Шрифт:
Непобедимый Чемпион
Толпа безумствовала.
Со всех сторон неслись крики "Ворон! Ворон! Ворон!", сквозь которые прорезывались отдельные яркие пассажи:
– Порви этому козлу жопу, Ворон!
– Выпусти ему кишки!
– Проломи ему…
– Оторви…
– Завяжи узлом…
– Олег, я хочу от тебя ребёнка!
"Женский голос. Интересное предложение", – отметил про себя Олег Воронков и бросил в сторону трибун быстрый взгляд. Из-за нестерпимого света прожекторов эта попытка заранее была обречена на провал.
"Ослепнуть можно…
По правде сказать, стоявший перед ним татуированный громила в чёрных трусах уже порядком вымотался, последние несколько минут Олег полностью контролировал ход поединка. Сопернику оставалось рассчитывать лишь на счастливый случай, нелепую ошибку… И заметив тот взгляд в сторону, громила наивно предположил, что получил свой шанс.
Он бросился вперёд, собираясь подмять Олега под себя, однако этому нехитрому плану не суждено было сработать. Мгновенно среагировав, Олег нанёс встречный удар коленом в голову, и когда оглушённый противник рухнул на настил ринга, взял в захват его левую руку и выкрутил локтевой сустав. Под громкие крики зрителей возникший откуда-то сбоку рефери остановил бой.
Олег вскочил на ноги и победно вскинул вверх сжатую в кулак руку. Набрасывая ему на плечо сверкающий фальшивой позолотой до нелепости широкий пояс, промоутер Карен Вартанян объявил в микрофон:
– И Денис Николенко повержен! В схватке победил, в седьмой раз отстояв титул чемпиона по версии Всемирной Независимой Ассоциации Профессиональных Бойцов, несравненный и невероятный Олег "Стальной кулак" Воронков!!!
Толпа неистовствовала.
Олег шёл через грязный, плохо освещённый двор в одном из ближайших пригородов Москвы. В тот момент, когда он уже собирался извлечь из кармана магнитный ключ от двери в подъезд, путь ему преградил внезапно выступивший из тени субъект в косой кожаной куртке и широких мешковатых штанах настоящих американских "гэнгста" из чёрных кварталов. Странноватый вид этого парня воскресил в памяти Олега полузабытый образ из раннего детства… Наверное, именно так одевались фанаты группы Кар-мэн.
– Гони бабки, хмырь, не то порежу! – не откладывая в долгий ящик заявил субъект, подкрепив угрозу зажатым в руке длинным ножом, который он наставил на Олега наподобие пистолета.
– Прости, друг. Нет ни рубля, – ответил Олег тем же тоном, каким всегда отвечал попрошайкам, клянчившим мелочь возле рынка.
– Чё ты сказал? Ни рубля? А ну выворачивай карманы, козлина, ща поглядим, чё у тя там!
Олег послушно начал выворачивать один карман куртки за другим и извлёк наружу носовой платок, зажигалку, брелок для ключей… Одновременно он рассуждал вслух, говорил сам с собой, тихо, но не настолько, чтобы грабитель не слышал:
– Что это у нас здесь? Платок? Сейчас больше пригодился бы подгузник… Какая-то бумажка. Телефонный номер? Не помню, откуда это взялось. Лучше бы банкноты, не правда ли? Хотя вскоре может пригодиться… Ключи? От квартиры. Там есть немного денег. Если хочешь, друг, я схожу и принесу их. И все будут довольны, разве
– Слышь! Чё ты мне паришь, придурок? – ответил потерявший терпение грабитель. – Бабок нет – мобилу доставай!
– Мобилу?
Тут Олег сделал вид, будто услышал какой-то шум, глянул по сторонам и воскликнул:
– Эй! Вот идёт Серёга – мой сосед. Сейчас попрошу денег у него…
Произнеся эту фразу, Олег указал пальцем влево и слегка помахал рукой в знак приветствия. Грабитель явно был новичком, иначе никогда не купился бы на подобный трюк: он на мгновение отвлёкся, повернул голову и сразу же получил хук в челюсть с противоположной стороны. Пробегая мимо, Олег успел пнуть грабителя ногой и выбить из ослабевших пальцев нож, дабы полностью отбить у парня охоту к преследованию, если он вдруг слишком быстро придёт в себя.
Закрывшаяся за спиной железная дверь громко хлопнула, обеспечивая ему надёжную защиту. Взлетая по ступеням на пятый этаж, Олег думал: "Нужно съезжать с этого сраного района. Третий раз за месяц уже!"
Торопился Олег вовсе не из страха, и вовсе не случайно упоминал он в своей речи подгузник и бумагу: после жрачки, которую Карен Вартанян брал из ресторана армянской кухни, принадлежащего его младшему брату, даже у крепких парней со стальными кулаками частенько крутило живот.
– Хренова позавчерашняя долма… Ох, блин!.. Бла-бла-бла, мацун и должен быть кислым… – раздавалось из-за двери сортира. – Ещё бы чуть-чуть, и штаны обгадил по милости этой шпаны!
Если бы кто-нибудь находился сейчас поблизости, он многое смог бы узнать об отношении Олега к шеф-повару братьев Вартанян, до сих пор, похоже, не слыхавшему ни о холодильниках, ни о наличии у пищевых продуктов сроков годности. Хотя вряд ли это могло быть кому-то настолько интересно, чтобы дольше трёх секунд мириться с ужасающим запахом, проникавшим за закрытую дверь сквозь щель над порогом.
Однако, если бы свидетели всё же присутствовали, через некоторое время они услышали бы следующее:
– Уф! Чтоб вас так несло, поганые… – и сразу после этого громкий рокот, похожий на стремительно уходящий в сливное отверстие поток закручивающейся по спирали воды.
"Уррррр!" – заурчала напоследок невидимая воронка, и наконец всё стихло. Пенсионерка Клавдия Степановна Верещук, сдававшая Олегу Воронкову эту квартиру, очень удивилась бы, услышав этот звук, поскольку ни у одного из предыдущих жильцов – как, впрочем, и у неё самой – так и не дошли руки отремонтировать отвратительно работающий и постоянно засоряющийся слив в унитазе.
Ну а ещё удивительнее было то, что, отворив дверь, предполагаемый наблюдатель обнаружил бы сортир абсолютно пустым.
Открывшаяся на высоте полутора метров над поверхностью земли воронка выбросила из себя Олега Воронкова и мгновенно исчезла. Подняв голову и выплюнув изо рта песок, Олег увидел прямо перед собой подол коричневой юбки. Посмотрев ещё чуть выше, он понял, что это вовсе не юбка, а нижняя часть длинной монашеской рясы, которую венчал надвинутый на лицо капюшон. Из-под капюшона на Олега взирала плотная чернота.