Чтение онлайн

–  Мммда. Понимаю. Не учёл. Всё- таки - цивильный… Ладно… Поешь, потом пойдём, кое- что покажу.

–  А тренинг?

–  С таким настроением? Нет. Отложим. Ешь!

–  Не хочется.

–  Это потом не захочется. Давай.

Показанные записи расправ террористов леденили кровь. Не случайно они так и не были показаны «широкой общественности».

–  А вот это - убивают жену нашего майора. Видел, какой он теперь. Нет! Не отворачиваться! А вот это… О, чёрт! Ну-ка быстро быстро из кунга!

Бедный юноша, давясь дурнотой, всё же успел вырваться на свежий воздух.

–  Пойдём

смотреть дальше?
– спросил полковник, когда Максиму полегчало.

–  Да. Нет… Я всё понял. Кто он?

–  Пойдём, покажу.

–  Нет! не хочу!!! Я к себе.

Максим устроился в своём кунге, выключил свет и решил заснуть. Не удалось. В сознании стояли увиденные жертвы. Только теперь - их глаза. Полные ужаса, предсмертной тоски и обращённой в камеру немой мольбы о помощи. Максиму казалось, что эти молоденькие, немного старше его ребята и эти женщины кричали в камеру именно ему: «Спаси!». Нет, не так. Уже и не кричали. Уже поняли и укоряли: «Где же ты был тогда?». А где я был? Судя по титрам, купался с шахом! Миллиарды некоторым уродам зарабатывал! Потрясённый увиденным парнишка уже не вспоминал, каким способом кинули его с этим шейхом. Он уже винил только себя и теперь от жалости к погибшим и от стыда разревелся. Да, он был ещё мальчишка. Не испорченный всеобщим цинизмом, наделённый светлой способностью сопереживания мальчик. Способностью воспринимать чужое горе, может, более остро, чем собственное. Он всё же уснул, и ночью ему снились какие-то жуткие сны.

Утром он долго сидел на ступеньке лесенки, ведущей в кунг, заряжаясь восходящим зимним солнцем. Да, зима вступала в свои права.

–  Ну, как ты?
– подошёл звать Максима на завтрак полковник.

–  Юрий Владимирович, вы простите меня. Я готов.

Они шли по свежему снегу, мимо дико теперь смотрящихся на белом фоне по-летнему закамуфлированных автомобилей.

–  Да чего там. Ты просто не мог знать всего. И имей в виду. После ликвидации тогда Ифрита, его, как мы говорили «здешний дублёр» вышел на связь только один раз. Тогда, в храме. Сейчас, если мы… ты… в общем, если порешаем с Феррой, то здешнему придётся…

–  Как вы сказали его зовут?
– насторожился Максим.

–  Ферра. А что?

–  Какое-то глупое знакомое имя.

–  Не знаю. Не задумывался. Не об этом сейчас.

–  Да, конечно. Сегодня поедем?

–  Давай, набирайся сил, - кивнул спецназовец на принесенный завтрак.

–  Уже набрался!

–  Ну, подумай о других. Обо мне, например, - предложил полковник, придвигая к себе тарелку.

Максим согласился и взялся за забытое на «гражданке» какао.

И, конечно, сегодня он сделал это. Даже не так, как виделось ещё вчера - не разнёс в горячую пыль Ферру и его убежище. Столь мощный импульс мог быть засечен другими союзничками в борьбе с терроризмом. Поэтому посланный Максимом импульс был как смертельный яд - минимален, но мучителен.

–  Всё!
– сообщил мститель спецназовцу, принимая в той же кабинке одежду.

–  Удалось? Но…

–  Всё. И все. Он не один там был. И знаете где?

–  Догадываюсь. Но… честно - «всё»? Просто я ожидал чего-то… ну…

–  Я только что

убил четверых человек. Вам надо ещё праздничный салют? Или торнадо на их голову? Я бы мог! Отсюда! А завтра бы все СМИ расписали про такой удар с этой антенны!

–  Прости старого дурака! Не подумал!

–  Да ладно вам, - тут же смягчился Максим, садясь в машину.
– Кроме Ферры там было ещё трое. Приближённых. В общем - все. Тут уже скрыть не удастся. Услышим.

–  Вы это… серьёзно?
– подал вдруг голос их молчаливый мрачный попутчик - майор.

–  Я думаю, мы это сегодня-завтра узнаем в новостях, - повернулся к майору с переднего сидения Максим.
– Там тоже солидная приёмная станция и довольно много персонала.

Он ошибся. В смысле сроков. Информация о случившемся просачивалась медленно, - афишировать себя союзнички не хотели. А здесь ещё заторопилось начальство - больше никаких отсрочек в проведении спецоперации не допускало. Только и успел Максим повисеть вечером на парашютных лямках, запоминая некоторые правила управления крылом.

–  Не ахти, - тяжело вздохнул полковник.
– Нет, для начинающего неплохо, неплохо, но пару прыжков днём на полянку не помешало бы. Ладно. Придётся вдвоём. Тоже опасно - в горах ноги поломаем…

–  Юрий Владимирович, - заглянул в глаза спецназовцу юноша - со мной ничего не случится. Я очень хорошо усвоил Ваш тренаж. Правда?

–  Правда-то правда. А! Приходится верить. Только вот если на скорости под землю уйдёшь, ты там надолго не застревай, хорошо?
– уже пошутил Юрий Владимирович.

–  Хорошо - хорошо. Я бегом наверх, - в тон ему пообещал парень.

На следующий день группа подгоняла амуницию. Здоровые мужики удивлённо косились на наблюдателя «оттуда». Но длительная дрессировка сказалась - никаких вопросов или замечаний. Словно и не было постороннего. Тем более, судя по ожогу - свой, тёртый.

О районе высадки сообщили в общем - только для учёта ландшафта при приземлении. Задачу тоже не детализировали - всё на месте. А в общем - и говорить не о чем. Не ромашки собирать. Днём пошли отсыпаться.

Уже вечером, перед поездкой к аэродрому Максим не выдержал- таки, позвонил Тоне.

–  Пропажа объявилась!
– вроде как искренне обрадовалась девушка.
– Ты где обретаешься? И если не найдёшь убедительного алиби - пеняй на себя.

–  Улетаю на одно задание…

–  Мог бы и заглянуть. Не такое оно у тебя, чтобы… Я вот и тогда весь день и вечер ждала. А ты, оказывается - у Танькиной журналистки…

–  Но… Ждала? Где это, интересно было бы знать?
– начал заводится Максим.

–  Как где? Дома конечно!

–  Вручка!
– соединил два слова в одно Максим и со злостью шваркнул сотовиком о землю. Всё! Завязано! Не знает, кому врёт! Он сел в затянутый брезентом кузов к остальной группе.

Самолёт был удивительным творением нынешних конструкторов. Да и не только их. Всё же создателем следует считать и тех, чьими руками все эти чудеса воплощены в реальность. Большое количество углов не уменьшало ощущения стремительности, напряжённости. Максиму вспомнились кадры крадущегося перед рывком леопарда. Красавец. Но красавец же!
– не удержался Максим и погладил край чёрного крыла.