Чтение онлайн

— Спасибо, Фред. Но Эдвин еще не ответил на мой вопрос.

— Какое трогательное взаимопонимание, — язвительно заметил Эдвин. — Только, брат, постарайся не поворачиваться спиной к своим родственничкам после этого заявления.

— Это грязный прием, Эд! — пылко воскликнул Лоун.

В зале поднялся возмущенный гам.

— Ты хоть сам понимаешь, что говоришь, братец? — холодно осведомился Фредерик.

На Эдвина обрушились со всех сторон, и он сидел в напряженной позе, вертя головой

и гоняя желваки по скулам. Он с такой силой сжал подлокотники кресла, что у него побелели костяшки пальцев.

— Да прекратите вы! Свое мнение обо мне можете держать при себе. И плевал я на приличия! Я не сказал ничего такого, чего вы и сами не знаете. Я играю в открытую и повторяю: мне не нравится предложение Леона.

Брат не просто произнес это, а словно бы злобно выплюнул, но в его голосе было столько внутренней убежденности, что все замолчали.

— Я только хочу сказать, что Леон может поворачиваться спиной к кому захочет и когда захочет. Потому, что рядом буду я, — ледяным тоном заявила Диана в наступившей тишине.

— Знаешь, сестричка, — задумчиво отозвался близнец. — Возможно, Эдвин и прав. Думаю, нам не следует сердиться на него.

— Только что было растоплено еще одно мужское сердце, — торжественно возвестила Эмилия. — Это и есть хваленый мужской рассудок?

— Эд? — позвал Виктор. — А в какую форму выльется твое «мне не нравится»?

— В такую же, в какую и твое. И не надо мне рассказывать, что ты будешь очень рад видеть Леонарда на троне.

— И не буду рассказывать. Хотя, кстати, я ничего не имею против Леона.

Эдвин поморщился.

— Только не надо, не нужно этого. Каждый из нас видит себя королем, и просто наивно выставлять меня каким-то чудовищем.

— Верно, — согласился Виктор. — Но ты единственный, кто им видит только себя.

— Постойте, — поспешно вмешался Фредерик. — Так мы не договоримся. У меня есть предложение. Пусть каждый сформулирует свою точку зрения на суть проблемы. После этого можно будет обговорить все разногласия.

— Конечно, — подхватила Эм. — Я даже могу заранее…

— Подожди, сестра, — перебил ее Виктор. — В предложении Фредерика есть смысл. Разумеется, глупо ожидать, что все начнут откровенничать, но этого и не требуется. Сейчас мы, кто умышленно, а кто и нет, способствуем разжиганию нового конфликта в семье, и наверное каждый из нас имеет планы благополучного для себя выхода из него. Все это называется интриганством. Остановить процесс мы не можем, но мы можем смягчить его. Все, что скажет каждый из нас сейчас, в будущем может обернуться против него самого. Я думаю, это поможет нам избежать необдуманных поступков, либо принятия чисто эмоциональных решений.

— Либо только

углубит интриги, — вставила Эмилия.

— Может быть и так, — включился в разговор Винс, — но Виктор в чем-то прав. Помимо всего прочего, это позволит нам точнее оценить меру откровенности друг друга. Я уже не говорю о том, что все наши ссоры и взаимные обвинения перестанут, наконец, быть беспочвенными.

Некоторое время все пререкались, хотя было ясно, что предложение большинству понравилось.

— Итак, — Виктор громко хлопнул себя по коленке. — Мы имеем две позиции. Леонард и Эдвин предлагают нам выбрать одного из них.

— Постой, — Эдвин поднял руку. — Не совсем так.

— Момент, — перебил Виктор. — Леон, я прав в отношении тебя?

Близнец согласно кивнул.

— Хорошо, теперь ты, Эд.

— Прежде всего, я не говорю, что я единственный достойный правопреемник отца. Я считаю, что являюсь только наиболее подготовленным для этого человеком. Если кто-то не согласен, я готов рассматривать любой другой вариант.

— Рассматривать? — удивилась Эм. — Это хорошо, что ты согласен, чтоб мы делали без твоего согласия.

— Хорошо, хорошо, — перебил ее Виктор. — Другими словами, Эд предлагает выбрать одного из всех нас. Одного из одиннадцати. Правильно?

— Не совсем, — старший брат помолчал, обдумывая что-то, потом поднял голову и пояснил:

— Я считаю, что наследником короля может быть только его родной ребенок. Мы должны выбрать одного из пяти.

Никто еще не произнес ни слова, но Ланс почувствовал, как в комнате нарастает напряжение.

— Но, у Дарвина семеро детей, — тихо напомнил Винсент.

— Я не учитываю сестер. И Торикс.

Вновь стало тихо. Ощущение беды заставило Ланса невольно сжаться, по спине побежали холодные мурашки. Он быстро обвел зал глазами. Все сидели в напряженных позах и также исподлобья разглядывали друг друга. Он облизнул внезапно пересохшие губы.

— Почему ты не считаешь Торикс? — негромко поинтересовалась Эмилия.

— Ты сама знаешь почему! — огрызнулся Эдвин.

— Должны ли мы сейчас уйти? — спросил Виктор.

— Нет. Все имеют равное право голоса.

— Спасибо и на этом, брат, — насмешливо поблагодарил Филипп.

— Это не одолжение, — возразил Эдвин. — Просто без вашего участия соглашение невозможно.

— Остальные детки считают так же? — осведомился Фредерик.

— Ты не должен так говорить с нами, Фред, — качая головой, сказал Винсент. — А мы не можем отвечать за слова Эдвина.

Леонард коротко и зло рассмеялся.

— Неплохо сказано, брат.

Фредерик посмотрел на близнеца, и у него в глазах заблестели сумасшедшие огоньки.