У края, у берега...
Шрифт:
— Хорошо, — Николай нагнулся и с облегчением сунул оружие под сиденье. — Садитесь.
Парень шагнул к машине, но тут же остановился. Откуда-то сверху со стороны моря донесся далекий гул работающего двигателя. Звук нарастал. Николай и его попутчик завертели головами, высматривая в прозрачном голубом небе крылатую машину.
— Вертолет, — сказал Николай, подтверждая очевидное. — Тоже ваши коллеги?
— Может быть, — ответил милиционер, разглядывая увеличивающийся на глазах вертолет.
Он сказал еще что-то, но из-за ставшего оглушительным рева двигателя,
— Слушайте, а что все-таки случилось? — спросил он, когда парень устроился рядом. — Убийство?
— Не знаю, — отрезал пассажир. — Едем.
— Сейчас, — поисковик послушно включил зажигание. — Мне то что…
До перекрестка они так и не добрались. Проехав под настороженными взглядами местных жителей по необычно оживленным улицам Приморска, "хонда" выбралась на разбитый асфальт. Покатила к перекрестку. Сразу за поселком, при виде показавшихся по-правую руку серых сараев, молодой мент неожиданно встрепенулся и потребовал остановиться. Задумавшийся над происходящим, мысленно смирившийся с тем, что сегодняшний вечер и ночь наверняка проведет в камере, Николай покорно нажал тормоз.
— Подождите минуту, — приказал пассажир и, ничего не объясняя, вылез наружу. — Стойте тут, я сейчас вернусь, — он перепрыгнул канаву, зашагал к видневшимся в отдалении строениям.
Николай равнодушно смотрел, как он быстро идет среди деревьев. Закрыл глаза. Подумал, сейчас удобный момент, чтобы удрать. Вернуться в Приморск и попасть в руки ментов, взбудораженных убийствами селян. Или доехать до блок-поста — сдаться. Получить свою порцию пиздюлей и встретить вечер в камере. Можно еще съехать куда-нибудь на пляж и спрятавшись, дождаться темноты. Ночью проехать вдоль берега и обойти милицейский пост, выбраться на трассу. Попробовать обогнуть полями-лесами блокированный участок. Самое разумное в его ситуации.
Он попытался вспомнить берег, тянувшийся от Приморска до перекрестка. Редкий лес, местами кустарник и тростник. За ними просматриваются серые участки пляжей. Теоретически проехать можно, если только заросли не подступают прямо к воде. Там, где он нашел остатки старинных фундаментов, именно так и было. Но этот участок остался сзади по левую руку.
Он вспомнил о пассажире, но тот давно исчез из виду. Николай посмотрел на часы.
— Пять минут, — сказал он. — Если ты не вернешься через пять минут, то я уеду.
На самом деле ему не хотелось никуда уезжать. Сейчас Николай желал только одного, чтобы четверо суток назад у его "хонды" что-нибудь сломалось. И он не смог бы отправиться в свою идиотскую поездку в Приморск. Сидел бы у Олега в мастерской и смотрел, как мастера в застиранных комбинезонах, с черными от машинного масла ладонями, привычно матерясь, чинят машину. Или загнав тачку в ремонт, прохлаждался в кафе и глазел на девок. Сколько упущенных возможностей. Он вздохнул.
Далеко впереди на дороге
Поисковик заметил впереди, на левой стороне съезд с обочины, заросший травой. Он вел в сторону от дороги и терялся среди деревьев. "Хонда" медленно поползла вперед, мягко переваливаясь, съехала с асфальта. Чуть прибавив газу, Николай проехал пару сотен метров и остановил джип среди деревьев. Устало кряхтя, выбрался на воздух. Чихнул.
Через минуту по дороге к Приморску медленно проехала целая кавалькада: милицейский "форд", голубой "ланус", оливковый автобус и две "скорых помощи". Не успели проследовать автомобили, как в небе снова послышался нарастающий гул приближающегося вертолета. Николай задрал голову, но "Ми-9" уже был здесь, на высоте нескольких сотен метров, чуть в стороне от дороги, над пляжами. С внушительной грацией спутавшего стихии кита, поблескивая иллюминаторами, гвинтокрыл проплыл в раскаленном голубом небе и исчез где-то над поселком.
Николай тяжело вздохнул. Что-то происходило. События текли параллельно, но в любой момент могли пересечься с ним. Подхватив, увлечь за собой и затянуть в смертельный водоворот или унести к порогам жизненного водопада. После которого и костей не соберешь… Нужно было срочно что-то делать.
"А ведь найти с вертолета мою машину — раз плюнуть, — тоскливо подумал мужчина. Как только поймут, кого и что искать — сразу разыщут. Разве что удастся дотянуть до темноты. Сейчас удирать бессмысленно."
Николай чихнул и закашлялся. Отхаркнул на землю мокроту. Стянул промокшую от пота футболку. На влажную спину тут же присели несколько кусачих мух. Он хлестнул по ним футболкой и полез в машину за сумкой с одеждой. Натянул пахнувшую свежестью стирального порошка рубашку с коротким рукавом.
— Мужчина, вода есть? — позвал из-за спины женский голос. — Хоть какая-то?
Обернувшись, поисковик увидел маленькую, щуплую девушку в спортивной курточке и тренировочных штанах. Еле передвигая ноги, она шла к нему. Вяло тянула по земле рюкзак за лямку. Николай вспомнил, что именно эта девка бросалась сегодня утром под колеса. В голове пронеслось, что только ее сейчас и не хватало.
— Есть вода, есть, — сказал он громко и сварливо. — Подходите, — Николай сделал приглашающий жест. — Сейчас попьем водички.
Расслабленно волоча ноги в грязно-серых, мешковатых трениках, девица молча приблизилась. Ее нос был по-прежнему опухшим, а синяки на лбу, губе и скуле расплылись, превратив лицо в страшную и нелепую маску.
— Кто это вас так? — не удержался от вопроса Николай, вынимая из машины двухлитровую бутыль с водой. — Вам в больницу нужно.
Бродяжка ничего не ответила. Мужчина достал одноразовые стаканчики. Сунул один в грязноватую лапку незваной гостье, плеснул воды. Сам стал пить из горлышка.