У края, у берега...
Шрифт:
— Тем, кто мог заразиться, — перебил напарник, — мы прививки делаем.
— Да, — кивнул седоусый. — Нужно сделать прививку вам и вашей старшей.
— Мужу тоже, — "борец" вынул из кармана пачку сигарет, зажигалку. — Он у вас где?
— Мы в разводе, — сухо ответила Маша. — Он с нами давно не живет. Но Анька придет поздно… Высморкайся, — она кое-как успокоила дочку и зажала сопящий носик девочки платком. — Сильнее дуй… Вот так. Молодец.
— А вы не можете ее позвать? — спросил седоусый. — Если вовремя прививку не сделать,
— Подожди минутку — я вещи принесу, — сказала Маша дочери и быстро вышла из комнаты. — Как я позову ее? — она вернулась с большим пакетом в руках. — Мобильные не работают, а где сейчас Анька шляется — я не знаю.
Медики переглянулись. Фельдшер еле заметно пожал плечами и сунул в рот сигарету.
— Не курите при больном ребенке! — зло сказала Маша. — И вообще, у меня в доме не курят. Даже квартиранты в сад выходят!
— Я не собирался здесь курить, — огрызнулся мужчина. — Сейчас выйду.
— У вас есть постояльцы? — быстро спросил седоусый. — Сколько их? Где они?
— Один, — женщина нахмурилась. — На море сейчас. Говорил, вечером вернется… Да, что такое происходит? Почему вы все расспрашиваете, доктор?
— Идем покурим, Олег Васильевич, — предложил фельдшер напарнику. — Мы ненадолго, женщина. Мы сейчас покурим на улице, а то дорога длинная…
— Чтобы при ребенке в машине не дымить, — седоусый вышел в коридор.
— Пять минут, — "борец" на прощание продемонстрировал растерявшейся женщине сигарету зажатую в толстых пальцах. — И поедем, — он бесшумно выскользнул следом за коллегой.
— Мама, я писать хочу! — плачущим голосом сообщила Света. — Мама!
— Сейчас, — Маша нагнулась и вытащила из-под кровати пластмассовый горшок с крышкой. — Садись давай. Трусики сначала сними… Подожди — я тебе платьице подверну повыше, горе ты мое…
Прикуривая от зажигалки "борца", медики спустились с веранды и подошли к столу. Седоусый Олег Васильевич поставил левую ногу на скамейку. Зажав сигарету в крупных, желтых зубах, он принялся завязывать расшнуровавшийся туфель.
— Как поступим, Костя? — спросил он сквозь зубы, почти шепотом. — Везем, а потом возвращаемся? Или ты останешься здесь?
— Мне по фиг, — равнодушно сказал фельдшер. — Просто кататься туда-сюда — нет смысла. И, пока будем ездить, можем вторую дочку пропустить. И квартиранта этого… Ищи потом. Э-э-э, — он раздраженно повел бритой головой. — Народу до чертиков много получается.
— М-да, такое впечатление, — седоусый врач выпрямился и стряхнул пепел, — что воду в решете носим… — он глубоко затянулся. — Все неправильно. С самого начала все неправильно делаем. И людей у нас в группе совсем мало. Костя, а все-таки… Я ведь больше врач, а ты у нас — человек опытный. Как считаешь, что лучше? Уехать и вернуться…
— Лично мне — равнобедренно, — перебил Костя, уставясь на лежавшего в траве Шарика. — Но сделать
— Хорошо, — врач отшвырнул окурок. — Ты не забудь о собаке, — проследил он за взглядом напарника.
— Угу. Прямо сейчас и займусь. Только пневматик возьму — я его в машине забыл.
Сутулясь, Костя пошел по траве к калитке.
— Я подожду тебя, — оглянувшись на веранду, сказал Олег Васильевич и присел на лавку.
— Вы лучше вернитесь, — заметил Костя. — Не стоит пациентов одних оставлять.
Проходя мимо встрепенувшегося пса, он погрозил ему толстым пальцем.
— Точно, точно, — седоусый нервно вскочил. — Ты прав.
Он поднялся на веранду и вошел в дом. Тут же в коридоре чуть не столкнулся с Машей, несшей в уборную горшок.
— Я сейчас, — сказала женщина. — Сейчас поедем. Вот только вынесу.
— Ничего, ничего, — Олег Васильевич пошел следом за ней. — Вы знаете… Мне ведь еще нужно бумаги оформить. Так что мы у вас посидим минут пятнадцать. Да и малышке укольчик нужно будет сделать. Вам прививку…
— Какой укольчик? — Маша остановилась перед дверью туалета. — А почему вы раньше ничего не делали?
— Да вы знаете, — замялся врач. — Столько работы сегодня… Просто забыл. А сейчас вспомнил — ведь у меня есть отличный препарат. Канадский. Дорогостоящий. Очень хорошо при таком гриппе действует. Я уколю, и у нее сразу температура снизится, насморк с кашлем пройдут. Малышке легче будет поездку перенести. Да и вообще… Вы ведь знаете, как у нас в больницах, — он пренебрежительно махнул рукой. — Пока дежурный врач оформит…
— А, может, вы уколете ее и в стационар вообще не нужно? — Маша с надеждой посмотрела на врача. — Еще антибиотики какие-нибудь выпишите. Я бы вам очень благодарна была…
— Нет, это лекарство временного действия. Оно не лечит, только облегчает симптоматику заболевания.
— Жаль, — женщина вошла в туалет и тут же вышла. — А я прививку, наверное, делать не буду. Меня лет десять назад от дифтерита уговорили сделать… Так мне так плохо было. Нет, — решительно сказала женщина. — Грипп это не смертельно. Может я вообще не заболею?
— Зря вы так, — скривился врач. — Прививку обязательно нужно сделать. Осложнения после гриппа — это очень опасно.
Ополоснув горшок под краном, хозяйка направилась к дому. В сад вернулся фельдшер. Увидев Машу, он замедлил шаг и вопросительно посмотрел на шедшего за ее спиной Олега Васильевича.
— Я сейчас ребенку укол сделаю, — сказал седоусый напарнику. — И поедем. Через четверть часа.
"Борец" вынул из пачки сигарету, сказал, что сейчас покурит и подойдет, поможет. Кивнув, врач вошел в дом следом за женщиной. Костя постоял в саду, наблюдая, как коричнево-рыжий Шарик, возбужденный появлением хозяйки, бродит в траве. Наконец, лохматый сторож угомонился и присел.