Убить демиурга!
Шрифт:
Никаких признаков чуждой Террону энергии никто из взломщиков не ощутил, потому трое принялись без особых церемоний обшаривать двушку. Из обшитой деревянными планочками прихожей Эльсор угодил в девичью спальню, совмещенную с кабинетом. Кровать, кресло, ковер на полу в темно-зеленых и голубых тонах. Шторы: нежный белый тюль и темная ночная с тонким узором золотой нитью. Шкаф с зеркальной створкой занимает все пространство вдоль стены. И рабочий уголок – большой компьютерный стол: ноутбук, принтер, стопки бумаг, полки и ящики, забитые книгами, журналами и прочей неопознаваемой мужчиной всячиной. На верхней полке стояло фото в рамке –
Инзор и Глеану, пока брат разглядывал спальню, обследовали остальной участок. В другой комнате, очевидно предназначенной для отдохновения, был лишь большой диван, техника для просмотра подвижных изображений, вместительный шкаф с подборкой этих самых изображений и стойка с роскошными живыми растениями в вазонах и горшках, напоминающая джунгли в миниатюре. Среди них нашелся даже огромный фигурный ящик с шиаменой, служивший обрамлением-подставкой для прочей растительности. Лед не удержался и, осторожно отщипнув листик из самой гущи, сунул в рот и, блаженно прижмурившись, разжевал. Искра неодобрительно покосился на брата, но попрекать не стал. Кусты шиамены – весьма ценимого на Альрахане и дорогого растения – считались лишь косвенной уликой. В преступном выращивании альраханского ассортимента Соколову, не являющуюся подданной короны, все равно обвинить не получилось бы.
Крохотная чистая кухня никаких записей, кроме книги с рецептами, не содержала. В ней и еды-то почти не было. Только коллекция чаев с разными добавками, кофе, соков и минеральной воды. Даже стаканов, бокалов и чашек имелось гораздо больше, чем тарелок. Складывалось впечатление, что хозяйка квартиры не столько ела, сколько пила.
– Может, она вампир? – задумался Инзор, отмечая странную жидкостную аномалию.
– Сомневаюсь, – покачал головой Глеану, приводя логичные доводы: – Плотных штор во всех помещениях нет, серебряная посуда имеется, в холодильнике чесночная паста. Странно другое.
– Мм?.. – почесал себя за ухом альсор.
– В раковине только одна чашка. В спальне одна кровать. Обувь на полке одного размера, – перечислил Лед, прошелся до ванной и резюмировал, указав пальцем на стаканчик с единственной зубной щеткой и прислоненную к нему расческу: – Соколова живет одна. Никакой матери нет.
– Иллюзия для соседей? – предположил Искра и потянул брата в спальню, где отчего-то задерживался Пепел.
Тот, разумеется, слышал каждое их слово, пока собирал с расчески несколько застрявших в щетке волосков и прятал их в кармашек. Эльсор даже приготовил братьям объяснение. Кивком головы указав на праздничное фото девицы с ушками, альсор, раскопавший на полках пухлый фотоальбом с педантичными подписями под каждым изображением, уверенно предположил:
– Мать Соколовой вышла замуж, переехала к мужу и родила ребенка.
– Отлично, – порадовался Инзор не за неизвестную женщину, обретшую семейное счастье, а возможности спокойно заняться ловлей жертвы, вмешивая минимум посторонних.
Красавец-блондин добавил, рассматривая возможность шантажа
– Будет упрямиться, найти их всегда успеем.
– Женщины слабы, – заключил Эльсор.
– Скажи это маме, – хмыкнул Искра.
– Мама – Владычица, – ответил тот, как будто это все объясняло.
Что странно, остальные согласились с разумным суждением и после краткого обыска, не давшего, впрочем, ничего примечательного – наброски книг на компьютере и бумаге вполне могли быть искусной имитацией творческого процесса, ровным счетом ничего не доказывающей, – перешли к обсуждению дальнейшей стратегии.
– Устроим засаду и обождем до вечера или застанем врасплох на работе? – озвучил дилемму стратег Пепел.
Ждать, пусть даже в относительном комфорте квартиры, мужчинам не хотелось, потому компания решила прогуляться до здания администрации и поискать неуловимую писательницу Соколову там. Грозный седой вахтер стал первым препятствием.
– Вы к кому? – подозрительно сощурился старичок, выходя из-за стойки.
– Нам нужна Соколова, – обаятельно просиял Глеану, в пальцах его показалась шуршащая купюра. – Мы желали бы почтить ее визитом.
– Соколова? – озадаченно нахмурился дедок, растеряв большую часть важности в борьбе со сложной задачей по поиску запрошенной информации. – Так у нас, господа хорошие, Соколова только Татьяна Федоровна, уборщица, стало быть, ее только с утреца, до семи часов, или вечером, после восьми, застать можно. Да она ли вам надобна?
– Вероника Соколова, – уточнил Инзор, недовольно поморщившись от самодеятельности Глеану. В обольщении женщин любой расы и возраста ему не было равных, но подстраиваться под манеру общения в мирах иных братец не считал нужным, что, по мнению Искры, могло выдать альраханцев с головой.
– Не-а, господа хорошие, у нас такой нет.
– Она нас переиграла, – весело объявил Лед.
– Пока, – тихо подчеркнул Пепел, и почему-то едва уловимая улыбка скользнула по узким губам альсора. Такая появлялась у него, когда Эльсор обдумывал интересное расположение фигур на доске.
– Как же нет? – напоказ растерялся Искра. – Нам четко сказали, что она работает в облсовпрофе!
Дедок заулыбался, окончательно утратив всю грозность и подозрительность, и, посмеиваясь в усы, заявил:
– Эк вы, господа-товарищи, домом-то ошиблись, администрация это, а облсовпроф на три дома раньше по улице, вы ножками-то наверх поднимитесь, туда и попадете! А впредь вывески получше читайте!
– Премного благодарны. – Глеану вежливо склонил голову и попытался вложить в заскорузлую ладонь деда купюру.
– Не надоть! – категорично отказался старик, отводя руку благодетеля. – Я пенсию и зарплату получаю, подачек не надоть!
В темных глазах Пепла, который последним выходил на улицу, мелькнуло нечто похожее на уважение.
Альсоры покинули администрацию, так и не обнаружив в стенах заведения гражданку Соколову нужного возраста и имени. Потому вопрос «Что делать?» вновь встал перед альраханскими мстителями во всей красе. И был решен жребием. Глеану с Искрой остались сторожить квартиру авторши с утра и до упора, а Пепел отправился на прогулку по городу. Его отпустили без пререканий. Не менее, чем таланту логики, братья доверяли интуиции и педантизму Эльсора и не сомневались: он будет там, где ему быть надлежит, точно в срок.