Тролль
Шрифт:
— Подарок?
— Братишка.
Дбалин кивнул, подошёл к Дестриэ, не без труда отстегнул застёжки. Пришлось встать на цыпочки.
— Бай, помоги, пожалуйста, будь добр.
Бай ахнул, когда увидел, что скрывалось внутри. Дбалин вытащил радужную, поблёскивающую сферу — приманку червя. Филин осклабился.
— Пока насекомые терзали труп, я сорвал камешек. Ну как, красавица, будешь дуться?
Амарилль молча подошла к сфере, взяла, покрутила перед глазами, огладила радужную гладкость. Смотрела то ли напряжённо,
— Аммолит.
— Он самый, — кивнул Дбалин. — Видимо, на кончике хвоста у червя расположены железы, что выделяют секрет. Секрет, в свою очередь, застывает в прекраснейший аммолит невероятной для такого камня формы идеального шара — до чего ж природа дошла, чтобы создать приманку! Удивительно, правда? Вот только интересно, кому эта приманка предназначается? Пока что встреченные нам создания не то чтобы дружили со зрением.
Эльфийка, никак не реагируя на услышанную лекцию, передала аммолит Баю.
— Положи обратно, пожалуйста. — С решительным видом обернулась к Дбалину. — Идём охотиться на червей?
Филин засмеялся. Дбалин улыбнулся.
— Не исключено, однако пока мы рассчитываем на иное сокровище. Господа и дама, гляньте на город, а именно на ту его часть, где покоится дракон. Мордой он подгрёб под себя внушительную долю центральных сооружений. Напоминаю: в тексте гномов сокровищница называлась «центральной».
— Думаешь, он её уничтожил? — спросил Бай.
— Да. Но к чему гадать, когда можно проверить? К разгадке мы близки как никогда. Идёмте?
К цели двинулись немедленно. Спустились в освещённую мхом долину, почти до пояса погрузились в паразитирующие кустарники — повезло лишь Баю, которому поросль была до колен, и, конечно же, Дестриэ. От предложения тролля сесть на пони Амарилль отказалась. Филин, что было видно по ехидной ухмылке, едва сдержался от комментария. Настигли ближайшие хитиновые дома быстро. Заходить не пытались, отбросили эту идею, когда увидели торчащие из проёмов заросли.
— Да что постоянно мешается и хрустит под ногами?! И так уже хреново идётся!
Филин выругался, наклонился, почти нырнул в топи из бесцветных стеблей. Поднялся с костью в руке, вроде, плечевой. Мягкой, хлипкой, тут же развалившейся — даже не треснувшей. Бай всмотрелся в паразитирующие кусты, раздвигая их ногами. Разглядел половину черепа, обломки рёберных костей.
— Настоящее кладбище! — Филин сплюнул.
Дальше идти стало легче благодаря Дбалину, что выбирал менее заросшие тропки. Ориентировался он по почерневшему хитину крыш и стен, свидетельствующему об огненном дыхании дракона. Возле них паразитирующая трава росла неохотно.
— А ведь давным-давно здесь была площадь — видно по геометрии. Присмотритесь, там стоят обожжённые хитиновые скульптуры. Старых ли богов? Чуть вдалеке явно госпиталь. Здание обширно и, главное, сохранился символ. Вы видите? На стене немного оплывшая
— Ты посмотри на стены! — возмущалась эльфийка. — На крыши! Лично я нигде не вижу позолоты. В сокровищнице будут аммолиты, это ж очевидно.
— Да сдались гномам твои сраные черви с их камешками, — отрезал Филин. — Золото. В легендах всегда золото, монеты, кубки, оружие, фигурки в виде голых баб. Всё из золота.
— Я читал, — вклинился Бай, — что один рыцарь в древнем захоронении обнаружил Святой Грааль.
Тут уже не удержался Дбалин:
— Бай, премного извиняюсь, но это точно что-то невозможное. Сказка. Если размышлять таким образом, то ожидать в сокровищнице надо сразу прекрасную даму — их чаще всего в подобных сказаниях и считали за главную награду рыцарю, за его Святой Грааль.
— Именно, — поддакнул Филин, осторожно переступая сваленный хитиновый каркас. — Ушастая дама уже рядом с тобой, Бай. Прекрасна даже с подбитым глазом. В сокровищнице будет золото.
Бай не ответил. Амарилль фыркнула, обходя поднимающиеся почти до горла кустарники. Дбалин, следуя за эльфийкой, заговорил тоном лектора:
— Вынужден поддержать своего брата. Да, идея золотых драгоценностей проигрывает перед аммолитами, но вполне имеет место. Primo, в подземных водах, которые гномы явно умели добывать, вполне могли оказаться крупицы золота, их надо всего лишь просеять. Secundo, вроде бы между кустами я видел останки гнома с сохранившейся одеждой, а именно хитиновыми пластинками и наручами, как будто покрытыми позолотой.
За разговором дошли до дракона. Из-под нижней челюсти торчали изломанные хитиновые стены. Земля вокруг, в своё время явно изрядно пожжённая, была покрыта тончайшим слоем паразитирующей травы. Дестриэ, словно чувствуя опасность, захрипел, отказываясь приближаться к черепу.
— Махина, — сказал Филин, смотря вверх, на заросшую глазницу. — Тварь покрупнее наземных будет.
— Всё-таки интересно, — Дбалин прикоснулся к клыку, больше его самого раза в два, — как эта поразительной величины особь оказалась под землёй? И слава богу, что оказалась она именно под землёй!
Бай рассматривал скелет дракона недолго, не в силах побороть чувство собственной ничтожности. Погладил Дестриэ по гриве, выглядывая Амарилль. Эльфийку гигантические кости не интересовали, она ходила от выгоревших развалин к целым строениям. Остановилась на полпути, погрузилась в паразитирующую траву.
— Дбалин! — выкрикнула. — Как должна сокровищница выглядеть?
— А ты разве не догадываешься? Это бывшая эльфийская гробница, то есть выглядеть она должна непохожей на все гномские постройки.