Трюкач
Шрифт:
Ком в горле резко вырос в размерах – словно в глотку засунули степлер. Зиг мгновенно узнал женщину. Вчера вечером он потратил шесть часов, зашивая ее распоротое тело. Но сейчас его внимание привлекла подпись белыми печатными буквами у нижнего края картины – НБраун.
Нола, не ты ли написала эту картину?
За спиной опять что-то пискнуло. Зиг подумал, что пришла очередная почта. Он жестоко просчитался.
Оборачиваясь, он заметил какое-то движение. От удара
10
– Вы меня слышите, сэр? – пыхнул в лицо Зига жаркий голос. – Сэр, вы в порядке?
Зиг кивнул, заморгал, приходя в себя. Дыхание кричавшего пахло кленовым сиропом. Когда окружающий мир пришел в норму, Зиг осмотрелся. Ему приснился сон о дочери. Хороший сон. Он ценил хорошие сны. Но сейчас он лежал на спине. Как он оказался в таком положении?
– Сэр, не двигайтесь, – попросил Кленовый Сироп.
Молодой солдат с широкими ноздрями. В полевой форме. Около двадцати лет. По форме Зиг определил, что парень служил в сухопутных войсках, фамилия на нашивке – Грейсон.
– Вы упали в обморок.
Солдат положил руку на грудь Зига.
– Сэр, прошу вас, не двигайтесь, – повторил он просьбу.
Он не пытался помочь Зигу встать, он стремился этому помешать.
Зиг оттолкнул руку и попробовал сесть. Боль копьем пронзила тело. Зиг потрогал челюсть за ухом. Она припухла, но не кровоточила. Напавший хорошо разбирался в анатомии и знал правило – когда боксер пропускает удар в лицо, это равносильно микроинсульту. Один удар в нужное место, и нокаут обеспечен.
Минуту. Картина… Где она?
Зиг поискал на полу, на полках. Обгоревшие ботинки, сережки-каффы, разбитые очки – все это лежало на коврике на своих местах. Даже аккуратно сложенные стопкой обрывки формы. А вот картина женщины с подписью Нолы…
Ерш твою медь!
Зиг опустил веки, пытаясь воссоздать ее в памяти. Удивительно точный портрет, однако не более того. Но ведь кому-то понадобилось подкрасться и ударить Зига по черепу, чтобы его стащить… Люди не идут на подобный риск, если он не оправдан.
Зиг повернул голову к Кленовому Сиропу.
– А вы как сюда попали?
– Куда сюда? – удивился солдат.
– Сюда. Дверь была заперта. Кто вас впустил?
– Дверь была открыта, – возразил тот.
Зиг прокрутил события в памяти, он не сомневался, что запер дверь. Лампа на столе все еще горела.
– Почему вы сюда зашли? В хранилище личных вещей посторонним вход воспрещен.
– Полковник… Она приказала сопроводить этих…
– Кого?
Парень махнул через плечо. В коридоре сидела немецкая овчарка и стояли двое мужчин в деловых костюмах. Не военные. И явно не из Довера. У одного из уха торчал наушник.
Секретная служба, сообразил Зиг. Он посмотрел на собаку. Если они уже начали проверку на взрывчатку…
– Который час? – спросил Зиг, неуклюже поднимаясь на ноги.
Он
Президент Соединенных Штатов уже прибыл на базу! Зиг прекрасно знал, куда тот направится.
11
Эта часть работы Зига была наиболее трудной.
Он ждал в грузовом отсеке транспортного самолета. Громадный «С-17» на стоянке рядом со зданием морга напоминал летающий пакгауз. Самолет мог взять на борт три вертолета «Супер Кобра» или танк «Абрамс». Но сегодня, когда в открытый люк врывался декабрьский ветер, он нес на борту куда более ценный груз – шесть гробов, накрытых американским флагом. Их на самом деле называли «перегрузочными ящиками», каждый для сохранения содержимого набит льдом. Все шесть контейнеров стояли в линию на краю разгрузочной рампы, напоминая красно-бело-синие клавиши пианино.
Ать-два! Ать-два!
Зиг услышал приближение конвоя раньше, чем он появился на взлетной полосе. Шесть носильщиков в камуфляжной полевой форме и ярких белых перчатках попарно шагали точно в ногу, старший наряда шел последним. Они направились прямо к Зигу.
Ать-два! Ать-два!
Позиция Зига внутри самолета позволяла ему разглядеть самого главного визитера – президента Орсона Уоллеса. Президент США стоял на посадочной полосе в черном пальто, глядя прямо перед собой, вытянув руки по швам, волосы с проседью аккуратно подстрижены. Носильщики прошагали рядом с ним.
Ать-два! Ать-два!
Зигу доводилось и раньше видеть президента с его идеальной прической. С тех пор как Обама открыл Довер для прессы, каждый главнокомандующий считал своим долгом засвидетельствовать здесь присутствие. Однако сегодняшний президентский визит был неординарен. Уоллес прилетел попрощаться с другом, а это значило, что Зигу следовало смотреть в оба и находиться как можно ближе.
Всего двадцать минут назад кто-то напал на него в хранилище личных вещей и украл картину Нолы. Кто бы это ни сделал, он, скорее всего, где-то поблизости.
Хорошо еще, что Зига по обыкновению назначили в передовую приемную группу морга. В его кармане лежали две дюжины распущенных ниток, которые он снял с шести обернутых вокруг транспортных контейнеров флагов. Зиг заново выгладил каждый, поменяв флаги на контейнерах на другие, с резинками, как у натяжных простыней, чтобы с шестью павшими не произошло никаких недоразумений. Теперь оставалось только ждать.
Ать-два! Ать-два!
Напротив Зига в другом углу ждал Пушкарь. Мастер-сержант глянул на приятеля и кивком показал на почетных гостей, выстроившихся на посадочной полосе за президентом. В группу входили генеральный прокурор, командующий армейским спецназом, два бригадных генерала и, разумеется, их начальница, полковник Сюй.