же ясно и громко спросил Дард.

— Старший офицер Мэтт Криззен, начальник участка ловцов в Сольме, — начала Кэри, — ловец Лассен Мармален, мой подчинённый, рядовой. Томас Франкотт, некромант-консультант, заключённый из городской тюрьмы Сольме…

— Томас Франкотт? — некроманты оживились.

Лэмб Такер и Хелли Рэй прямо-таки заёрзали на местах. Только Сарвен Дард

продолжал сидеть неподвижно. Да он и бровью не повёл! Может быть, не понял?

Тогда Кэри сочла нужным уточнить:

— Отец нашего Тоби.

Франкотт медленно встал. Агне потянул его за край рукава вниз.

— Вы увидите сына, — пообещал Дард. — В любом случае увидите.

Томас слабо застонал.

— Он в полнейшем порядке, — заверила его Кэри. — И ни дня не проходит, чтобы он не говорил нам о вас.

— Эн Гисли, — сказал Дард, глядя на Эдварда желтовато-серыми, колючими глазами. — Вот вы же ручались за то, что некромант по имени Эрл Тимо Десмет навсегда изгнан. Кричали, что всё сделано как положено! А теперь посмотрите на Мармалена. Сейчас вы тоже ручаетесь? Его действительно нет в этом носителе?

Кэри сжала губы. Как он смеет говорить так о Лассе? «Носитель»!

Но и Лассе выглядел не вполне как Лассе. Кэри знала его в период одержимости духом некроманта, но вёл он себя тогда совершенно не так! Обычный юнец, только до смешного неуклюжий. Даже когда Томас объяснил ей (в госпитале он принимался объяснять даже несколько раз), что неуклюжесть и поломка вещей возле паренька происходят от присутствия духа-подселенца, в душе Кэри жила уверенность, что рядом с ней — именно Лассен. Не Уиллерт и уж тем более не Десмет.

Поймав взгляд Кэри, Мармален, сидящий как раз напротив неё, прищурился и облизнул губы. И улыбнулся. Трещины на запекшихся губах разошлись и стали сочиться кровью. Лихорадочно блестящие глаза словно принадлежали другому человеку.

И пока Гисли спорил с Дардом, Лассе тихо сказал Венделе:

— Ты же по-прежнему не боишься своей смерти, Кэри Вендела? Но за жизнь мальчишки волнуешься куда как сильнее, да? Ну и полюбуешься скоро, как он подохнет.

И снова улыбнулся — жестокой, холодной улыбкой убийцы, натянутой на лицо Лассе. Грязное, осунувшееся, больное, но всё-таки — лицо Лассе… Кэри сжала кулаки. Да, пожалуй, видеть ученика таким было гораздо больнее, чем чувствовать ледяные руки некроманта на собственном горле и корчиться, когда он душил её.

— Это Десмет, — сказала Кэри, прерывая спор Дарда с Эдвардом.

— Я давно это сказал, — уязвлённо произнёс Томас. — Вот и эн Йозеф подтвердил…

— Но Эрл Десмет — приверженец Штавана, — вскричала Кэри. — Он ещё месяц назад рвался получить его труп.

— Да! — заявил Лассе-Десмет. — Не отрицаю! Вы ведь не станете отрицать, что всячески препятствовали мне в этом. А какой был план! Получить тело из рук Комитета, принести в жертву девственницу, дождаться, пока он воплотится — воплотится в меня! Не вышло — вы чинили мне свои глупые препятствия! Согласитесь: вы ведь ничего не понимали в том, что делали? Нет, не понимали. И он выбрал другого некроманта и сам нашёл себе девственницу. И кстати, эна Вендела, куда моложе и краше вас!

Вендела почувствовала,

что кровь прилила к лицу и в особенности к ушам, и готова была броситься на Десмета — плевать, в каком теле, лишь бы навсегда покончить с ним! Но Эдвард положил руку ей на плечо.

— Не надо, — сказал он вполголоса. — Это и так достаточно смешно.

Кэри неохотно села. Выпад Десмета и правда был смешон — но она всё-таки обиделась. По-детски, наверное. Не стоило обращать внимание на такие жалкие слова. Она сжала кулаки и гневно посмотрела на Гисли. Но тот и не думал глумиться или издеваться — он, казалось, уже и вовсе забыл о ней.

— Я думаю, что Десмет до сих пор нужен Штавану, — сказал Дард. — Ему ведь всё ещё требуется жертва. Но не просто какая-нибудь девственница и не юнец — ему нужен доброволец. Как бы он ни был убедителен, все его живые подручные могут подчиниться приказам, но не захотеть умереть под его ножом. Мало кто по доброй воле пойдёт на такое.

Кэри увидела, что Дард при этих словах покосился направо. Но Хелли Рэй настороженно следила за Мармаленом — и Сарвена, похоже, слушала в пол-уха.

— Он пытается освободиться и подселиться к кому-нибудь ещё, — сообщил Франкотт. — Но, полагаю, все его усилия не обернутся успехом даже в случае смерти носителя. Ваш мальчик, Лассен, был очень сильным. Скажите спасибо ему, когда будете поминать.

Кэри заметила слёзы в глазах старины Мэтта. У неё и самой защипало в носу. Когда Франкотт заговорил о Мармалене, как о мертвеце, у Венделы внутри всё перевернулось.

— Я прошу теперь увести Десмета и тщательно его охранять, господин, — сказал Агне Йозеф, обращаясь только к Дарду. — Не допусти Спящий теперь малейшей ошибки с нашей стороны.

Стихийники взяли Мармалена под руки. Он встал с огромным трудом.

— Постойте, — вскрикнула Кэри. — Пусть кто-то из магов Боли осмотрит его! Он ведь совсем болен!

— Кэри, это больше не Лассе, — сказал Мэтт.

— Вы можете ошибаться, — возразила Кэри. — Но вдруг он ещё там? Сколько мы не замечали в нём присутствия подселенца?! А? И… и вообще, если он нужен, то пусть будет хотя бы здоров, чтобы нам не пришлось думать, что он вот-вот уйдёт в чертоги Смерти. Эн Дард, прошу вас, пусть к нему позовут целителей!

— Эна Вендела права, — сказал Сарвен Дард. — Его стоит немного подлечить.

— Я сам присмотрю за Десметом, чтоб он не попытался улизнуть, — вызвался Такер и поднялся со стула. — То, что вы сейчас нарешаете, я могу услышать и в пересказе.

Агне вроде бы хотел что-то сказать, но пересёкся взглядом с Чезаре Розом и пожал плечами. Их безмолвный диалог заметила только Кэри — остальные смотрели на Мармалена.

Стихийники и Такер увели Лассе-Десмета, и Дард некоторое время молча озирал совет — каждого по отдельности, внимательно, словно вникая в тайные помыслы каждого. В зале стояла тишина.

Наконец, Чезаре предложил:

— Надо, чтобы он дал знать о себе Штавану.

— Думаю, он уже дал знать, — живо отозвался Йозеф. — Мне кажется, уважаемые, вы недооцениваете этого подлеца. На крепость нападут завтра. Или даже раньше, дорогие мои соратники, может быть, уже сейчас. Он уже не может ждать.