Чтение онлайн

Джетро фыркает.

— Ага. Ты полностью обратил меня в гейство, бро. Надо присматривать за Уэйдом. Могу поспорить, он от нас обоих нахватался голубых вшей.

Мне не следовало бы смеяться. Такие придурки, как мои родители, скорее всего, свято в это верят.

— Если им и стоит беспокоиться, то за Ферн. Она та еще мужланка для четырнадцатилетки. Да еще к тому же играет в софтбол.

— Мыслишь стереотипно, Джей-Джей.

Он упирается коленями в спинку моего сиденья.

— Не

называй меня так, клочок туалетной бумаги.

— Извини, Джетро.

Джет отвешивает мне подзатыльник, и я смеюсь.

— Слава богу, я единственный ребенок, — бормочет Ноа.

— Как бы мне хотелось, чтобы ты свозил Ноа домой к родителям, — говорит Джетро. — Все бы отдал, чтобы увидеть, как их расистско-гомофобные головы взрываются при виде него. Это был бы подарок на все мои дни рождения и рождества вместе взятые.

Ноа тянется к моей ноге.

— Кажется, мне нравится твой брат.

— Погоди немного. К концу недели тебе захочется его убить, — отзываюсь я.

Джет снова меня пинает.

— Я бы и хотел поспорить, но, возможно, Мэтт прав.

Всего лишь месяц назад я был один в целом мире. Сейчас же, сидя в машине вместе с братом и парнем, который становится мне небезразличен, я понимаю, что отныне есть те, кто на моей стороне. От этой мысли сердце ухает вниз. Теперь груз ответственности усиливается. У меня есть брат, которому нужна поддержка, а еще есть вполне реальная перспектива уйти от Ноа с разбитым сердцем. А, может, и разбить его.

Я изучаю лицо Ноа, вглядываясь в его легкую улыбку, расслабленную позу за рулем, и осознаю, что нельзя ранить чувства того, кто закрылся от внешнего мира и никого к себе не подпускает.

А, значит, единственным, кому будет больно, стану я.

***

Я меряю шагами гостиную Ноа, в очередной раз прослушивая механическое сообщение с номера Шар. С тех пор, как меня выгнали, оно включается каждый раз, как я пытаюсь до нее дозвониться.

«Абонент временно недоступен».

— Быстро они, — ворчу я. — Уже успели отключить ее телефон. Который, скорее всего, куплен на мои деньги.

Сначала я думал, что заблокировали именно мой номер, но потом попробовал с телефона Джетро, и даже Ноа. Тот же результат.

— Не-а, они бы просто купили новую сим-кару и сменили номер, — возражает Ноа.

— Да нет, не думаю.

— Кажется, Джет сказал, у него есть номер телефона отца ее ребенка.

— Ага, и я просто позвоню какому-то левому парню и весь такой:

«Эй, привет, слышал, ты обрюхатил мою сестру. Дашь с ней поговорить?»

Ноа смеется:

— Может и сработает.

Тяжело вздохнув, беру бумажку, которую оставил Джетро прежде чем отправиться спать, и набираю номер Бо. Понятия не имею, что скажу, если он ответит. Будем импровизировать.

— Перестань метаться, а? — просит Ноа, сев на диван. — У меня голова кружится просто от того, что я на тебя смотрю.

— Нет.

— Что «нет»? — доносится из трубки мужской голос.

Я наконец-то останавливаюсь. Даже ценой собственной жизни не смог бы поздороваться по-человечески.

— Можно поговорить с Шар?

— Кто, блядь, звонит моей девушке?

Я прокашливаюсь, стараясь не судить выбор Шарлин.

— Ее брат.

До меня доносятся звуки какой-то возни, затем Шар берет трубку, и я вздыхаю с облегчением.

— Джет?

— Вообще-то, это Мэтт.

Воцаряется долгая пауза, и я снова начинаю расхаживать по комнате.

— Ах. Мистер Большая знаменитость наконец-то вытащил голову из задницы.

— Это нечестно. Мне никак не удавалось с тобой связаться. И сейчас получилось только благодаря Джетро.

— С ним все нормально?

— Он в порядке. Остается у меня. Но он рассказал мне кое-что, о чем я понятия не имел. Во-первых, ты действительно беременна?

Шарлин ругается под нос.

— Просила же не говорить ничего, если он тебя найдет.

— Почему? Я стану дядей. Это же круто.

— Нет, не станешь. — Голос сестры звучит глухо, и у меня все внутри сжимается.

— О. — Видимо, когда дошло до принятия чьей-то стороны, Шарлин твердо выбрала лагерь гомофобов.

— Стой, нет! Не потому, что ты гей. На это мне плевать. Просто, не похоже, что ты собираешься возвращаться домой, так? Мать с отцом никогда тебе не позволят. Или Джету.

— Насчет этого… Шар, я… — Черт, почему так сложно-то? — Прости, что не был рядом. Финансово или как-то иначе.

— Ты и не обязан.

— Знаю, но я хотел помочь. И я помогал. По крайней мере, мне так казалось.

— Не понимаю.

— Уже четыре года я высылаю деньги родителям, чтобы они делили их между вами поровну. Но Джетро сказал, что они все оставляют себе.

— Уроды, — шипит сестра. — Я попросила их помочь с ребенком, а они сказали, что разорены.

— Я все исправлю, — отвечаю я. — Обещаю.

— Серьезно? — В ее срывающемся голосе слышны слезы.

— Пока не знаю как, но исправлю. — Ох, вот теперь она плачет.

— Что случилось, куколка? — спрашиваю я.

Шарлин шмыгает носом.