Торлор
Шрифт:
– Это просто восхитительное приспособление - продолжал липким шепотом толстяк. Небольшая доза отвара Покаты и жертва погружается в сон, после на нее одевается это приспособление, и ...
Чуу-ур непроизвольно отшатнулся назад, когда тень сгорбленного человека решила обойти стол и встать с другой стороны. Обглоданные кости, куски кожи и части сухожилий были разбросаны по столу, левой ноги не было до пояса, только остатки незаконченной трапезы лежали на мокром от жира столе.
– Так вот - продолжил управляющий. Вся нижняя часть жертвы вариться, не причиняя верхней части никакого вреда,
– Да, я понимаю - прошептал в ответ Чуу-ур, пытаясь под плотной маской разглядеть истязателя.
– Что будет дальше - спросил он у прерывисто дышащего толстяка явно получавшего удовольствие от происходящего.
– Дальше вторая нога, потом он начнет есть ее внутренности, но это уже не растянешь так на долго, тут уже пояс не будет действовать. Поэтому все будет быстро, потом он вскроет, у еще живой жертвы, грудную клетку и насладиться вкусом бьющегося сердца. Тут уже все стандартно. Закончил управляющий горячим шепотом.
– И часто у вас такое происходит?
– ярость, заполняющая Чуу-ура жгучим ручейком, грозила выплеснуться. Голос его стал значительно ниже и отдавал странным эхом.
Управляющий, расценив изменения в интонации нового клиента полученным удовлетворением от увиденного, радостно зашептал.
– Конечно часто, не успеваем находить материал. Клиенту нужны только подростки женского пола, однажды мы приготовили ему, таким образом, совсем юного мальчика, так он снес ему голову одним ударом ладони, и пообещал, что поступит так и с тем, кто перепутал пол жертвы. Скандал удалось замять, и наладить поставки подходящего товара.
Тем временем, истязатель принялся за вторую ногу, начав с пальцев, отламывая по одному, он противно их обсасывал, смотря в глаза жертвы. Снова крик девочки поразил Чуу-ура, словно она чувствовала, как ее плоть рвется и пережевывается челюстями стоявшего перед ней человека в маске.
– Она же не должна ничего чувствовать - поразился Чуу-ур.
– Вот это то и самое удивительное, пояс дает пережить и почувствовать жертве все, что происходит со сваренной частью, в несколько раз сильнее, словно она жива. И это, повторюсь, может длиться сколь угодно долго, не давая жертве умереть. С этой девочкой все будет быстро - толстяк сожалеющее вздохнул - клиент куда-то торопиться.
– Просто поразительно, то что вы делаете - Чуу-ур повернулся к управляющему - у меня только один вопрос.
– Конечно, с радостью отвечу - управляющий немного отшатнулся от Чуу-ура - из за блеснувших в темноте нечеловеческих глаз.
– Уважаемый столь искушен в исполнении желаний - начал издалека Джек - возможно что вам известно ..
Еще один крик пронзительно резанул по барабанным перепонкам.
– Я весь во внимании - толстяк даже напрягся, изогнув странно шею, словно чтобы лучше слышать.
– Так вот, я хотел бы знать, где спит бог?
Непонимание отразилось на лице управляющего,
– Где-то внизу - с сомнением высказал он свою версию.
– Что внизу я уже выяснил, а где внизу?
– Понятия не имею - толстяк даже поднял вверх обе свои руки, всем своим видом, подтверждая нелепость вопроса.
– Неверный ответ - нож неизвестно как очутившийся в правой руке Чуу-ура вошел в основание подбородка толстяка, перебивая связки.
Тепло управляющего, частично поглощаемое ножом, заструилось по руке, разливаясь по всему телу. Глаза лерка бездушно смотрели на высохшее, тело управляющего, ставшее как будто легче в несколько раз. Поглощенная энергия требовала выхода, Чуу-ур стремительной тенью метнулся в обратную сторону коридора, на ходу сдергивая лепесток с плеча. Никаких мыслей или раздумий как все может закончиться, в его голове не было, ярость вырвалась, наружу заставляя мыслить простыми категориями. Хороший - плохой, живой - мертвый. Вынесенный подсознанием вердикт, воплощался в поступках затронувшего звериный полог, человека. Найти и разорвать, стальной клык в этом поможет, Чуу-ур отпустил свое сознание, сливаясь с яростью хищника выискивающего в лабиринте ходов свои жертвы.
Ему пришлось вернуться обратно, этот ход никуда не вел, так как служил только для скрытого наблюдения за происходящим в комнатах. Первыми пали наглатвашиеся какой-то дряни четверо. Потом еще двое абсолютно голых человека, и еще и еще. Чуу-ур шел от двери к двери, и вершил свое правосудие с помощью клинка и ножа, используемого, когда жертвы были явно перенакачены силой. Поглощать их тепло оказалось приятно, разогретые мышцы отзывались легкой немотой, когда свежая порция врывалась в его татуированную ладонь. Остановился Чуу-ур только у стола с растерзанным телом ребенка, как и говорил толстяк, грудная клетка девочки была вскрыта и часть сердца с отпечатками зубов истязателя лежала рядом со столом. Никого в комнате не было, и Чуу-ур пройдя по периметру стен, обнаружил небольшую запертую дверцу. Выбив ее, он, протискиваясь по длинному узкому ходу, оказался за пределами четвертого дома, как раз у его забора.
Тщетно пытаясь разглядеть следы ушедшего человека в маске, Чуу-ур как ищейка расширяющимися кругами осматривал метр за метром прилегающую территорию. Полог лерка спал, ярость и злость ушла, оставив непонятное чувство незавершенности и тщетности содеянного. Настала пора самосохранению взять верх над гневом. Затерев брызги крови грязью и кое как, приведя себя в порядок, он двинулся в сторону ворот четвертого дома, чтобы от туда попытаться добраться до казарм нейтер, по уже раз пройденному маршруту.
– Эй, стой - окрик, словно щелкнувший бич, непроизвольно заставил Чуу-ура положить руку на рукоять лепестка - кто ты и что тут делаешь?
Отряд из пяти нейтер с расчетливыми цепкими взглядами выглядел настораживающее опасным.
– Магариш, отряда сафира Ритиха, жду своего товарища, что должен скоро выйти.
– Имя?
– резко произнес не терпящий ослушания голос, так что Джек даже не успел понять, кто из пятерки его спрашивает.
– Фольран Чуу-ур - медленно, словно сожалея о сказанном, выдал он.