Чтение онлайн

Стас не позволил ей возразить и подавил возможное сопротивление, целуя раскрасневшиеся губы, жадно утоляя терзавший его голод. Пока Лера не схватилась за подбородок, потирая раздраженную кожу.

– Саднит, - поморщилась.

– С непривычки, - он улыбнулся и откинулся на сидение, приводя мысли в порядок.

– Ты должен был научить меня водить…

– А научил целоваться, - закончил за нее Стас.
– Лер, я прав?

– В чем?
– неохотно посмотрела на него.

– В том, что небезразличен тебе.

– Я не знаю, - вздохнула

она.
– Запуталась. Мне одновременно и плохо и хорошо с тобой. Как в этом разобраться?

– Представь, что я сейчас уйду. Навсегда. Что ты чувствуешь? Говори первое, что придет в голову, не раздумывая.

– Страх, что останусь одна, - сходу ответила она.

– Если ты задашь мне тот же вопрос, то получишь точно такой же ответ.

– И что это значит?

– То, что наши чувства схожи. О моих ты уже знаешь, постарайся принять свои.

Лера покачала головой и отвернулась. Стас понимал, что не убедил ее. И понимал, почему. Он не прощен, и недостаточно потрудился, чтобы загладить вину.

Взяв с заднего сидения пухлую папку, он положил ей на колени.

– Что это?
– она покрутила ее в руках.

– Уголовное дело, над которым я работаю.

– Зачем мне оно?

– Ты говорила, что не возьмешь мои грязные деньги, чтобы установить памятник маме. Я взялся за это дело, чтобы получить честный заработок. Прочитай и убедись сама, что клиент, которого я защищаю, не виновен.

– Спасибо, Стас, - она пальцами сжала папку.
– Я дома посмотрю.

Он кивнул и расслабленно выдохнул. Лера приняла помощь и сделала ещё один шаг навстречу. Это главное.

– Сколько ты получишь за это дело?
– спросила она, сев полубоком, чтобы видеть его лицо.

– Гораздо меньше, чем обычно получаю за свои услуги. Дело заведомо проигрышное, а я редко за такие берусь. Клиент без сомнений невиновен, но дал признательные показания по указке адвоката. Считай, подписал себе приговор.

– Почему ты не выбрал другое?

– Хочу чтобы ты видела, каким трудом я заработал именно эти деньги. Пожалуй, самые важные за все годы моей работы.

Лера задумчиво посмотрела вдаль. И Стас был уверен, она знает, на что он надеется, и решает, стоят ли его старания прощения.

– Я уже не раз думала, что могла пристрелить тебя тогда в кабинете. И знаешь, никогда не сомневалась, что ты это заслужил. Скольким мерзавцам ты помог избежать наказания?
– грусть сквозила в голосе. Стас помрачнел. Неудобный вопрос, и тема разговора становится скользкой. Но увильнуть от правдивого ответа он не мог.

– Многим.

– И продолжаешь это делать?

– Да.

– Почему, Стас?
– горячо воскликнула она.
– Почему ты не можешь брать только такие дела?
– махнула папкой перед его носом. Он напрягся. Не может. И даже если она попросит, не уступит.

– Потому что у таких клиентов, как этот, нет ни гроша за душой. Чтобы выйти на свободу они продают все, что имеют, или берут долги. Я не могу заниматься благотворительностью.

– Ты не хочешь.

–

Не хочу, - согласился он.
– Я привык к комфортной жизни, и отказываться от нее ради каких-то навязанных тобой благих целей не стану.

– Даже ради меня?
– она подалась вперед, прожигая его испытывающим взглядом. Загнала в угол. Стас плотно сжал губы и раздраженно спросил:

– Чего ты добиваешься, Лера? Ради своей женщины я готов на многое, но ты таковой себя не признаешь. Но при этом хочешь, чтобы я прислушался к твоим желаниям и кардинально изменил свои взгляды на жизнь. Ты знаешь, что у меня никого не осталось, и все, что я делаю, все ради тебя. Чтобы ты ни в чем себе не отказывала, и мне абсолютно плевать, каким образом приходится этого добиваться. Мы оба пользуемся тем, что я создал, не забывай об этом.

– Это меня и гложит, - призналась она.
– Я думала, что как только освобожусь, начну самостоятельную жизнь. Но не выходит, потому что не стремлюсь к этому. Ты предлагаешь мне на блюде то, о чем и не мечтала, и я соглашаюсь, хотя знаю, как ты зарабатываешь деньги. Каждый раз вступаю в борьбу с собственной совестью, и проигрываю. Это не дает мне покоя, как будто я передаю саму себя и забываю все то, чему с детства учила мама.

– Лера, ты живешь в другой реальности, не совместимой с моей. Не все вокруг происходит так, как мы считаем правильным. Тебе придется закрыть глаза на то, чем я занимаюсь, как бы не было сложно это сделать. Но ради твоего успокоения, обещаю, что буду брать такие дела чаще, - Стас погладил ее по руке, в которой лежала папка.

Лера покачала головой, словно сомневаясь, что это поможет ей смириться. Но он знал, что со временем у нее получится. Когда-то давно у него ведь получилось.

Лера включила ночник и залезла в постель. Устроила на коленях папку и открыла первую страницу. Пропуская много сложных для восприятия слов, она выискивала суть объемного уголовного дела. Но произошедший в машине разговор то и дело всплывал в памяти, мешая настрою.

Стас убеждал, что они живут в разных реальностях. И Лера была с ним согласна. Он закостенел в своих убеждениях, неправильных, с ее точки зрения. Бороться с ними бесполезно. Но беспокойство пробуждало не это, а то что она всерьез намеревалась изменить его жизненные принципы. Зачем? Какое ей дело до них, до самого Стаса, в конце концов?

На душе становилось тошно. Она отложила папку и устало опустилась на подушку. На глаза навернулись слезы. Лера запуталась, погрязла в сомнениях и изнывала от чувства вины. За поцелуй, который допустила. За необъяснимую тягу в человеку, которого должна ненавидеть. И ведь раньше у нее получалось. Ненависть была искренней и естественной, а сейчас сколько бы она ни пыталась пробудить ее, выходило фальшиво. Стас все усложнил. Их отношения, ее чувства. И если он с легкостью разобрался в своих, то она не могла похвастаться тем же.