Чтение онлайн

— И что это значит? — спросил Эрленд.

Вот в чем совершенно ничего не понимаю, так это в компьютерах.

— А черт его знает. Может, поймем, если включим его компьютер, — ответил Сигурд Оли.

Они встретились у Хольберга на Северном болоте. Желтую ленту сняли, никаких намеков, что это — место преступления. На верхних этажах свет не горит, видимо, соседей нет дома, но у Эрленда с собой ключ.

Не откладывая дела в долгий ящик, они включили компьютер, тот приветливо зажужжал.

— Мощный приборчик, кстати, — сказал Сигурд Оли.

Объяснить боссу, что за модель и так далее? Да нет, не

стоит.

— Ладно, — продолжил он, — давай-ка заглянем в веб-браузер, что у него там в любимых адресах — ну, это куда он часто заходит. Ба, да тут их целая куча! Может, он что-то скачивал из сети. Мама дорогая!

— Что такое? — спросил Эрленд.

— Да у него весь жесткий диск забит!

— И что это значит?

— Ну, босс, чтобы забить весь жесткий диск целиком, нужно скачать чертову уйму всего. Наверное, у него тут видеоролики, может, целые фильмы. Вот, смотри, каталог, называется «зоо-видео-три». Посмотрим, что он тут держит?

— Давай, конечно.

Сигурд Оли открыл файл, и на экране открылось окошко с видеороликом. Коллеги некоторое время в удивлении глядели на экран — в файле оказалась порнография.

Эрленд круглыми глазами посмотрел на Сигурда Оли:

— Они что, правда козла над этой бабой держали, или что?

— В каталоге «зоо-видео-три» лежат триста двенадцать файлов, — сказал Сигурд Оли. — Думаю, клипы вроде этого, может, целые фильмы.

— А что значит «зоо-видео»? — спросил Эрленд.

— Откуда мне знать, — сказал Сигурд Оли. — Может, от слова «зоофилия». А вот еще файлы «г-видео». Посмотрим? Так, мышкой клик, максимизируем окошко…

— Мышкой — что? — спросил было Эрленд, но замолчал на полуслове — весь 17-дюймовый экран заполнили экзерсисы четверых обнаженных мужчин.

— Ага, «г-видео», судя по всему, означает «гомосексуальное видео», — сказал Сигурд Оли, досмотрев ролик до конца.

— Да, покойничек явно был озабоченный, — заключил Эрленд. — Сколько там этих фильмов всего?

— В одном этом каталоге больше тысячи, а на всем диске может быть еще больше.

Тут у Эрленда зазвонил в кармане мобильный.

У Элинборг тоже имелись новости. Она отслеживала судьбу двоих мужчин, которые были с Хольбергом на вечеринке в Кевлавике в ночь, когда он изнасиловал Кольбрун. Элинборг выяснила, что один из них, по имени Гретар, много лет назад пропал без вести.

— Пропал без вести? — переспросил Эрленд.

— Да-да. Упомянут в нашем длинном печальном списке.

— А второй?

— Второй сидит, — сказала Элинборг. — У нас на него целая библиотека. Последний раз загремел на четыре года, три уже отсидел.

— А за что?

— А за весь уголовный кодекс сразу.

Эрленд выдал судебным экспертам новое задание — изучить компьютер убитого. Задача масштабная — просмотреть все файлы, составить список, классифицировать и предоставить подробный отчет о содержимом. Он же и Сигурд Оли тем временем отправились в тюрьму «Малая Лава», к востоку от столицы. Доехали за час с небольшим — видимость нулевая, дорога обледенелая, а на машине до сих пор летняя резина, ехать надо было осторожно, лишь на спуске к Хверагерди немного распогодилось. Пересекли реку Эльфуса и завидели вдали, в тумане, два тюремных здания на каменистом берегу. Старшее из двух, трехэтажное, с двухскатной крышей из гофрированного железа и чердаком, выглядит как обычные исландские дома — вылитый хутор, только большой. В былые времена

крыша сверкала ярко-красным, а теперь отливает серым, как и соседнее здание, современное, с вышкой посередине. Не дом, а крепость, чем-то похоже на банки в Рейкьявике.

Как все меняется, подумал Эрленд.

Элинборг позвонила в тюрьму и сообщила, с каким заключенным коллеги хотят поговорить и во сколько будут. Гостей встретил сам начальник тюрьмы и провел их к себе в кабинет — прежде чем допустить их к заключенному, он хотел немного о нем поговорить. Дело в том, что прибыли они в самое неподходящее время.

Заключенный, оказалось, сидит в карцере-одиночке — он и двое других убили четвертого, недавно помещенного в тюрьму отбывать срок за педофилию. Начальник не хотел вдаваться в подробности, но считал своим долгом предупредить следователей, что их визит нарушает режим карцера и что сам заключенный психически нестабилен. После этого их проводили в камеру для свиданий.

Свидание они назначили человеку по имени Эллиди, 56-летнему рецидивисту. Эрленд знал его, сам однажды конвоировал его в «Малую Лаву». Кем только за свою несчастную жизнь Эллиди не работал, все больше на торговых и рыболовецких судах. Занимался контрабандой спиртного и наркотиков, за что неоднократно садился. Еще он как-то раз решил нагреть страховую компанию — вышел в море на двадцатитонном судне с тремя напарниками, устроил на борту пожар и потопил корабль, а они как бы «спаслись». Правда, «спаслись» из четверых только трое — последнего поджигатели по ошибке заперли в машинном отделении, и он ушел на дно вместе с судном; а дальше к затонувшему кораблю отправились ныряльщики, которые и выяснили, что пожар начался почему-то в трех местах одновременно. В силу этого обстоятельства следующие четыре года Эллиди должен был провести в «Малой Лаве» — за попытку мошенничества, непреднамеренное убийство и еще ворох мелких пакостей, которые давно уже переполняли письменный стол государственного обвинителя. Отсидел он в тот раз два с половиной года, выпустили раньше срока.

Еще у Эллиди была милая манера кидаться на людей, что в самых критических случаях приводило к тяжким телесным повреждениям и перманентной инвалидности у жертв. Один такой эпизод Эрленд пересказал по дороге в тюрьму Сигурду Оли — его он особенно хорошо помнил. Эллиди сводил какие-то счеты с каким-то человеком на Снорриевом шоссе. Пока полиция ехала по вызову, Эллиди успел обработать парня так, что тот провел четыре дня в реанимации, — привязал несчастного к стулу, отбил у бутылки горлышко и занялся художественной резьбой по коже лица. Прибывший наряд тоже отделался недешево — один нокаут и одна сломанная рука. Но судьи в Исландии знамениты своей снисходительностью в таких делах — Эллиди получил лишь два года, за это нападение и еще за горку других, попроще. Когда ему зачитали приговор, он расхохотался.

Дверь камеры открылась, и двое охранников ввели Эллиди. Для своих лет выглядит силачом, крепко сбит, смуглый, налысо брит.

Уши крошечные, мочки приросли к черепу, но он как-то сумел проделать в правом ухе дырку, где и носил теперь серьгу в виде черной свастики. Зубы вставные, из-за них кажется, что он все время свистит. Одет в рваные джинсы и черную футболку с короткими рукавами — видны массивные бицепсы, покрытые татуировками. Великан, почти два метра ростом.

На руках — наручники, один глаз залит кровью, лицо в ссадинах, верхняя губа распухла. Психопат с садистскими наклонностями, подумал Эрленд.