Чтение онлайн

На самом деле его имя было Энди Каналз, но Зиг привык звать приятеля Дино с третьего класса школы. Высокий рост, короткие ручки – вылитый тираннозавр. Длина рук в конце концов догнала рост Дино, однако круглое лицо и появившееся с годами пузо сделали приятеля еще массивнее.

– Не стоит ли сразу перейти к страшной развязке третьего акта? – добавил Дино, указывая на бумаги в руках Зига. – Если это документы Нолы… то куда отправляют тело?

Зиг посмотрел на безлюдные дорожки для боулинга, на небольшое кафе-гриль «Кингпин» в углу. Обед закончился. Помещение опустело.

А что касалось Дино… можно даже не спрашивать, есть ли у него совесть.

– До вчерашнего дня тело Нолы предполагалось отправить в Арлингтон, – пояснил Зиг, имея в виду федеральное кладбище, где хоронили многих военных. – Но вчера вечером она выбрала…

– Вчера вечером?!

– Да-да, не перебивай. Вчера вечером она выбрала новое уполномоченное лицо. Некоего Арчи Кроуи. Имя тебе знакомо?

– Впервые слышу. Хотя любой, кого зовут Арчи, вызывает у меня жалость, – пошутил Дино, нажимая на тормоз тележки.

Он остановился перед торговым автоматом, достал из кармана кольцо с ключами, выбрал полый ключ и вставил его в замок автомата.

В девятом классе, когда Зиг складывал в мешки покупки в супермаркете и появилась вакансия для еще одного упаковщика, он устроил Дино на работу. Учась в техникуме и подрабатывая на парковке, сделал то же самое. Вдвоем они устраивали гонки на «Порше» по стоянке лучшего в городе отеля. А когда Зиг поступил на работу в Довер, он помог Дино (тот запорол карьеру менеджера спортивно-оздоровительного клуба) занять должность снабженца, пополняющего запасы всех торговых автоматов базы. Его друг до сих пор выполнял эту работу, а заодно содержал кегельбан и кафе-гриль.

– Можно я честно скажу? Пока я не протяну ноги, мне это не надоест, – заявил Дино, открывая стеклянную дверцу торгового автомата, и широко улыбнулся, обнажив щербину между передними зубами. – «Сникерс» или «Твикс»? – спросил он, хотя мог бы этого и не делать.

Опустившись на колено, он вручил Зигу «Твикс», а для себя достал «M&M».

– Настанет день, когда я вызволю бедные ментоловые подушечки, освежающие дыхание, из ссылки в нижнем углу. А вместе с ними, возможно, мятные «Лайф Сейверс». Главное, никогда не ешь разогретый яблочный пирог. Любой, чьи зубы его касались, не заслуживает уважения. – Шутка прошла мимо ушей Зига.

Дино это заметил.

– Ладно тебе, не зря сюда явился, – сказал он. – Тип, которого выбрала Нола, – Арчи Кроуи, ты его знаешь?

– Никогда о нем не слышал. По документам, он работает в похоронном бюро «Лонгвуд».

Дино насторожился.

– «Лонгвуд»? Тот самый «Лонгвуд»?

– Знаю, немного странно.

– Немного? Зигги, не тот ли это «Лонгвуд», где ты учился на танатопрактика? А теперь Нола распорядилась, чтобы ее тело отправили именно туда? Знаешь, как называются такие совпадения? У них нет названия. Потому что это не совпадения. Тем более для Бетела, – добавил Дино, имея в виду их родной городок в Пенсильвании.

– Я не спорю, но не забывай, что Нола тоже там жила.

– Меньше года. Потом переехала.

– Знаю. Но то, что Нола сделала для моей Мэгги…

– Благородный поступок. Красивый поступок.

Только из-за этого не стоит рисковать жизнью.

– Почему нет? Она ведь рискнула своей ради моей дочери. Не побоялась. Почему я должен бояться?

Дино не ответил.

– Видишь? Нечего сказать. Нола мне не чужая. Она связана с нашим городом, связана со мной. И вот еще что: знаешь, сколько в радиусе трехсот миль похоронных контор? Три. Одна из них обслуживает только амишей из Новой Голландии. Выбор-то невелик.

– И все же зачем менять Арлингтон на местную контору?

– Да, большой вопрос, не так ли? Или она сделала это сама, или тот, кто о ней позаботился. В любом случае кто-то поменял предсмертное указание Нолы… через несколько часов после ее гибели.

Дино надолго задумался, отправляя в рот одну за другой конфетки «М&М».

– Послушай, я знаю – ты любишь играть в Шалтая-Болтая, собирая осколки вместе. Но ты не задумывался о том, что тело подсунули тебе нарочно?

Зиг покачал головой.

– Никто не мог знать, что я лично займусь Нолой.

– Согласен. Просто я говорю, что, возможно, это как раз то, что требовалось сыну Морин Зигаровски.

– Скажешь, судьба? Вселенная подает мне сигнал?

– А сам как думаешь? Сколько дней до годовщины?

Зиг замолчал и опустил взгляд на тающий в обертке «Твикс».

– Я сам могу посмотреть, – сказал Дино, доставая телефон. – Я в курсе, что ты всегда ведешь счет. Сколько дней осталось?

– Двести сорок шесть.

– Вот видишь. Еще двести сорок шесть дней. Ты не забыл, что ты сделал на годовщину смерти твоей прекрасной дочери Мэгги в прошлом году? Позволь напомнить. Ты попросил Чармейн, к которой все еще неравнодушен…

– Это неправда.

– Зигги! Ты пригласил Чармейн в Нелли-Блай, самый хреновый парк развлечений во всей западной Пенсильвании. Вы провели день, гуляя, поедая сахарную вату и вспоминая всякие истории о Мэгги.

– В том, что мы ее вспоминали, нет ничего зазорного.

– Ты прав. Но что случилось на следующий день? Твоя бывшая жена вернулась к жениху и приемному сыну, а ты – в Довер, к своим мертвецам.

– На ее страничке в «Фейсбуке» стоит статус «не замужем».

– Просто боится – если покажет, что обручена, ты перережешь себе вены.

Зиг не стал возражать, лишь скосил взгляд на нижний угол торгового автомата, где лежали ментоловые подушечки.

– Святой Прозак! Ты помрачнел еще больше, чем в тот Хэллоуин, когда Чармейн уговорила тебя нарядиться «Калифорнийской изюминкой» [3] .

Зиг вяло кивнул.

– Этот костюм я ей никогда не прощу.

– Костюм еще куда ни шло. Я бы не простил золотую цепь и дурацкую шляпу как в сериале «Что происходит!», ты напоминал в них жирного черного сутенера.