Титан
Шрифт:
– Не делай ошибок, не навлечешь гнев богов на свою голову. Греки знали, что говорили.
– Но его судьба связана с моей. Он часть моего сознания, так что по вашему определению, я ненормальная. Это уничтожит всех нас, очевидно, добро и зло ходят рядом.
Он вел себя как нельзя лучше, пока на орбите не появились вы. Я планировала войти с вами в контакт за несколько дней до того, как вы очутились здесь. Я намеревалась захватить вас на внешней стороне Геи. Уверяю вас, я могла сделать это очень деликатно, не разбив ни одного стекла.
Океан использовал
Я решила отказаться от этой затеи. Не вступив со мной в контакт, вы могли, наверняка, неверно истолковать мое намерение.
Но Океан захотел заполучить вас для себя.
Битва бушевала под поверхностью Океана и Гипериона. Она происходила в огромном трубопроводе, поставлявшем питательное вещество известное под названием молоко Геи.
Каждый человеческий пленники был заключен в капсулу из защитного желе на то время, пока решалась их судьба. Их метаболические процессы были замедлены. В медицинском понятии они находились в коматозном состоянии, они не воспринимали окружающего.
Оружием в этой войне были насосы, перекачивающие через подземный мир питательные вещества и смазочно-охлаждающую эмульсию. Обоими участниками сражения создавались огромные перепады в давлении, в результате чего в одном месте в Мнемозине вырвался наружу гейзер молока, струя била на сотню метров в высоту, падая на песок, молоко образовывало недолговечные ручьи.
Сражение продолжалось больше года. В конце концов Океан понял, что он проигрывает. Под ошеломляющим давлением, которое создала Гея со стороны Япета, Кроноса и Мнемозины, победа начала уплывать к Гипериону.
Океан изменил свою тактику. Он проник в сознание своих пленников и разбудил их.
– Я все время боялась этого, – сказала Гея. – Он установил связь с вашим мозгом. Мне необходимо было нарушить эту связь. Я использовала тактику, которую, я думаю, вам не понять. В процессе этого я потеряла одного из вас. Когда я вернула его назад, он был уже изменен.
Океан старался уничтожить вас до того, как я захвачу вас, но он стремился уничтожить не тело, а мозг. Это было бы совершенно не трудно. Он затопил вас информацией. В одного из вас он внедрил речь посредством свиста, еще в двоих – песни титанид. Меня изумляет, что все вы остались в здравом уме.
– Не все, – сказала Сирокко.
– Да, не все. Я глубоко сожалею об этом. Я попытаюсь каким-либо образом исправить это.
Пока Сирокко размышляла, каким образом Гея собирается сделать это, заговорила Габи.
– Я вспоминаю, как поднималась по огромной лестнице, – сказала она. – Я прошла через золотые ворота и стала у ног богини. Потом, через несколько часов, создалось впечатление, что я снова на этом же месте. Можешь ты объяснить это?
– Я разговаривала с каждым из вас, – сказала Гея. – В
– Я совершенно не могу этого вспомнить, – сказала Сирокко.
– Ты забыла это. Твой друг Билл пошел дальше, он потерял большую часть своей памяти.
Обращаясь с вами через Гиперион, я решила, что мне следует сделать. Август слишком прониклась культурой и обычаями ангелов. Пытаться вернуть ее в прежнее состояние – означает уничтожить ее. Я перенесла ее в спицу и позволила ей положиться на судьбу.
Джин повредился рассудком. Я перенесла его в Рею, надеясь, что он останется изолированным от всех остальных. Мне следовало уничтожить его.
– Нет, – вздохнула Сирокко. – Я оставила его в живых, когда тоже надо было убить его.
– Мне легче от своих слов, – сказала Гея. – Что касается остальных вас, то необходимо было как можно быстрее вернуть вас в сознательное состояние. У меня даже не было времени собрать вас вместе. Я надеялась, что вы придете сюда, и во время. Вы так и сделали. И теперь вы можете вернуться домой.
Сирокко бросила на нее быстрый взгляд.
– Да, спасательный корабль здесь. Им командует капитан Уолли Свенсен, и…
– Уолли! – одновременно выкрикнули Габи и Сирокко.
– Он ваш друг? Вы скоро увидитесь с ним. Твой друг Билл уже на протяжении двух недель беседует с ним.
Гея выглядела смущенной, и когда она заговорила опять, в голосе ее сквозило раздражение. – И на самом деле, это нечто большее, чем просто спасательная миссия.
– Я полагаю, что это возможно.
– Да, ты права. Капитан Свенсен снаряжен на войну со мной. У него с собой много водородных бомб, и его присутствие здесь действует мне на нервы. Это имеет отношение к тому, о чем я хотела попросить тебя. Могла бы ты уладить это? Ты ведь знаешь, что я несу угрозы Земле.
Сирокко на мгновение заколебалась, причиной был смущенный вид Геи.
– Хорошо, я думаю смогу сделать это незамедлительно.
– Большое спасибо. В действительности он не сказал, что собирается бомбить меня, и когда он узнал, что здесь находятся уцелевшие после катастрофы «Властелина Колец», эта перспектива стала более отдаленной. Разведчики с корабля строят лагерь около города титанид. Ты можешь объяснить Свенсену что случилось, так как я не уверена, что он мне поверит?
Сирокко кивнула в ответ и довольно продолжительное время молчала, ожидая, что еще скажет Гея. Но та молчала, и Сирокко вынуждена была заговорить сама.
– А как нам поверить, что все это правда?
– Я не могу дать вам никаких гарантий. Я только прошу поверить мне.
Сирокко опять кивнула и встала. Она не хотела, чтобы это выглядело демонстративно, но никто не ожидал этого. Габи казалась смущенной, но тоже поднялась на ноги.
– Было очень интересно, – сказала Сирокко. – Спасибо за угощение.
– Не торопись, – сказала Гея после паузы изумления. – После того, как я верну тебя на обод, у меня не будет возможности поговорить с тобой.