То, что стоит сохранить
Шрифт:
Странно, сколько всего вы можете увидеть, стоит посмотреть на это под другим углом. Должно быть, так я не смотрел, ну скажем дня три, но сейчас я все понимаю. Когда зажглись вечерние огни города, мы возвращались обратно на станцию теми самыми улицами, которые я считал домом на протяжении всей моей жизни и теперь смотрел на это совершенно другими глазами.
Откинувшись на спинку кресла, я радовался возвращению в машину и получению звонков. Кресло, рядом с моим, пустовало, так как на него ещё никто не садился. Парни даже зашли так
Это помогало нам справиться с потерей. Я, может, и его лучший друг, но Логан занимал особое место в этой пожарной машине, и так будет всегда. Часть его осталась в каждом из нас, каким-то таинственным способом.
Он научил Дэнни быть надежным. Плохо, что он не рассказал ему о рекомендациях по технике безопасности, но Логан научил его никогда не сдаваться, не отвлекаться и всегда быть готовым.
Не знаю, чему он научил Акса. Может быть, немного научил этого зануду понимать юмор. То же относится и к Кейси.
И меня, ну, он научил меня, что в огне, всегда нужно думать, быть бесстрашным, но не отключать мозги.
***
– Ты обычно не решаешь, как умрешь, но ты можешь решить, как тебе жить.
Все четверо собравшихся парней повернулись и ошеломленно посмотрели на Акса.
– Это слишком изысканно для тебя, – посмотрев на всех нас и рассмеявшись, сказал Дэнни, а потом схватился за голову из-за боли. Чтобы привести его в порядок, Дэнни наложили тринадцать швов, но час спустя он вернулся на работу. Снова. Надежный.
– Эй... я могу быть изысканным, – Акс снова набил рот хлопьями.
– Нет. Нет, не можешь, – Дэнни улыбнулся, постучав пальцем по брови и скосил глаза на Акса. – Ты ешь шоколадные шарики на завтрак.
– Ну и?
– Ты – ребенок, – сказал Кейси.
– Какой есть, – мы с Дэнни посмотрели друг на друга, когда атмосфера накалилась... снова. – И я не собираюсь за это извиняться.
– И поэтому никто в машине не воспринимает тебя серьезно, – кто-то начал удивляться, что заставило Кейси поступить так чертовски бесчувственно. Никто не знал. Даже Кари. Но с ней он совершенно другой. Рядом с ней он спокойный и нежный, это она нахальная.
Акс спокойно поднялся и подошел к раковине. Звук удара посуды о дно раковины заставил всех посмотреть на него.
– Ты можешь думать, что я ребенок, Кейси... и что ты не воспринимаешь меня серьезно, но, думаю, у меня тоже есть такое право. И пошел ты. Пока ты все не потерял, ты не брался анализировать мои поступки и судить меня.
Кейси ничего не сказал.
Я не сомневался, что Акс изменил бы все, если бы мог.
Но это заставило меня подумать и понять боль других. Боль, которую причинил я.
Напоминание об этом, толкает меня к проблеме с Обри и всему остальному, что только усиливает боль.
Когда вмешивается смерть, жизнь меняется. У вас появляются совершенно другие приоритеты. Не прошло и дня, чтобы я не хотел вернуться в тот огонь и сделать все по-другому.
Но также я понял, что некоторые вещи я начал замечать только после его смерти. Например, во что превратилась моя жизнь. Я понял, ради чего живу, ради сохранения чего так тяжело работал, и что я потерял.
Мы были храбрыми. Мы делали то, чего другие бы не сделали. Верили в то, во что другие бы не стали. По большей части, я не верил в себя, но теперь вижу, что делал для себя, как для личности и для своей личной жизни.
Глава 22
Задний ход
Бригада 1 – команде, мы везем его.
Четверг, 20 декабря 2012 года
Обри
После работы я сделала нечто невообразимое.
Рождественский шоппинг в торговом центре Нортгейт.
И если я думала, что арест за преследование был бы унизительным, то арест за избиение леди сумочкой по голове из-за последней куклы Рапунцель для Грейси был бы, наверное, ещё более унизительным.
К счастью, я спаслась, зашла за китайской едой, а потом поехала домой к Джейсу и детям. Грейси сразу же захотела узнать, что я ей привезла.
И она визжала от восторга, прижав ладони к щекам и указывая на елку, которую они с Джейсом поставили, пока меня не было.
– Я буду лежать прямо здесь, под этой елкой, пока не придет Санта.
Мы с Джейсом рассмеялись, она была такой милой и взволнованной.
Я немного побаивалась Рождества. Каждый сочельник мы праздновали с Логаном и Брук в доме ее родителей.
Очевидно, что в этом году все будет по-другому. По многим причинам.
Когда мы уложили детей, Джейс пришел ко мне в гостиную, полностью освещенную новыми гирляндами рождественской елки.
Он встал передо мной на колени.
– Поговори со мной, милая. Просто поговори, – Джейс никогда прежде так не смотрел. Такой взгляд для настолько сдержанного человека, как Джейс, казался вынужденным, но это было не так. Он был искренним. И вскоре слезы катились по нашим щекам. – Не оставляй меня.
Когда вы, наконец-то, послушаете, когда вы, наконец-то, услышите, тогда, наконец-то, боль уйдет.
Когда что-то загорается, его температура увеличивается. Это называется температура вспышки. Температура вспышки Джейса?
Нет. Моя.
– Знаю, этот парень – часть тебя... но ты потерял его.
Мои руки вздрогнули в желании прикоснуться нему. Он был так похож на парня, в которого я влюбилась.
Отведя взгляд, Джейс посмотрел на мои ладони.
– Иногда мне больно смотреть на тебя, – он сглотнул, вынужденно моргнул, а потом снова встретился со мной взглядом.