Тормоз
Шрифт:
Он помолчал минуту, собираясь с мыслями, потом продолжил:
— Оставшиеся четыре члена команды должны находиться у себя, так как были свободны от дежурства. Наше нынешнее положение зависит от того, прекратил ли Джентри охотиться за мной настолько быстро, чтобы успеть застать их врасплох. Надеюсь, я схватился за микрофон раньше.
Внезапно он усмехнулся.
— Тетсуо, — отрезал он, — останови вращение корабля. Быстро!
Помощник мигнул, потом рассмеялся — смех этот походил на отрывистый лай — и направился к приборам.
— Прикрепиться! —
— Что… что вы собираетесь делать, сэр? — спросил Вейн.
— Поместить всю трубку в зону нулевой силы тяжести, — ответил Баннинг. — Это немного разрядит обстановку.
— Не понимаю.
— Ты что, никогда не видел всеобщее состояние невесомости? Плохо. Это очень интересно. Человек тренированный может сделать обезьяну из вонючки-ползунка с пистолетом.
Трудно сказать, что больше шокировало Вейна — бунт или то, что капитан способен употреблять такие вульгарные выражения.
— Выше нос, сынок, — подбодрил его Баннинг. — И вы тоже, Клеони. Вы выглядите, как остатки еды в вулканизаторе.
Короткий толчок. Угловые двигатели выбросили химические пары и прекратили вращение корабля. На мгновение астроэкран сошел с ума, все еще компенсируя прекратившееся вращение, потом изображение созвездий вновь стало четким и привычным.
— О'кей, — сказал Баннинг. — Нам нужно действовать быстро. Тетсуо, пойдешь со мной. Чарли, Клеони, охраняйте мостик. Заприте за нами дверь и не открывайте ее никому, чей голос покажется вам недостаточно музыкальным. Если появятся наши мальчики, скажите им, чтобы подождали здесь.
— Куда вы пойдете? — слабым голосом спросила девушка.
— Да нужно тут кое-кого прибить, — с напускной веселостью ответил ей капитан.
Он медленно выплыл из двери. «Низ» и «верх» превратились в ничего не значащие понятия; коридоры, комнаты и лестницы, казалось, перепутались. По коже Баннинга забегали мурашки при мысли о том, что за одним из поворотов могут ждать вооруженные люди. Стояла полная тишина, и от этого его нервы были напряжены до предела. Он подтянулся, ухватившись за перила и быстро переставляя руки, и дверь за ним закрылась.
Камбуз находился на палубе «Б», как раз «над» помещениями пассажиров. Когда Баннинг заглянул туда, непривязанный чайник подплыл и стукнул его по голове. На полке лежал обычный набор ножей. Капитан заткнул несколько штук за пояс; два самых длинных он и Токугава оставили в руках.
— Теперь я уже не чувствую себя, как голый, — заметил он.
— Что дальше? — прошептал помощник.
— Если наших парней держат в плену, то, вероятно, в какой-нибудь из их кают. Давай-ка попробуем….
Каюты, где размещались космонавты, находились на этой палубе. Космонавтам не требовалась полная, земного образца, гравитация, которую обеспечивали для пассажиров на палубе «А». С необходимой осторожностью Баннинг двинулся к той части корабля, которую всегда называл про себя баком.
Особая осторожность была не так уж и нужна. Андреев ждал с пистолетом
Баннинг подтянулся.
Андреев был раздражен и плохо владел собой. Он оглянулся, увидел появившегося капитана, закричал, почти бессознательно поднял пистолет и выстрелил. Цель была почти перед ним, но он промазал. Он не мог не промазать при такой отдаче, которая заставила его отлететь к стене и ударила об нее.
Но он не успокоился. Отскочив от стены, он устремился к потолку. Баннинг усмехнулся, оттолкнувшись от двери, изменил курс и поплыл к Андрееву. Тот выстрелил снова. В узком проходе выстрел прозвучал, как взрыв бомбы. Пуля разорвала Баннингу рукав. Отдача отбросила Андреева к потолку. Не успел он восстановить равновесие, как капитан уже вонзил в него нож.
Токугава увернулся от потока крови.
— Зачем вы это сделали? — выдавил он.
— Тьедженс и О'Фаррел, — ответил Баннинг. Хищный блеск исчез из его глаз, и он прибавил уже обычным голосом: — Давай-ка откроем эту дверь.
Они забарабанили по двери кулаками. Тонкий металл гнулся под ударами, но держался стойко.
— Отойдите в сторону! — крикнул Токугава. — Я разнесу замок из пистолета, ключа не могу найти, времени нет…
Он поймал плывущий в воздухе пистолет Андреева, приложил дуло к замку и выстрелил. Его тоже отшвырнуло отдачей, но он был готов к этому.
Люк Девон распахнул дверь. Инженер был настолько бледен, что Баннинг изумился: он даже не представлял себе, что лицо может быть такого цвета. За Люком сгрудились остальные: Нельсон, Бахадур, Кастро, Владимирович. Поместить пятерых человек в такой тесноте уже само по себе означало деморализовать их.
Все пленники заговорили разом.
— Заткнитесь! — рявкнул капитан. — У нас много работы!
— Кто еще? — требовательно спросил Девон. — Джентри убил Тьедженса и захватил меня в плен… всех нас запихал сюда с помощью Андреева… но с кем еще нужно драться?
— Джентри и Гомез, — ответил Баннинг. — Фалькен отправился на корм собакам. Мы еще держим мостик, и нас теперь большинство, но в их руках аппаратная и все пистолеты, кроме одного. — Он протянул им ножи. — Давайте-ка выбираться отсюда. Мы наделали достаточно шуму, чтобы разбудить старых марсиан. Я не хочу, чтобы появился Джентри по горячим следам.
Мужчины устремились за ним, когда он нырнул в проем другой лестницы, ведущей к внутренней части корабля. Он хотел поставить охрану возле гироскопов и системы жизнеобеспечения. Но не успел он отдать распоряжения, как послышался сухой треск автоматной очереди.
Он вцепился в перила и так резко остановился, что едва не содрал кожу на ладонях.
— Вот что, — очень тихо сказал он. — Это может доноситься только со стороны мостика.
«Если я смог открыть дверь выстрелом, то Джентри, я думаю, тоже сумеет».