Чтение онлайн

Но, конечно, не всё, не всё безоблачно, господа.

Существуют и некоторые негативные тенденции в процессе утверждения санг- винофилии и антропофагии как государственных институтов.

И, прежде всего, мой упрек относится к глубокоуважаемым антропофагам.

Ведь до сих пор еще некоторые людоеды отдают предпочтение строго опреде­ленным частям человеческого тела! Одни выедают только мозг, другим больше по душе печень, третьи предпочитают мясо. И хотя они и утверждают, что «печеноч­ники» прекрасно уживаются с «мозговиками»,

но мы-то не можем не замечать, го­спода, что отсюда всего один шаг до пропасти межнационального предубеждения, до скатывания в позорный антисемитизм.

Нет, господа! Антропофагия, гуманистический идеал коей так глубоко, так полно, так, я бы сказал, одухотворенно, — сформулировал наш докладчик, — предполагает любовь антропофага не к какой-то определенной части человече­ского тела, а ко всему человеку в целом!

И, разумеется, — это тоже надо учитывать, господа! — это накладывает опре­деленные обязанности и на самого человека. Как говорил великий русский писа­тель — в человеке всё должно быть прекрасно.

Да-да, всё... И кровь, и мясо, и внутренние органы.

Да и как же можно иначе? Ведь коли мы декларируем право каждого гражда­нина быть съеденным, то и он в свою очередь должен исполнять определенные обязанности. Как метко заметила наш куратор и идеолог — Галина Старовойтова, прав без обязанностей не бывает...

Позвольте также остановиться мне и на проблеме сангвинофило-антропофагии и интеллигенции.

Вы, наверное, и сами уже почувствовали, господа, что антропофаги и сангвино- филы всегда более интеллигентны, нежели интеллигенты других специализаций.

Они — интеллигенты именно в том смысле, который вкладывают в это слово отцы нашей демократии Михаил Сергеевич Горбачев, Лаврентий Павлович Бе­рия, Андрей Дмитриевич Сахаров...

Им глубоко чужды антисемитизм и любые другие проявления расовой дис­криминации.

Клянусь, господа, но я еще не встречал ни одного антропофага, который бы отдал русскому предпочтение перед евреем и наоборот. Для сангвинофилов и ан­тропофагов все люди одинаково съедобны, независимо от национальности и по­литических убеждений.

Никакие языковые барьеры, господа, не препятствуют их деятельности на бла­го демократии и политики реформ правительства Гайдара-Ельцина.

В ходе прений правозащитник Юрий Доброскокин из Калача сказал, что мыс­ли, высказанные докладчиком и содокладчиком, настолько соответствуют самому духу и идеологии реформ правительства Гайдара-Ельцина, что он считает необхо­димым избрать ПОЧЕТНЫМИ УПЫРЯМИ ПРАВИТЕЛЬСТВО ГАЙДАРА- ЕЛЬ­ЦИНА, МОСКОВСКУЮ И САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКУЮ МЭРИИ, А ТАКЖЕ ГА - ЛИНУ СТАРОВОЙТОВУ И СЕРГЕЯ КОВАЛЕВА.

— Ибо. — сказал правозащитник из Калача, — без них собрание упырей не полно. Кого защищать, если не их?!

Правозащитник Николай Шадрунов (Переделкино) предложил дополнить спи­сок почетных членов Конгресса ЛУН главным певцом упыризма и вампиризма — Евгением Евтушенко, с чучелом которого он (Шадрунов)

успел закорешиться, пока это чучело не сожгли.

Главный докладчик Сергей Носов предложил дополнить список руководства кандидатурами Лаврентия Павловича Берии, Андрея Дмитриевича Сахарова и маршала Тухачевского — ПОСМЕРТНО.

После голосования эти предложения были приняты.

Был избран в руководство также и почетный немец Михаил Сергеевич Горба­чев, как САМОВЫДВИЖЕНЕЦ.

В ходе последнего голосования возникли проблемы, связанные с процедурны­ми вопросами.

Правозащитник Геннадий Муриков (Санкт-Петербург) внес предложение, что­бы антропофаг, съевший в ходе заседания кого-либо из делегатов, вместе с телом съеденного приобретал и его голос. Предложение это вызвало замешательство у одних и бурное осуждение у других. С решительным протестом выступил право­защитник Николай Федоров (председатель санкт-петербургской секции защиты некрофилов).

Подводя итоги дискуссии, председательствующий Сергей Носов предложил считать голоса съеденных делегатов ПОЧЕТНО ВОЗДЕРЖАВШИМИСЯ. И хотя правозащитник Геннадий Муриков (неясно, кого именно представлял он на конгрессе) пытался сорвать голосование, поскольку, дескать, так никогда нам не удастся набрать кворума, предложение председательствующего было принято. Двадцать два голоса — за, один — против, два — воздержались, три — ПОЧЕТ­НО ВОЗДЕРЖАЛИСЬ...

После решения этих процедурных вопросов был объявлен перерыв на обед, а после обеда единогласно, при восьми ПОЧЕТНО ВОЗДЕРЖАВШИХСЯ, была принята резолюция, всецело одобряющая деятельность правительства народного доверия Гайдара-Ельцина».

Конец цитаты.

Чтение материала поразило меня.

Как стремительно совершаются в Полетное время перемены.

Помню, на Высших курсах масонов-звездолетчиков, которые я проходил, ког­да мое тело находилось в психиатрической больнице № 3 им. И.И. Скворцова- Степанова, нам рассказывали, что всегда в межгалактических перелетах наступа­ет момент перехода через порог времени. Проходишь через него — и время теряет свою твердость и легко трансформируется в любые комбинации. Далекое будущее может восприниматься как прошлое, а прошлое — как будущее .

Что, впрочем, когда мы достигнем Обетованной Галактики, окажется абсолют­но безразличным.

Надо будет в письме к правительству напомнить мысль Н.Ф. Федорова, го­ворившего, что объективное историческое повествование есть вызов умерших ради праздного любопытства; история же как памфлет есть профанация и может быть произведением только людей, живущих искусственною жизнью, утратив­ших естественный смысл жизни. Это уже история не сынов, а если и сынов, то забывших отцов, то есть сынов блудных. Если имя Божие не следует употреблять всуе, то и имен умерших не следует призывать всуе, а история как памфлет и есть нарушение этой заповеди; но нужно отказаться не от истории, а от суеты...