Три легенды
Шрифт:
Взбешенный бородач зарычал, замахнулся своей дубинкой, и в то же мгновение серой молнией вылетел из леса на дорогу волк, стремительно подпрыгнул, ударил, вцепился в руку…
– А свиней режут! – ведьма – или это уже была не она? – не могла остановиться. – Пускают им кровь! Потрошат!..
Волк, сбив разбойника на землю, отскочил в сторону, выплюнул оторванный, испачканый кровью рукав.
– Свинья!..
Воспользовавшись секундной передышкой, бородач вскочил на ноги, швырнул подвернувшийся под руку камень в сторону
А она хохотала как безумная и тыкала пальцем в сторону улепетывающего со всех ног грабителя:
– Свинья! Свинья!..
Волк обнюхал трофейный лоскут, изучил, лениво его пожевал, потом улегся на замусоленную тряпку и стал невозмутимо выкусывать блох с передних лап, то и дело отвлекаясь и поглядывая на хозяйку.
Внезапно ведьма замолчала. Вздрогнула, отшатнулась. Непонимающе осмотрелась по сторонам. Зашлась в кашле. Сплюнула. Вытерла рот ладонью. Подняла голову к небу.
Постепенно взгляд ее прояснился.
– Так ты и тогда меня защищал? – спросила она у волка. – Ну ты дурень! Ну, волчья кость!.. Ладно, пошли дальше!
Волк пружинисто вскочил, зевнул во всю пасть и совсем уж не по-волчьи довольно замахал хвостом.
Лесная дорога вильнула в сторону, и, как-то разом, вдруг, ведьма оказалась на тесной улочке, где ее поджидали.
– Это она, – сказал знакомый разбойник, левой рукой доставая из-за пояса кривой нож. Локоть правой был замотан серой тряпкой. – Осторожней, где-то тут ее волк.
– Пусть только попробует показаться, – сказал второй грабитель, похожий на первого, как две капли воды. В руках у него была рогатина.
Ведьма оглянулась.
Путь к отступлению был отрезан. Еще два разбойника перекрыли дорогу.
– Так кто я, старуха? – с издевкой спросил раненый кривоногий оборванец, замахнувшись издалека ножом.
– Свинья, – во всеуслышанье заявила ведьма. – Хромоногая вонючая тупая свинья. Сколько раз нужно тебе повторять, чтобы ты наконец-то понял? – И она действительно увидела перед собой свинью, стоящую на двух ногах.
– Пожалуй, придется тебе показать, кто тут настоящая свинья, – ощерился разбойник. – Посмотрим, как ты будешь визжать, когда я начну снимать с тебя шкуру. – Он вновь махнул ножом, но не тронулся с места.
Они боятся, поняла ведьма. Бояться ее, потому что не знают, кто она такая. Четверо вооруженных мужиков против одной старухи.
Она рассмеялась.
– Вы все трусливые свиньи!
Было уже темно, но она видела, как открываются двери домов, и на улицу выходят бородачи, похожие друг на друга, словно братья. С каждой минутой их становилось все больше. Они молчали и медленно подступали все ближе и ближе. Почти у каждого в руках было какое-нибудь оружие: топор, нож, дубинка…
– Сколько же вас здесь? – издевалась ведьма.
– Хватит! – бешено выкрикнул ее старый знакомый, бросаясь вперед. Он ударил ведьму в лицо рукоятью ножа – ее отбросило назад – потом коротко размахнулся и ткнул лезвием в живот. Отскочил.
– Больно, – всхлипнула ведьма. Она опустила взгляд и увидела, как из узкой прорехи на одежде сочиться кровь, пропитывает ткань, каплями падает на землю, растекается в лужах. Закружилась голова. В глазах потемнело.
Багровая круглая луна надвинулась, заслонила все вокруг…
А потом родилось страшное слово. Еще никто не слышал, не произносил его в этом мире. Никто не знал, что оно означает. Это было чужое слово. Слово извне.
– Чума, – прошептала ведьма. Она запустила пальцы правой руки в свою рану. Было больно и горячо.
Вынула окровавленную ладонь. Крикнула:
– Чума! – и махнула рукой, окропив разбойника живой кровью. Он отшатнулся, закрылся руками, выронил нож.
– Чума! – вновь ведьма позвала пришедшее из другого мира слово. И увидела: пылающие костры, тысячи тел, вздувшиеся гнойные бубоны, черная кровь… Ухмыляющаяся нездешняя луна, встающая над опустевшими городами… Чума!..
Завизжал бородач, на которого пало проклятье. Повалился на землю, заметался в грязи, раздирая ногтями лицо. Там, где кровавые брызги легли на кожу, вздувались черные пузыри, сочащиеся гнилью.
– Ведьма! – прошелестело над собравшейся толпой. – Она ведьма! – Разбойники в ужасе отступали, пятились, не решаясь повернуться к ней спиной. – Ведьма!
А она уже не могла стоять ровно. Покачнулась и, чтобы не упасть, сделала шаг. Потом еще один…
Луна тянула ее к себе.
Полная луна давала Силу.
Ведьма шла по дороге, по лесной деревушке, и разбойники бежали прочь от нее.
Капает кровь.
Вокруг темно.
Ночь.
Дождь.
Стынут руки. Нестерпимый жар бьется в животе.
Что-то звенит в ушах. Качается земля под ногами.
Слабость…
Сколько прошла?
Неужели это конец? Вот так вот… Нет, надо подняться…
Светает.
Ведьма ползет по дороге. Иногда падает в грязь, замирает надолго и кажется, что больше она никуда не двинется. Но проходит какое-то время, и она вновь встает на четвереньки и снова ползет…
Ползет…
Ползет…
Дождь.
Бегут за шиворот обжигающие струйки. Быстрые, живые, словно змейки…