Трое за Ларцом
Шрифт:
— Обратите внимание, — вполголоса произнес сенсей. — На нас никто даже не оглянулся. Хотя мы не местные, а в любой толпе обязательно найдется хотя бы один лопух, который выпялит свои глазоньки на что-нибудь неизвестное и незнакомое. А это значит, что им уже не до нас, у них перед глазами — море вина и цистерны водки…
— Здесь водку не пьют, — педантично поправил его Вигала.
Леха тут же посочувствовал:
— Бедные…
— Кроме того, интересно и другое, — вполголоса добавил эльф. — Трактирщик говорил, что Орден Обожествленного Вина проповедует
— Смена идеологии? — быстро предположил Тимофей. — Прежняя пропаганда толпу не заинтересовала, так что они быстренько сменили ее на более… э-э…
— Удовлетворяющую вкусам толпы, — закончил эльф. — Раньше они приходили и проповедовали, теперь они призывают толпу приходить и крушить, потому что они, дескать, имеют право…
Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Трактирщик у стойки молча переминался с ноги на ногу, предупреждающе выставив перед собой бейсбольную биту. Толпа осыпала его матюками и требовала немедленно открыть все винные краны — стало быть, здесь, как в прогрессивных западных отелях и ресторанах, имелась система трубопроводов, по которым вино и подавалось в трактирную залу. Оратор пока молчал. Видимо, выжидал, что от предвкушения выпивки толпа окончательно войдет в экстаз. Все посетители таверны, как один, присоединились к толпе сторонников Ордена Обожествленного Вина.
Эльф откинулся назад и беззаботным тоном предложил:
— Я вижу возможность заработать. Прямо здесь и прямо сейчас. Почему бы нам не пойти в трактирные вышибалы?
— С ума сбрендил? — ахнул Леха. — Может, тебе лобик пощупать? Или еще какую процедуру провести?
— А и впрямь, — медленно проговорил Тимофей, — почему бы и нет?
Они встали и двинулись через толпу.
— А почему вы… то есть ты, Тимофей, согласился? — быстро спросив Вигала. — К безумству храбрых ты вроде бы не склонен… Насколько я могу судить.
Тимофей промолчал. Как объяснить хладнокровному и одновременно радующемуся каждой стычке верзиле-эльфу, что его просто достало все. Перемена обстановки совершенно сумасшедшая, боевые соратники — сплошной готовый бедлам, клоунада на выезде… Эльф и браток. Тимофей вообще чувствовал, что если он в непродолжительном времени не начнет мерзко хихикать и корчить всем рожи, пуская от психического переутомления слюни, то это будет его крупное психиатрическое достижение. Достойное занесения во все учебники сразу — как по клинической психиатрии, так и по прикладной психологии, на зависть всем Фрейдам…
— Хозяин! — громко и весело крикнул Вигала через головы новобранцев винной веры. — Тебе вышибалы не требуются? Берем недорого, всего по сто пукелей за час.
— Да вы что, шипастый блях вам в задницу за такие деньги… — попробовал было возмутиться хозяин, но глянул на толпу перед собой — и сник.
— О, я вижу, до тебя уже дошла специфика момента, — повысив голос, добавил Тимофей. — По сто пукелей
— Согласен! — судорожно завопил хозяин. И замахал битой, как гаишник жезлом — подъезжай, дескать, дорогой, поближе, отсюда и будем беседовать с другими будущими пострадавшими…
— Тогда прямо с этого места и начнем вышибать… — порадовал своим сообщением обернувшуюся к нему толпу Вигала.
И первым врубился в кучу монстров. Тимофей слегка зазевался — потому что, как пацан, на несколько мгновений буквально застыл на месте, уставясь на стремительную и ужасающую атаку эльфа. Вигала, идущий в атаку…
Дернуть за волосы назад, сбивая с равновесия, косой, рубящий ребром ладони по открывшейся шее… Следующему — подножка, затем тычок в то место, где у людей обычно находится солнечное сплетение… Видимо, физиология у всех монстров во Вселенной действительно схожа, включая и человека, потому что монстры реагировали правильно, воплями и падениями с последующими корчами на заплеванном трактирном полу…
Вигала рядом зверствовал, закатывая смачные хуки в челюсти и морды. И делал это направо и налево. Что-то хрустело, летела мелким дождичком кровь — не только красная, но и белая, голубая, серая, зеленоватая… Сплевывались на пол зубы — или клыки, это уж кому как нравится.
Леха прикрывал тылы. Героически прикрывал — с ревом и смачными ударами, сопровождая все это ежесекундными поминаниями какой-то уродской матери. Видимо, сто пукелей подействовали-таки ему на воображение. И возбудили на подвиги. Вот оно, классическое, — люди гибнут за металл. Или же старательно губят других — в частности монстров, в частности, вот как здесь и сейчас, в этой таверне.
Впрочем, за что боролись, на то и напоролись. Ребята тоже сюда пришли не цветочки нюхать. Занятие экспроприацией — дело крайне опасное. Для экспроприирующих же — особенно…
Они шли по толпе как гребень, но при этом вычесывали все попадавшееся напрочь. Примерно метра через три такого их совместного развлечения толпа начала слаженно разбегаться. Упырь-оратор, видя такое брожение в собственных рядах, подал голос:
— Стойте! Встаньте за Божественное Вино, да не продадут его за мерзкие деньги!
— Почему мерзкие… — пропыхтел Леха, работая руками во все стороны. — Деньги есть деньги, не пахнут, в лицо тебе не плюют, как некоторые. Это я на сенсея намекаю…
Поле боя стремительно пустело. В конце концов и оратор покинул его, подобрав для пущего удобства поды длиннющей ярко-бордовой мантии.
— Так, я не понял, — немного брезгливо сказал Леха, вытирая руки, запачканные в серо-буро-малиновой жиже (кровь монстров или уж и вовсе — их мозги?) о ближайшую скатерть. — А чего это они тут такие все податливые? Кому ни дашь в морду, тот сразу брык — и на пол. Послушно так, чуть ли не с готовностью ложится… И ни один — ни один! — даже не попробовал дать мне сдачи. Противно, фу…