Чтение онлайн

Потом страсти утихают, и допрос продолжается.

"— Я что-то не могу понять, — говорит Короб, — вы утверждаете, что вирус смертелен, им очень легко заразиться… А вы сами? Как вы можете работать с такими больными без защиты?

— Существует прививка, — не задумываясь, отвечает врач. — Она эффективна на сто процентов. Все работники нашего спецподразделения привиты. Так что нам бояться нечего.

— Значит болезнь можно вылечить? — спрашивает Серега.

— Я же говорю — можно, — в голосе Мохова раздражение. — Но только в особых условиях. В нашем госпитале при институте.

— Я еще раз прошу — не влазьте со своими вопросами, — требует

майор. — Вы меня сбиваете. Так… Мохов, или как вас там, давайте начнем с самого начала. Расскажите все по порядку, все, что знаете о краже, и как потом развивались события…

— Хорошо, — вздыхает бородач. — Но может вы меня сначала развяжете? Я совсем не чувствую рук.

— Нет! — рявкает Игорек. — Продолжай!"

Дальше в записи шел короткий, путаный рассказ. Время от времени Короб с "ястребом" задавали уточняющие вопросы. В целом ситуация выглядела таким образом: сошедший с ума работник спецлаборатории решил покончить жизнь самоубийством и украл образец смертельно опасного препарата. Сбежал на море, поселился в Приморске. Заразил себя и жил в поселке, инфицируя всех, кто оказывался рядом. По словам Мохова, вирус не только проникает через любые защитные средства, но еще обладает высокой летучестью. Достаточно было находиться на расстоянии до трех метров от инфицированного и ты заражался сам. Мгновенно. Инкубационный период у болезни продолжался до шести часов. После этого зараженный превращался в разносчика. Кроме людей, заболевали и собаки. Остальные животные почему-то не инфицировались и не болели.

Если не начать лечения — тяжелого и дорогостоящего, требующего специально подготовленного персонала и особых препаратов — через трое суток после заражения человек умирал. У него, как при СПИДе, отказывала иммунная система. Смертность при этом заболевании была 99.99 %.

Когда сбежавшего психа разыскали и арестовали, то он рассказал, где находился все время. К делу тут же подключили подразделение, в котором служил Мохов. Отдел "Омега" занимался биологической безопасностью, появился еще при Советском Союзе и несколько раз, когда возникали проблемы… Какие-то утечки опасных вирусов, другой херни, работники спецподразделения успешно ликвидировали очаги заражения. Вот сейчас их подняли по тревоге и направили в Приморск.

Но начальство сделало ошибку. Вместо того, чтобы объявить карантин и госпитализировать всех жителей, решили, что можно справиться, не прибегая к огласке. Перекрыли дорогу, стали посылать по домам спецэкипажи. Врачи "скорых" проводили моментальное тестирование, вводили заболевшим лекарства. Вызывали эвакуационную машину и она тут же увозила больных в Заднепровск на аэродром, откуда их отправляли самолетом в госпиталь.

В первые сутки все шло очень неплохо, стало казаться, что ситуацию удастся удержать. Ликвидировать очаг, не прибегая к эвакуации всего поселка. Но несколько детей и взрослых, не отличавшихся крепким здоровьем, у которых болезнь развивалась очень быстро, дали реакцию на лекарство. И скончались. Врачи знали, что такое возможно, но выбирать не приходилось — лечить человека или оставить его умирать…

Наконец, начальство приняло решение об эвакуации всех жителей Приморска. Стали ждать, когда прибудет соответствующая техника. Как именно будет происходить транспортировка жителей, Мохов не знал. Слышал о двух вариантах: морем или на автобусах в ближайший аэропорт. На вопрос Николая, почему просто не привить здоровых, врач зло ответил, что прививку необходимо делать в условиях госпиталя…

На станции "БенЗаКо"

организовали нечто вроде штаба. В целях прекращения утечки информации отключили простую и мобильную связь. Заглушили все радиочастоты, кроме одной, на которой работали передатчики спецподразделения. Шла обычная, предусмотренная на такой случай работа, но ночью начались проблемы. Появились, а потом, угрожая оружием, удрали четверо пьяных работников милиции. В этом месте рассказа менты смутились и Николай понял, что речь идет о них.

После происшествия блок-пост с шоссе передвинули к перекрестку. Появилась информация, что с экипажем одной из "скорых" случилась беда. Люди не вышли на связь и не вернулись с вызова.

К дому, куда вызывали "скорую", выслали машину с охраной. Чтобы проверили. Когда переодетые в форму работников "ДАI", охранники приехали по адресу, по ним тут же какие-то люди открыли огонь. Один из бойцов спецподразделения погиб, второго контузило попавшей в бронежилет пулей.

Слушавший рассказ Игорек не выдержал под взглядами товарищей и стал орать, что все неправда. Ничего такого они с Олегом не делали, первыми не стреляли. Подлетели "даишники" и сходу стали палить из автоматов… Его с трудом успокоили, а Мохов испуганно заметил, что только пересказывает услышанное на инструктаже.

Ну, а дальше, как все было, и так ясно. В Приморск пригнали подкрепление, навели порядок у Машиного дома. Николай спросил, что произошло с Машей и ее дочкой, но врач не знал: он не следователь. Вообще, ничего лишнего им никогда не говорили. Их "скорая" прибыла в поселок для того, чтобы осмотреть больных детей. В семье заразились два брата и мать. Шел третий день болезни. Людей нужно было спасать. Им сделали уколы, но все трое тут же скончались. "Совершенно нетипичная реакция на препарат", — несколько раз повторил Мохов.

Можно сказать, что на этом допрос закончился. Короб попытался еще выяснить, какие конкретно будут приниматься меры по эвакуации и поимке людей, убивших охранника, но врач ответил, что не знает. Об эвакуации ему известно только в общих чертах, да и планы руководства все время меняются. Тем более, им ничего не говорят о силовых действиях: для этого есть другие специалисты…

"Ястребы"

Неожиданно у девки во сне началась рвота. С трудом разбудив, Николай вывел ее в сад. По-прежнему скованные наручниками майор и Серега переглянулись.

— Ты узнал эту крысу? — спросил Короб "ястреба".

Игорек сидел на табурете, положив автомат на колени. Курил. Прослушав несколько раз запись допроса, он замолчал. Все попытки товарищей обсудить сложившееся положение тут же обрывал. Но и с поисковиком он почти не общался.

— Узнал, — апатично ответил Игорек. — Из компании уеблана Вольдемара.

— Точно, — подтвердил Короб. — Что ты собираешься делать дальше? Будешь нас на привязи держать или наконец-то придешь в себя?

— Отъебись, — беззлобно ответил "ястреб".

— Игорь, неужели ты не понимаешь, — подключился к разговору капитан, — что времени у нас нет? Этот пидор, которого ты с какого-то хрена за дружбана держишь, всех нас уже заразил, — голос Сереги дрожал. — Ты только подумай! Три дня и капец!

У "ястреба" задергалась щека, левый уголок рта пополз вниз. Глаза закрылись. Коробу показалось, еще секунда и сержант взорвется. Закричит или разрыдается.

— Нужно сдаться, — твердо сказал майор. — Иначе нам точно конец. Другого выхода просто нет.