Чтение онлайн

Требухашка идёт на кухню не оглядываясь.

— Он же убьет ещё! Нужно остановить его! Сожри ему лицо, как ты умеешь! Ну, давай!

Требухашка тычет носом в пустую тарелку и смотрит на меня печально.

— Да пошёл ты. Я сам его возьму.

Требухашка печально смотрит как я убегаю в прихожую и не появляется, пока я натягиваю кроссовки, спортивную куртку.

— Нельзя так! — кричу я в пустоту. — Это не справедливо! Это молодые девчонки. Кто-то не остановил Чикатилло в свое время и тот убил больше сотни детей.

Требухашка молчит, и я открываю двери.

—

Сам справлюсь! Колбаса в холодильнике!

Прошло совсем немного времени. Изуродованная морда не должна далеко уйти. Я прячу нунчаки и сбегаю вниз по ступенькам. Плана нет никакого. На улице ясный день. Народу бродит море, и тут я, охотник на маньяков, начну человека палками на цепи избивать посреди улицы.

Выскакиваю во двор и вижу его слева. Он идёт не спеша. На голове широкополая шляпа, в руках портфель. Идёт быстро. Я подпрыгиваю от адреналина бурлящего в крови и бегу за ним.

Нужно скрутить маньяка и сдать полицейским. Пусть осмотрят чемодан, пусть проверят кладбище, убийцу и меня заодно. Точно найдут что-то. А если ещё на его рожу посмотрят и на крылья за спиной. Я притормаживаю и смотрю на них. Небольшие крылышки, чуть выделяются над головой, но все-таки они есть. Черт, да они даже тень дают на асфальт.

Сейчас он свернёт налево и выйдет на оживленную улицу полную машин, ларьков и магазинов. А если пойдет вправо, то увидит парк. Маньяки любят лесные массивы, как и убийцы маньяков. Давай, шуруй влево.

Юрабезотчества останавливается. Медленно поворачивается, открывая обожженную изуродованную морду. Он внимательно смотрит на меня и лезет одной рукой в свой «совдеповский» портфельчик, открывает его и достает длинный кухонный нож. Я беру нунчаки и не скрываясь держу у бедра. Мы молча смотрим друг на друга и он делает шаг вперёд.

— Передумал?

Мир пульсирует вокруг каким-то миражом. Вдалеке проезжает машина, выпуская дым из выхлопной. Мимо пробегают пацаны с рюкзаками на плечах и с ними девочки с огромными бантами. Кто-то кричит в доме и с грохотом закрывает дверь на балконе. Кто-то кидает стеклянную бутылку в мусорный бак прямо с третьего этажа, и она разбивается об асфальт. Реальны только мы двое — я и убийца с ножом. Теперь мне кажется зря я называл инопланетного чудика монстром — монстр вот он, вполне человеческое создание. Две руки, две ноги и посредине гвоздик. А в одной руке жутко сверкающий нож.

— Требухашка сейчас под моей защитой! Забрать его можешь только через мой труп.

— Значит он здесь, — кивает Юра и добавляет, — О-о-о.

Шелест крыльев, поток воздуха, потрескивание озона и кто-то толкает ногу снизу. Я смотрю вниз и встречаюсь глазами с Требухашкой.

— Надумал? Ну спасибо.

Требухашка ухает, почти как обезьяна, и я думаю, сколько у него этих звуков разнообразных в башке. Теперь мы втроём внутри непробиваемого кокона тишины. Люди проходят и проезжают мимо, не замечая назревающей драки и собака-кошки с крыльями. Всё хорошо. Всё идет по плану.

Юрабезотчества протягивает левую руку и сдирает рукав. Как кожицу апельсина. Острым лезвием делает надрез и не один, скрипя зубами

выводит что-то, напоминающее руну. Мы с Требухашкой смотрим ошеломленно. Кровь капает на землю, поднимая маленькие юркие тучки пыли, которые вертятся в сантиметре над землей, как гуттаперчевые балерины.

— Я призываю тебя! — кричит урод, и никто кроме нас его не слышит, случайные люди обходят наш пузырь стороной. — Я призываю тебя! Он здесь!

Требухашка страшно кричит и влетает пулей вверх. Там примерно на высоте третьего этажа открылся портал. Большой светящийся красный круг, который сейчас медленно опускается вниз. Требухашка кричит и кружит вокруг него.

— Приветствую тебя в нашем мире! — радуется маньяк и пританцовывает, а Требухашка атакует портал и ещё раз и ещё, но каждый раз его отбрасывает и каждый раз все сильнее. Неумолимо как жизнь портал снижается, и летающий кот ничего с этим не может поделать. Поэтому он рвётся ко мне: кричит и машет крыльями, цепляется коготками за рукав и тянет в сторону. Шипит, открывая свой синенький проход и летит в него, оглядываясь. Потом удар, будто башкой в стену разогнался и Требухашка завывая крутится на земле.

Я осторожно трогаю синий круг — он холодный и твердый. Здорово звёрек приложился с разгона.

— Добро пожаловать, — скулит Юра из-за спины, и я оглядываюсь. Пригнув голову из портала выходит Нечто, похожее на человека. Он высокий, под два метра ростом. У него широкополая шляпа и джинсы клеш. У него мощные ладони с широкими пальцами, а ещё у него нет лица. Вместо лица туман и кружащиеся частицы атомов-электронов. Или просто мошки.

Маньяк усиленно кланяется и не решается смотреть на того, кого призвал. Нечто или я бы даже сказал «само Зло» гладит его по голове и смотрит на меня. Требухашка бросается в атаку.

Я только успел услышать шипение и краем глаза заметил, как летит черная молния. Молния врезается в кулак Зла и тот отбрасывает Требухашку как мячик о землю. Земля дрожит так, что я подлетаю вверх и падаю не устояв на ногах. Вокруг всё трясется как при землетрясении и существо делает первые шаги. Я вижу монстрика, он барахтается на спине, как перевернутая черепаха и пытается встать, но не хватает сил для рывка. Нечто подбегает и заносит ногу над Требухашкой… А потом опускает её. Я закрываю глаза и ужасный крик раздирает меня на части. Потом еще один глухой удар и еще и чвакание, и чавкание. Крики затихают и я открываю глаза. Зло, убившее зверя стоит спиной ко мне и вытирает ногу о траву. Из спины у него гигантскими листьями растут крылья. Они просто огромные, накрыть такими можно крышу моей пятиэтажки.

От Требухашки осталось только мокрое пятно на асфальте и разбросанные внутренности. А нет, вон еще тряпочка, то, что когда-то было оболочкой.

Зло поворачивается и я понимаю, что не могу убежать, ноги не слушаются и страх обездвижил, но этому существу плевать на меня. Оно осматривает вокруг и вдыхает свежий воздух.

— Нравится этот разрез, — голос трубный, густой как у Шаляпина, — наверное я здесь останусь. Эй ты! Иди сюда!

Юрабезотчества ползет на коленях, не поднимая головы.