Чтение онлайн

–И она тоже.

–Без вариантов! Обходим ее стороной.

Девчонки засмеялись и пошли обратно по Невскому проспекту. Людей было много, и они взялись за руки, чтобы не потеряться в их потоке.

Таня смотрела на дома, доверив Даше вести ее. Она не могла оторваться от отражения солнца в окнах. От их узорчатых карнизов, мраморных статуй и завлекающих вывесок.

Даша посматривала на Таню, с улыбкой покачивая головой. Все в ее новой подруге было для нее загадкой. Блеск больших карих глаз, что появлялся в них при виде самых обычных вещей. Восторг, с которым она говорила о погоде, людях,

последних днях лета. Даже одежда. Ее льняное платье, вышитое лютиками у ключицы и пояса, доходило ей до коленей. Поверх него был вязаный кардиган такого же охрового оттенка, что и цветы. На ногах – тяжелые ботинки.

– Где ты находишь такую одежду? — спросила она у Тани.

Тонкие дуги бровей тут же взмыли вверх. Разомкнувшись, губы приобрели какое-то детское невинное выражение. Так часто бывало, когда ее резко выводили из мыслей. Таня медленно повернулась к Даше.

– Я сама ее сшила.

– Правда? — удивилась она.

– А серьги и бусы?

– Тоже. Люблю что-то делать руками.

– Здорово. Я так и подумала, когда впервые тебя встретила. Помню, как смотрела на твой натюрморт и боялась, что все рисуют так же. Знаешь, как я удивилась, что прошла отбор? До сих пор не верится, что завтра начнется учеба.

Таня улыбнулась. Они уже дошли до Московского вокзала и свернули на Лиговский проспект.

– Тебе не кажется, что монументальность, монолитность, высота – идеальные слова для Лиговского? – спросила Таня, когда они шли вдоль ряда белых домов.

Даша усмехнулась.

– Подожди, сейчас дойдем до «Этажей» и передумаешь.

– Что это?

– Увидишь.

Она резко завернула направо.

Таня сначала даже не заметила оживленное пространство в арке. Прямо на входе стоял прилавок с разноцветными носочками, кружками, брелками. Она не успела рассмотреть все полностью. Даша потянула ее к многоэтажному серому зданию. Они поднялись по узкой лестнице на самый верх и вышли на террасу.

Синеволосый парень предложил им глинтвейн. Таня тут же подметила, как гармонично он смотрелся на фоне граффити с туканом на ветке.

– Привет, девчонки. Заходите в наш магазинчик магии. У нас сейчас скидки на талисманы и свечи.

Даша разговорилась с ним. Таня в это время рассматривала его кулон с Посейдоном. Парень тут же заметил это.

– Нравится? Он довольно мощный, помогает настроиться на творческий лад.

Она покачала головой, сплетя внизу руки.

– Сталь больше подходит людям с практическим складом ума. Творческой энергии он не приносит.

–Да ты, я смотрю, разбираешься, – засмеялся он.

– Да, я делаю украшения… иногда.

– Серьезно? Тогда тебе стоит познакомиться с моим приятелем. Ему сейчас как раз не помешает напарник. Кстати, я Женя.

Девушки переглянулись и пошли за ним. Они вышли на лестницу и вскоре остановились у магазина. Уже на входе сильно чувствовался аромат благовоний.

Женя попросил подождать его. Он первым зашел в него, и вскоре позвал их внутрь. Девушки пошли за ним.

Таня не успела рассмотреть ни ряд украшений вдоль стен, ни витрин, ни вид из панорамных окон. Как только она зашла в магазин, то тут же ощутила на себе взгляд. Тяжелый, проницательный, словно смотрящий ей в душу. Казалось, черные глаза сканировали ее.

Парень

в темном балахоне, напоминающем мантию, стоял за прилавком и о чем-то говорил с Женей. Она приблизилась к ним и открыла фотографии в телефоне.

Парень тут же стал листать ее работы. Губы великана лишь иногда проглядывали сквозь густую бороду. Некоторые он рассматривал в деталях и, одобрительно качая головой, листал дальше.

– Мне нравится. Предлагаю тебе работу. Ты будешь поставлять бижутерию, я буду выставлять ее тут и брать процент. Договорились?

Парень протянул ей руку. Огромную, с массивными пальцами, пульсирующим теплом под кожей.

Она пожала ее.

– Запиши мой номер. Калеб, – добавил он, продиктовав ей цифры.

– Тебя правда так зовут? – удивилась Таня.

–Да.

–Прям как парня Корнелии из Витч, – засмеялись девчонки.

Он как-то грозно взглянул на них, а потом улыбнулся.

– Он самый, – ответил Калеб.

Несколько старшекурсников объявили, что можно заходить в зал, и студенты, восторженно перешептываясь, стали проходить вперед.

Первый этаж корпуса ничего особенного собой не представлял. Впереди расположилась столовая, сбоку сидел охранник. Но поднявшись к концертному залу, все тут же потянулись к телефонам.

– Потом сфотографируетесь. Все успеете, – обещали кураторы, ведя студентов мимо перламутровой мозаики на колоннах.

Подойдя ближе, Таня заметила, что она неоднородная. В некоторых камушках она видела свой силуэт на фоне других ребят. Они образовали между собой группы и с жаром обсуждали предстоящие проекты. До Тани доносились отдельные слова из общей суматохи. Сюжеты чьих-то сценариев, факты из биографий режиссеров, актеров, планы по съемке короткометражки и все подобное.

Найти первокурсников среди них было очень просто. Те с восторгом рассматривали инсталляции с названием института, фотографировались с забавными надписями. Тесной кучкой они окружили островки с рекламой различных кружков и фестивалей, слушая кураторов в майках с эмблемой «СПБГИКиТа». Таня и Даша тоже присоединились к ним.

Из концертного зала уже доносилась торжественная музыка. Когда кто-то выходил из него, были видны широкие ступеньки, ведущие вниз к сцене.

Когда ребят пригласили в зал, они тут же выстроились у дверей. Медленно, не спеша куратор по парам пропускал их. Вскоре очередь дошла до Тани и Даши. Взявшись за руки, они пошли по ступеням. Казалось, перед ними был огромный кинотеатр.

Расположившись в одном из дальних рядов, Таня любовалась синим светом от люстры, дождем свисающей с потолка, подсветкой ступенек такого же цвета. Ее то и дело скрывали ноги студентов. Ребята в одежде всех десятилетий прошлого века, всех фантазийных миров, спускались по ним, освещая зал улыбками ни чуть не меньше, чем ряд прожекторов вдоль сцены. Телекамеры с краю выводили на огромный экран происходящее на ней. Через пару минут на нем показались двое мужчин и седовласая женщина.

Музыка тут же притихла, в зале погасили свет. Лишь свечение ступеней выделялось в темноте. На мгновение Таня растворилась в ней. В речах ректора и выступлениях, последовавших за ними.