Чтение онлайн

— Нам не стоит приходить и слишком рано, — лукаво подмигнув, отозвался супруг. — В конце концов, мы — молодожены.

Она непонимающе посмотрела на него, и Рейт покорно пояснил:

— Подумай сама. Мы недавно женаты и — что естественно для окружающих — страстно влюблены. Возможно ли, чтобы мы так охотно нарушили наше уединение? — Голос его понизился до нежного шепота. — Конечно же нет, ведь нам так хорошо вдвоем.

И слова, и интонация действовали на Энн так ласкающе, что, казалось, приведут в состояние гипноза.

— Если бы

мы действительно были влюбленной парой, за которую себя выдаем, — продолжал Рейт, — то вот эта надетая на тебя чертовски обольстительная вещичка валялась бы сейчас на полу возле кровати, а ты сама, моя дорогая, лежала бы в моих объятиях.

— Перестань, бесстыдник, перестань же, — в изнеможении взмолилась Энн. — Мы совсем не те, кто страстно влюблен. Это все не так.

— Разумеется, нет, — сдержанно согласился Рей, тихо добавив: — Пока нет. Тебе очень нужна эта шаль? — спросил он, уже распахивая перед ней входную дверь. — По-моему, ты вся горишь.

Она, быстро взглянув на него, скользнула мимо. Ему прекрасно известно, отчего ей приходится краснеть, чтоб ему провалиться! Интересно, понял ли он, что единственное из надетого под платьем, это трусики? Конечно же, нет. И все же, когда он говорил глупости про лежащее на полу вот это самое платье, было в выражении его лица нечто такое, что заставило ее воображение мигом нарисовать соответствующую картину. Ей представилось, как она, почти голая, стоит, тесно прижав грудь к его груди, его руки ласкают ей спину, и ответных ласк он ожидает от нее. Пока они спускались по ступенькам, ее сотряс еще один приступ этой «лихорадки».

Страхи Энн, что она будет чувствовать себя неловко и неуютно среди незнакомых людей, или что дочь месье Кальдерона будет недовольна их визитом, оказались напрасными. И не только потому, что глава семейства и его жена оказали им сердечный прием, но и благодаря радушию самой Джины. Пока Рейт беседовал с хозяином и хозяйкой, Энн оказалась в центре кружка молодежи. Это были живые, умные ребята, шумно и непосредственно делившиеся своими взглядами и мнениями. Они беззлобно подначивали молодую англичанку по поводу того, что ее соотечественники не спешили воспринять идеи общеевропейского дома.

Но Энн вскоре обнаружила, что они, подобно ей самой, горячо интересовались судьбами обездоленных, и она увлеченно включилась в обсуждение все обостряющейся проблемы городской бедноты с одним из приятелей Джины.

Внешне Эдвард мало напоминал Дэвида. Он был плотнее, с густой, вьющейся темной шевелюрой и карими глазами, которые восхищенно загорались, когда он взглядывал на Энн, и она не могла этого не заметить. Он искрился чувством юмора, чего никак нельзя было сказать о Дэвиде. Но, что касалось общественных взглядов и идеалов, то тут они были похожи.

— Как я понимаю, эта проблема общая для всех стран, — воодушевленно говорил Эдвард, слегка оттеснив собеседницу от остальных, так что теперь они разговаривали уже только вдвоем. —

И мне кажется, мы могли бы поучиться друг у друга, если бы чаще встречались и обменивались опытом.

— Вы хотите сказать, нам следует устраивать конференции? — засмеялась Энн.

— Ну, может быть, не так официально. Я время от времени наезжаю в Британию по делам, и мне было бы очень интересно взглянуть на ваше заведение для бездомных, если, конечно, это возможно.

— Я уверена, что возможно! — с энтузиазмом согласилась Энн. — Уверена, что наш шеф будет рад с вами познакомиться.

— Настолько я понял, вы живете в некотором отдалении от Лондона, — сказал Эдвард. — Будет ли там возможность остановиться?

— О, не беспокойтесь! — порывисто заверила она нового знакомого. — Вы можете остановиться у нас.

— Что ж, я буду с нетерпением ждать случая, — благодарно проговорил Эдвард.

— Не принимайте Эдварда слишком всерьез, — со смехом предостерегла Джина, когда через некоторое время Энн и ее собеседник присоединились к остальным. — Он ужасный сердцеед.

— Ты несправедлива ко мне, Джина, — запротестовал тот, ничуть не смутившись. — Не ужасный, а прекрасный.

Когда Рейт через несколько минут подошел к ним, все трое еще продолжали весело смеяться.

— Боюсь, нам с тобой пора идти, — обратился он к жене и пояснил, поворачиваясь к остальным: — Рано утром нам улетать.

— Так быстро? — удивилась Энн.

Даже когда Рейт холодно показал ей часы, она все никак не могла поверить, что уже так поздно.

— Я вижу, нет нужды спрашивать, понравился ли тебе проведенный вечер, — заметил он на обратном пути в замок, когда они остались вдвоем в машине.

Что-то необычное показалось Энн в его тоне. Нет, не гнев или раздражение, а нечто иное.

— Похоже, у вас с молодым Эдвардом нашлось много общего.

«С молодым Эдвардом»? Энн недоуменно наморщила лоб. В разговоре он упомянул, что ему только что исполнилось двадцать пять. Это, конечно, гораздо меньше, чем ее мужу, но уж явно не повод для подобного уничижительного отношения.

— Он просто рассказывал мне, как действуют у них заведения, аналогичные нашему приюту, — попыталась объяснить Энн. — И очень заинтересовался нашей работой. Я даже пригласила его приехать к нам и познакомиться с Дэвидом, — поспешно добавила она, устремив взгляд на дорогу.

Почему вдруг ей стало казаться, что она сделала что-то не так, вроде бы рассердила этого взрослого, уверенного в своей неотразимости мужчину? Но я не совершила ничего дурного, успокаивала себя Энн.

— И это будет единственной целью его визита? — с вызовом спросил Рей. — Познакомиться с Дэвидом?

Она опять начала краснеть. Хорошо, что в машине было полутемно.

— Конечно. А что же еще?

— Ладно, крошка, давай не будем. Ты не настолько наивна, — ядовито обронил Рейт. — Всем понятно, что Эдвард гораздо больше заинтересовался тобой, чем вашим приютом.