Тьма
Шрифт:
— Что может оказаться нелишним, — добавил Лофтус, — принимая во внимание, сколь сомнительны наши перспективы в отношении набора новых рекрутов, тогда как у Таглиоса с солдатами проблем не предвидится. Сколько надо, столько и призовут.
На севере росло числи желающих, чтобы Таглиос делал вид, будто все идет так, как и затевалось. Мы явились сюда, собираясь отправиться в Хатовар. Теперь этому ничто не препятствовало. Возможно, ежели таглианцы перестанут выпендриваться, мы утратим интерес к ним и действительно уберемся восвояси.
Пока я
— Ох и громадины! — сказал я. Некоторые из них достигали в длину пятнадцати футов, имея по четыре дюйма в диаметре.
— Штуковина здоровенные, и весьма действенные, — сказал Клет. — И лупят туда, куда прицелишься. Чего мы добивались, так это увеличения скорости и точности. Ну и, ясное дело, того, чтобы при попадании раздавался гром. Ведьмак, покажи.
Ведьмак взял двенадцатифутовый шест, размеченный красными полосками, вставил его в зажим, нацелился куда-то в пространство и зафиксировал зажатым в этом положении.
— Видишь вот тот валун внизу? Он здорово смахивает на шляпу Одноглазого.
Он взвел сложный пружинный зарядный механизм. Мне этот валун вовсе не напоминал шляпу Одноглазого. Он находился в добрых четырехстах ярдах ниже по склону, и наши солдаты, пользуясь обычными шестами, выпустили не менее дюжины шаров, прежде чем один из них чуток опалил валуну бок.
— Обычная история. Ежели случайно во что-нибудь и попадешь, то толку от этого все равно мало. Разве что в человека, его хоть обожжешь. А вот наша игрушка… Давай, Ведьмак, — сказал я.
Ведьмак дал. Послышался треск — вроде как шипит бекон на сковородке. Ярко-оранжевый шар понесся к валуну с такой скоростью, что я едва смог за ним проследить, и угодил в самый его центр; из чертова камня вырвался такой сноп пламени, что мне стало жарко, несмотря на приличное расстояние.
А потом шар выскочил с другой стороны валуна, точно выдавленный прыщ.
— Ох ты! — охнул я. — Чтоб мне сдохнуть! Да ведь в этом хреновом каменюке было не менее десяти футов!
— Трехдюймовый шар способен прожечь слой камня футов в пятнадцать, — пояснил Клет. — Я имею в виду те скальные породы, которые встречаются в здешних краях. Ведьмак, видишь тот серебряный знак, что похож на руку Судьбы? Вделанный в стену? — Он указал рукой на Вершину, где были запечатлены тысячи знаков. Я не понял, какой он имел в виду. Не понял этого и Ведьмак.
— Самая верхняя строка. Ее середина. Знак, похожий на флагшток с двумя флажками, справа вон от того трезубца.
— Усек.
Я тоже приметил этот символ.
— Лупани-ка туда.
— Вы часом не спятили? — вмешался я. — Это ж более трех тысяч ярдов. Ближе к четырем. Ему повезет, если он попадет в стену.
— Готов, — доложил Ведьмак.
— Огонь!
Зашипел поджариваемый бекон.
— Ну и ну! — только и сказал я. Тай Дэй с дядюшкой Доем молча переглянулись. Не нужно было вникать в технические тонкости, чтобы оценить открывавшиеся боевые возможности.
— По нашим прикидкам, — пояснил Клет, — шар может пролететь не меньше четырнадцати миль, прежде чем он начнет терять энергию. К тому времени он уже не будет годиться ни на что, кроме уничтожения Теней. — Он погладил шест, которым воспользовался Ведьмак. — Это наш эталон, опытный экземпляр. По его образцу следует отладить и другие. Для того-то мы сюда и притащились.
Ведьмак и Масло вынули шест из зажима и заменили его на новый, еще не размеченный. Ведьмак отвернул на пол-оборота черный набалдашник, и в сторону отошла полоска, похожая на пустой поднос. Двое парней из мастерской Госпожи уложили на поднос кучку какой-то дряни, похожей на горшечную глину, а сверху еще и большой черный шар.
Ведьмак убрал выдвижной поднос на место, подкрутил спусковой механизм и спросил:
— Эй, механики! Все сделано как надо?
Братья принялись что-то подправлять, подстукивать и подкручивать. Затем они присели на корточки и заспорили. Затем все уставились в сторону Вершины.
Затрещал бекон. Оранжевый шар устремился в воздух. Пролетев с тысячу ярдов, он стал отклоняться влево, а потом и вниз. Чуть не долетев до стены, шар ударился оземь, вызвав вспышку пламени, не унимавшегося секунд пятнадцать. В воздух взлетели комки земли и осколки камня.
Все семеро наблюдателей склонились над какой-то схемой и, без конца пререкаясь, принялись делать в ней пометки. Затем они вновь выдвинули наружу поднос и стали глазеть в отверстие. Затем снова взялись чиркать на схеме. В конце концов, шест передали мастеру с каким-то диковинными инструментами, чтобы тот обработал эту штуковину изнутри. Братья перешли к следующему шесту: их помощники уже установили для проверки целую дюжину. Некоторые шесты поражали цель с первой попытки, другие мазали, и их приходилось доводить до ума. Худший из них забраковали — с ним не стоило возиться. Впрочем, он вполне мог сгодиться для не требующей меткости охоты на Теней.
На проверенные шесты наносилась разметка, указывающая на их боевые возможности, и какие-то таинственные загогулины.
— А знаешь, — как бы между делом заметил как правило немногословный Масло, когда мы устроили-таки перерыв, — Госпожа и впрямь вернула прежнюю мощь.
Почти никто не подозревал об этом. А подозревавшие не хотели в это верить.
— Сколько этих хреновин вы собираетесь испытать? — Мои ребята побросали работу и отирались вокруг, глазея на представление, словно детишки на ярмарке.