Три мушкетера (сборник)
Шрифт:
Корнюде
(с болью)
Простите!..Пышка
(пожимает плечами)
Что вам даст мое прощенье?..Вы написали столько чепухи,Что самый добросовестный священникВамГ-н Луазо
(подмигивает Корнюде)
Хотите выпить?Корнюде
(видно, что он еще не оправился после Пышкиных слов)
Да… Пожалуй, выпью…Глотка два-три… Хорошего вина…Г-н Луазо
(радостно потирает руки)
Я у жены под вас бутылку выбью —Без вас мне и глотка не даст она!..Г-н Луазо склоняется к жене. Между супругами возникает яростная перебранка, на которую, впрочем, никто не обращает внимания, перебранка ведется шепотом и длится очень недолго. В конце концов г-н Луазо поднимает отвоеванную бутылку вина высоко над головой, демонстрируя Корнюде торжество их общей идеи… Попутчики разливают вино по кружкам и пьют. Захмелевший Корнюде, забывший наконец о своем разладе с Пышкой, принимается насвистывать «Марсельезу».
Граф
(Корнюде, не без сарказма)
Вы нас помучить вздумали, любезный,Покой наш обывательский смутив?..Корнюде, не удостоив Графа даже взглядом, продолжает свистеть.
Ну что же, мучьте!.. Но не «Марсельезой».НайдитеГ-н Луазо
(смущенно хихикая)
Конечно, я в дела других не лезу,Но… чтобы веселее сделать путь…Попробуйте свистеть не «Марсельезу»,А скажем, из Россини что-нибудь!..Г-н Ламадон
(жене, раздраженно косясь на Корнюде)
Так острый гвоздь скрежещет по железу!..Так по стеклу царапает алмаз!..(Корнюде.)
Приберегите вашу «Марсельезу»
Для вами агитируемых масс!..
Корнюде продолжает насвистывать излюбленную мелодию. Впрочем, путешественники, разморенные сытным обедом и хорошим вином, не склонны длить обмен колкостями. Кое-кто уже мирно уснул, а кое-кто не прочь благодушно пофилософствовать.
Граф
(после паузы, с подъемом)
А все-таки вояж нам был полезен:Нас всех сдружил, сплотил и сблизил он!..Г-н Луазо
(ни к кому не обращаясь)
Нет, что ни говори, а в «Марсельезе»…(Зевает.)
Есть что-то…(Снова зевает.)
…навевающее сон!..(Засыпает.)
Корнюде пытается настаивать на раздражающей попутчиков мелодии, но никто не выказывает ему сопротивления, и, заскучав, Корнюде умолкает сам. В наступившей тишине слышится только негромкий храп супругов Луазо, да взвизгивание каретных рессор, да стук лошадиных копыт о мерзлую дорогу… Дилижанс спит.