Украсть у президента
Шрифт:
Уединившись, Корнышев позвонил Горецкому.
– Слава! – с неожиданным воодушевлением сказал Горецкий. – Ты сколько еще там проторчишь?
– День-другой…
– Ты сошел с ума! – еще больше возбудился Горецкий. – Он уже в Москве!
«Он» – это Иванов.
– Ты его уже видел? – спросил Корнышев.
– Завтра! Слушай, приезжай скорее!
– Ты начинай пока без меня…
– Ну что за чушь ты говоришь!
– У меня тут много работы…
– Ну какая работа! – возмутился Горецкий. – Все самое главное происходит здесь!
– Мне
После этого Корнышев пошел по улице мимо бесконечной череды магазинов, ресторанов и прокатных контор. Вдоль них тек бесконечный поток туристов, переживших изнурительную дневную жару, после которой так приятно пройтись по вечерним улицам. Над близким морем кричали чайки. Из ресторана рвалась на простор заводная мелодия сиртаки. По-южному быстро опустилась на город темнота, и свет фонарей был очаровательно мягок. Машины катились по улице неспешно и бесшумно.
Корнышев, завороженный звуками и картинками чужого города, долго шел безо всякой цели с безмятежно-рассеянным видом, пока телефонный звонок не вырвал его из состояния задумчивости. Это был Горецкий. Он продиктовал информацию, которую ему удалось накопать по Али Рустамову, родившемуся четвертого мая одна тысяча девятьсот семьдесят восьмого года в городе Махачкале, в настоящее время проживающему в городе Можайске Московской области на улице Клементьевской…
Корнышев старательно впитывал информацию, которой набралось довольно много. Там были и номера зарегистрированных на Рустамова телефонов, и имена его коллег по агентству «Кортеж-сервис», и данные по ДТП, в которое попал управлявший автомобилем «Мерседес» гражданин Рустамов по странному стечению обстоятельств четвертого мая.
Выслушав Горецкого, Корнышев взял такси и поехал в отель, от которого он уже довольно далеко успел уйти. Он прибыл вовремя. Знакомые ему девушки усаживались в автобус под присмотром Рустамова. Завидев подъехавшего Корнышева, Али демонстративно отвернулся. Наверное, давал понять, что лимит времени на раздумья Корнышев исчерпал и разговора уже не будет.
Корнышев вышел из машины и направился к кавказцу, одновременно набирая номер его мобильного телефона. Соединения пришлось ждать долго, и Корнышев убавил шаг. Наконец в кармане у Али запищал мобильник. Али выхватил трубку из кармана.
– Алло! – сказал сын гор.
– Аллах акбар! – сообщил ему важную информацию Корнышев.
– Это кто? – удивился Рустамов.
– Кто такой Аллах? – в свою очередь удивился Корнышев. – Ты разве не знаешь?
– Кто звонит?
Корнышев обогнул стоявшего к нему спиной Али, встал перед ним и сказал в трубку:
– Я звоню.
Али отключил свой мобильник и растерянно посмотрел на Корнышева.
– Откуда знаешь номер? – спросил он.
Вдруг догадка
– Они сказали, да?
По его интонации можно было понять, что девушек не ждет ничего хорошего.
– Нет, – качнул головой Корнышев. – Не они.
– А откуда? – все еще не верил Рустамов.
– Работа такая. Я много чего о тебе знаю. Так я насчет девочки на два дня, – сказал миролюбиво Корнышев.
– Не получается, – ответил Али, но не сделал попытки сесть в автобус и смотрел настороженно.
Хотел до конца прояснить для себя ситуацию.
– Ты напрасно так, – попенял ему Корнышев. – Со мной ссориться не надо.
Глаза кавказца сузились. Казалось, еще немного, и он бросится на Корнышева.
– Это здесь мы с тобой по-мирному разойдемся, – сообщил Корнышев. – Потому что я на отдыхе как бы и делами не занимаюсь. А дома я раскручу тебя по полной. За испорченный отдых. Вот вызовет тебя Броварин и скажет, что больше ты не нужен…
– Откуда знаешь Броварина? – морщил лоб Али.
Броварин был хозяином «Кортеж-сервиса». То, что собеседнику была знакома эта фамилия, оказалось для Али неприятной неожиданностью.
– Или попрошу, чтобы твой «мерс» пробили по Интерполу не абы как, а как следует. Ну, тот, который в свой день рождения долбанул на Якиманке.
Али стал такой неподвижный, что хоть пиши с него картину маслом.
– И вот что интересно, – сказал Корнышев ласково. – Там за тобой по протоколу нарушение ПДД, повлекшее причинение легких телесных… И за это либо штраф от пяти до восьми минималок, либо лишение прав на срок от трех до шести… И с тебя взяли всего лишь штраф… По минимуму… С инспектором договорился?
– Инспектор сам решил!
– Ну ты меня за дурака держишь, да? – опечалился Корнышев. – Где ты видел инспектора, который за просто так сделает доброе дело лицу кавказской национальности? Так что по факту дачи взятки будем дело возбуждать… По возвращении…
– Взятки не было! – не испугался Али.
– Разберемся, – обнадежил Корнышев.
– Чего надо? – спросил со вздохом Рустамов.
– Девочку, – с готовностью сказал Корнышев.
– Я девочку дам. Но ты скажи, зачем ты здесь.
– На отдыхе, – широко улыбнулся Корнышев. – Да ты не дрейфь. Если я отсюда в хорошем настроении вернусь, так я про тебя забуду навсегда.
Али не очень-то поверил, но некуда было деваться.
– Кого хочешь? – спросил он с хмурым видом.
– Эльвиру. Только ты это, – пощелкал пальцами Корнышев. – Ты предупреди ее, чтобы шелковой была. Чтобы не взбрыкивала. Не люблю я этого.
Рустамов вызвал из автобуса Эльвиру и что-то ей втолковывал с глазу на глаз целую минуту, время от времени указывая на стоящего в стороне Корнышева. И когда он закончил свой инструктаж, Эльвира уже дошла до кондиции. Рустамов вошел в автобус, и автобус уехал. Эльвира подошла к Корнышеву и сказала с выражением щенячьей преданности на лице: