Чтение онлайн

Но! Ловили не просто бандитов, а людей, убивших Анину мать. Тема сильно скользкая, опасная со всех сторон. Стоит орлам с погонами узнать, что Анька два дня развлекалась с ним в палатке на берегу моря и тогда все…

Вадим ощутил, как холодные пальцы страха сжали сердце. На мгновение стало трудно дышать и на лбу проступила испарина. Он помассировал занывшую грудину. Мысленно проклял дядю Фому и гребаную Алку, из-за которой занесло его сюда первый раз в прошлом году. "Если бы не они, если бы не они, — закрутились в голове горькие мысли, как поцарапанная виниловая пластинка в проигрывателе. — Как все было бы хорошо, если бы не идиотка с силиконовыми грудями и старый мудак, прости его Господи!
– Вадим быстро

перекрестился. — Главное, чтобы пронесло. Просто сделать легкий маневр, шмыгнуть в щель, как только приоткроется дверь в чертовой мышеловке и все! Меня нет — я отдыхаю в Моршине… Какой, к черту, Моршин? Сразу в столицу и за работу. Можно попроситься в какую-нибудь комиссию или делегацию. Заграницу поехать по работе… Или нет! Подключиться ко всей этой фигне вокруг экологии на Черном море. Точно!"

Вадим аж подскочил на стуле и неосторожно опрокинул стаканчик с соком на пол. Поднимать не стал. Взял новый.

"Поехать в Крым… Можно здесь проехаться вдоль побережья. Посмотреть, как с экологией на местных пляжах. А если потом возникнут вопросы по Анькиному делу, — он бросил взгляд на милиционеров, садившихся в машину, — то всегда можно будет сказать, что был тут с инспекцией. Собирал материал для комиссии по экологии."

Пришедшая в голову идея понравилась Вадиму. Приободрившись, он тщательно обдумал, как все сделать. Застолбить свое участие в экологических делах задним числом. Немножко трудно, но возможно. Люди у нас везде отзывчивые, услуга небольшая и легко пойдут ему навстречу. Каждый знает, что сегодня я помогу тебе, а ты завтра поможешь мне. Главное не выпасть из колоды. Пока ты в ней, то, конечно, при раздаче можешь сразу уйти в отбой. Но потом колоду все равно перетасуют заново и ты, если повезет, попадешь в козыри. Нужно всегда быть в колоде, а остальное приложится.

Он закурил. Прошелся по маленькому залу, бездумно разглядывая разводы грязи на плитках пола. Вспомнил, что ночью шел дождь и гремела гроза. У двери проснулся милиционер, разбуженный его ходьбой. Испуганно подобрался. Уселся ровнее и стал следить, как он ходит. Вадим небрежно махнул ему рукой: мол, все в порядке, спи дальше.

"В Багдаде все спокойно, так сказать. Спите, жители Багдада, спите. С тем, "что" и даже, "как" делать в ближайшем будущем было ясно. Ну, почти ясно. А вот как… как мягко, незаметно, без нажима и лишних телодвижений выскочить отсюда? Продолжить движение… Уйти, не оставив в наших доблестных ментах обиды и затаенного желания отомстить? Раззвонить по всем углам, что господин Поляков — депутат от партии "Ридна Краина" — по какому-то странному стечению обстоятельств оказался на дороге в Заднепровск. В тот тяжелый момент, когда храбрые стражи порядка героически потели, ловя ужасных убийц. Кстати, а почему убийц? Вроде Анька говорила, что мамаша взяла одного квартиранта…"

"А ерунда, — Вадим даже махнул рукой и буркнул себе под нос нечто нечленораздельное. — Все это не имеет значения. Главное — вырваться отсюда в ближайшее время. Он посмотрел на часы: с момента задержания прошел почти час. Пора бы появиться гребаному генералу…"

Депутат остановился у окна и, расставив ноги на ширину плеч, скрестив на груди руки, бездумно уставился на дорогу. Там снова происходило какое-то движение. Вернулась "скорая помощь", уехал стоявший на выезде "камаз", а за ним две патрульных машины… Ментов на заправке поубавилось, врачи практически исчезли. За исключением двоих, вышедших из подъехавшей "скорой". Насвистывая, в кафетерий вошел милиционер. Скользнув по Вадиму равнодушным взглядом, проследовал в туалет. Несмотря на гудение кондиционера, было слышно, как он кряхтит, что-то роняет и матюкается в кабинке. Потом шумно полилась вода из крана.

Вадим посмотрел на часы: прошло пять минут. Хлопнула дверца. Он оглянулся: поправляя и застегивая липучки бронежилета,

милиционер с озабоченным видом вышел наружу. Его товарищ на стуле у дверей достал сигарету, взглянул на депутата. Закурил. Вадим налил себе сока. Присел. Раздраженно подумал, что имеет смысл все-таки вызвать майора и потребовать, чтобы отпустил. "Какого черта, он должен торчать в этой дыре? Он не преступник, не подозреваемый и, вообще, не имеют они права задерживать парламентария! Какого хрена ему тут сидеть на привязи, ждать генерала? Это им генерал — генерал, а ему он — тьфу! Обоссать и закопать! Туфлем растереть!"

Он решительно поднялся. "Пусть обеспечивают охраной, если хотят, и сопровождают в Заднепровск. Будут у следствия вопросы — он на них ответит. Но потом, в нормальной обстановке. А сейчас не хрен здесь дальше париться." Вадим подошел к курившему у дверей милиционеру. Тот с явным раздражением посмотрел на депутата. Глаза у мента были серо-зеленые, а не по-летнему бледная кожа на плоском лице вся в зернышках коричневых родинок.

— Ну что? — грубым голосом поинтересовался сержант. — Нужно что-нибудь?

— Кириленко позовите, — бросил Вадим и развернулся. — Скажите, пусть придет. Сейчас же.

За спиной раздался неясный звук. Как будто мент насмешливо фыркнул. Но депутат оборачиваться не стал. Направился к стойке, взял коричневый поднос. Подойдя к своему столу, собрал использованные тарелки. Переставил грязную посуду на соседний столик. Тем временем милиционер лениво поднялся и высунулся в дверь. Что-то негромко сказал дежурившему снаружи товарищу. Вернулся на стул. Мимо витрины прошествовал "даишник". Через минуту он вернулся и зашел в кафе.

— Капитана нет на месте, — кинул вошедший милиционер и скрылся в туалете.

— Как нет? — вскинулся Вадим. — Тогда позовите этого… Марычева! — потребовал он, когда мент вышел из уборной.

— Они вместе уехали, — равнодушно ответил блюститель порядка и ушел.

Вадим мысленно заматерился. Ему захотелось вскочить, наорать, потребовать, чтобы милицейское начальство изволило явиться и дать отчет не позже, чем через пять минут. "Да, да. Через пять минут или триста секунд! А не явитесь, так вы у меня все, все! Сержанты, лейтенанты и до генерала вашего гребаного включительно, будете сортиры зубными щетками драить! С работы вылетите в пять секунд. Без пенсий и выходного пособия. Уроды! Сторожами на стоянках работать будете."

Он еле сдержался, чтобы не вскочить, не забегать по залу. Хотя депутат не смотрел на сидящего у двери охранника, ему казалось, что тот следит за ним и насмешливо скалится. Выказать нетерпение — значило унизиться, потерять лицо. Сохраняя спокойное выражение, Вадим откинулся на спинку стула. Посмотрел в окно. Боковым зрением заметил, что сержант спит, вытянув перед собой ноги. Вот сволочь. Вадим с противным скрежетом отодвинулся от стола вместе со стульчиком. Мент вздрогнул, проснулся и гневно посмотрел на депутата. Тут же снова завозился на стуле, устраиваясь поудобнее. "Солдат спит, а служба идет, — мысленно вздохнул Вадим, — вернее не скажешь. Да и не в остолопе дело."

Николай

Ярче всего эта тема отразилась в кино, анекдотах и криминальной хронике. Уна Турман в "Криминальном чтиве", вдыхающая героин через свернутую в трубочку купюру. Бесконечные косячки и набитый под завязку кустами травы бус рисковых ребят из "Карты, деньги, два ствола". "А они как ломанулись…" — анекдот про наркошу-сторожа в зоопарке. И бегущая строка на электронном табло над входом в городское управление милиции: "Сегодня работниками линейного отделения Зализнычного района при попытке реализации маковой соломки задержан нигде не работающий громадянин С…". Последнее, ближе всего к жизни, но люди и то, что было с ними до ареста, осталось за кадром…