Unknown
Шрифт:
И если мои герои Вам не симпатичны, то это лишь от того, что Вы
чем-то на них похожи. Горькая правда еще никого не радовала и никогда не
была бальзамом для души и сердца.
Должен признаться, что в этом романе я постарался по мере своих сил
максимально, насколько это возможно без ущерба для всего произведения в
целом,
сики и многословных описаний природы. Насколько мне это удалось – судить
Вам, мой дорогой читатель.
Вторая и третья части романа выгодно отличаются от первой, кото-
рая была написана за четыре дня и три ночи, на одном дыхании. Вторая
91
часть создавалась несколько сложнее, т.к. было очень много рутинной ра-
боты. А вот третья часть оказалась настоящим шедевром кулуарно-
келейного творчества. Дело в том, что с Монзиковым я уже больше не
встречался, и дальнейшая судьба его мне, к великому сожалению, доскональ-
но не известна. Забегая вперед, скажу лишь, что в конце 2004г. Александр
Васильевич выехал на Украину, где активно включился в политическую борь-
бу, для чего еще загодя стал изучать украинский язык. Несколько раз его ви-
дели в Киеве на Майдане Незалежности. Но что он делал в толпе сторонни-
ков Виктора Ющенко, никто не знает. Затем ходили слухи, что он пытался
заняться бизнесом, для чего предпринял попытку создания транснациональ-
ной корпорации по международной торговле салом и горилкой. Но то ли са-
ло быстро закончилось, то ли горилка – так никто толком и не знает до сих
пор. Только известно, что в России его теперь не найти и связь с ним, скорее
всего, утратилась навсегда…
*****
Новая жизнь
Уволился Монзиков за одну неделю. Когда начал устраивать-
ся на гражданке на работу, то заметил, что куда бы он ни обратил-
ся, везде ему отказывали, узнав о его двадцатилетней службе в
"ментовке". Отказывали по-разному. Одни – смотрели в глаза не-
винным лучистым
имитировали заинтересованность и записывали на листочек коор-
динаты и данные Монзикова.
Теперь уже бывшие сослуживцы стали вдруг чураться и сто-
рониться Александра Васильевича. Даже с Анечкой и Катериной
стали происходить какие-то метаморфозы. И вроде бы все и всё как
прежде, да вот незадача – результаты стали диаметрально противо-
положными.
Пенсия была у Монзикова небольшой – 50% от должностного
оклада и звания. Силы и желание работать – ещё были.
И вот, стоя как-то в очереди приемного пункта посуды, Мон-
зикова осенило, что самое главное в этой жизни – занять свое место
под солнцем, занять свою нишу.
"А что, если пойти работать в адвокатуру, а?" – подумал Мон-
зиков. И ему вдруг на душе стало так спокойно и радостно, что он
даже не заметил, как сдал две сумки бутылок, получил деньги и
вышел на улицу. Состояние было необычным.
На следующее утро, надев милицейскую форму – китель без
погон с "гражданскими" пуговицами и брюки с выпоротым кантом, перекрашенную в черный цвет рубашку, Монзиков направился в
92
городскую коллегию адвокатов. Поднявшись на третий этаж ста-
ринного особняка в центре города, Монзиков увидел предмет сво-
его желания. По длинному коридору мимо охранника сновали взад-
вперед адвокаты. Тут же велась торговля юридической литературой
по ценам выше рыночных раза в два-три. Прямо в коридоре сидели
клиенты, которые с надеждой ожидали своих спасителей – адвока-
тов. Непрерывно звонили телефоны, кто-то кого-то искал, спраши-
вал. Была обычная деловая суета.
Монзиков, не долго думая, вступил в разговор с охранником.
– Скажи, пожалуйста, а где здесь самый главный? – спросил
Монзиков, продолжая оглядываться на снующую публику.
– В конце коридора – приемная президента, – невозмутимо от-
ветил охранник.
– А как его зовут? – и Монзиков достал ручку с блокнотом.
– Иван Петрович Садков. Но если Вы к нему, то надо запи-
саться на какой-нибудь день и время у секретаря или управляюще-
го делами.
– А как зовут этих, ну, как их там? – Монзиков пытался
вспомнить нужные слова, но на помощь опять пришел охранник.
– Секретаря – Наташа, а управляющего делами – Иван Алек-
сеевич. Его Вы сейчас легко застанете.
– Ага, спасибо! – и Монзиков направился в приемную.
– Здравствуйте, Наташа! А где Иван Алексеевич?