Чтение онлайн

По новостным каналам по-прежнему один за другим сыпались комментарии и предложения.

— Как только пси-поле ослабло, они стали использовать информацию, заложенную у них в генной памяти, — говорил один из ученых биологов, комментируя происходящие с биодронами изменения. — Если Сенат не поторопится, неизвестно, что еще они начнут делать. Ведь мы же ничего не знаем о культуре и обычаях жившей тут расы.

— Нам надо думать, как выстраивать отношения с шитвани не на уровне «хозяин — вещь», а на уровне соседских отношений. Только так мы можем сохранить свои позиции на столь стратегически важном объекте как Тиадар. — вторил ему ученый-социолог. — Сейчас самое важное, не допустить взрывоопасных ситуаций.

— Я считаю, что на Тиадаре необходимо ввести военное положение не дожидаясь открытого

противостояния, — отчеканил в камеру отставной генерал-майор ВКС. — Они не должны почувствовать то, что мы дали слабину. Все равно Сенат не признает их разумной формой жизни из-за вложенных в проекты на Тиадаре денег. Что касается Мериен Грейт, то сейчас самое время ее арестовать, так как она подорвала инфраструктуру планеты так, как не смогли бы сделать и тысячи террористов.

— Стоит помнить, что биодроны это существа, изначально, до отмены проекта, выводившиеся как универсальные боевые единицы, в которых помимо их природных качеств изначально заложены еще и дополнительные способности и умения, искусственно ускорена реакция, проведены усовершенствования мышечной системы. — объяснял представитель «Нантек». — У них и без того неплохой комплекс естественных средств для выживания в экстремальных условиях, но сейчас они еще и улучшены. Мы не возрождали расу, мы вывели ее заново, а это большая разница. Их опасно оставлять без контроля.

Вик уже устал от этих брюзжаний. Он радовался тому, что может выйти на улицу безбоязненно и не шарахаясь от каждого встречного человека. Он не желал думать о политике и о том, что она может принести. Для него это было слишком чуждо и не нужно. Почему люди не умеют просто радоваться новому дню, видеть то, что их окружает, засоряя жизнь бессмысленными вещами? Вик с самого утра сидел на кровати, наблюдая за полетом так и не исчезнувших серебристых огоньков. Правда, больше ни один из них к нему не подлетел. Во время сна ему снились удивительные ландшафты под непривычным голубым небом с белоснежными облаками, светящиеся желтоватым светом кроны деревьев в бледно-синем тумане, непролазные чащи под сенью аквамариновых пальм, между листьями которых пробиваются лучи странного, цвета морской воды солнца.

— Твое место здесь… — шептал идущий отовсюду голос. — Иди ко мне, Вик. Ваше место не среди людей, ваше место рядом с Сердцем…

Он не знал, ни что такое Сердце, ни что за мир он видел во снах. Он проснулся с головной болью и ощущением канувшей в небытие сказки, которая лишь на мгновение коснулась его своими пушистыми крыльями и вновь унеслась куда-то в неизвестные дали страны снов.

Когда он поделился этим с Линой, она пожала плечами и предположила:

— Вероятно, этот мир был таким когда-то… Пока не подошел газовый гигант.

— Но почему тогда солнце не красное? — спросил Вик.

— Ты просишь меня толковать твой сон?

— Нет, я просто интересуюсь. — Вик вдруг заговорщицки подмигнул. — Слушай, а давай сходим в гидропонный сад, тот что за Чистилищем? Он такой большой, там очень красиво… а я в нем никогда не был…

— Можно было бы. — ответила Лина, колдуя над какой-то приставкой к виокрону. — Но сейчас такое время…

— Возможно, у нас больше не будет такого шанса… — расстроено вздохнул Вик. — Кто же знает, что произойдет через пару дней… А сейчас я могу хоть без боязни прогуляться по улице. А потом, я же ни разу не видел настоящие деревья и траву. Хотя, я боюсь, что меня туда не пустят.

— Ну хорошо. — Лина неохотно кивнула. — Давай прогуляемся. Мне, в принципе, тоже не мешало бы развеяться. А что до того, что биодронам туда вход воспрещен, то как мне кажется, это правило сейчас не действует.

Вик давно приглядывался к большому гидропонному саду, закрытому прозрачным пласталевым куполом. Изнутри керамика всегда была покрыта тонким слоем пара, под непробиваемой стеной от дуновений искусственного ветра колыхались зеленые деревья, привезенные с Терры, росла высокая, почти в рост Вика трава и среди выложенных гранитными и известняковыми валунами берегов бежали ручьи. Люди часто прогуливались по гидропонному саду, в особенности по вечерам, перед закатом, и Вику тоже очень хотелось хоть одним глазком взглянуть на живые деревья, цветы и траву. Те крохотные гидропонные площадки, висевшие на антигравитационных

платформах вдоль улиц, где под колпаками росли одинокие кустарники и деревца, к которым вода подавалась посредством натянутых по крышам домов трубам, не привлекали так, как привлекал целый парк, занимавший не много, ни мало, а городской квартал.

Поэтому согласие Лины Вик воспринял с радостью, поспешив одеться и приготовится к прогулке. Готовился он главным образом морально, лишний раз убеждая себя в том, что не стоит реагировать на подначки людей, особенно молодежи, что рядом с ним будет дочь мэра, с которой не все заходят конфликтовать, и что в конце концов, кто знает, может быть через пару дней он сможет подать на своих обидчиков заявление в полицию как полноправный гражданин Тиадара. Однако сейчас, судя по всему, район возле Чистилища был самым безопасным в Аббервиле. Там было много военных, полиции, биодронов и совсем мало простых, гражданских людей. К счастью, ограничивать доступ в гидропонный сад никто не стал и вход туда был свободным даже после всех неприятностей произошедших в городе. Вик с самого начала заметил, что хуже всего в городах людей было не от давящей, неприятной атмосферы постоянного напряжения и страха, а от запаха, который несли с собой искусственные конструкции. Словно металл был вымазан каким-то невидимым зловонным веществом, пропитавшим все и вся. Люди не чувствовали этого, но Вику казалось, что так пахнет вообще все железное, пластиковое или синтетическое. И если запах обработанного камня был еще довольно терпимым, то всевозможные симбионты и сплавы источали такую режущую ноздри вонь, что иногда начинала кружиться голова. В гидропонном саду Вик надеялся скрыться от этих чужеродных испарений, понять и почувствовать, а как все-таки пахнут живые растения и цветы. Почему то он считал, что это очень важно, что без подобной информации он лишен чего-то очень существенного в жизни, а потому давно уже искал способа убедить Лину сводить его в сад. Однако, вход в гидропонную оранжерею биодронам был закрыт, а вот сегодня сработал тот самый шанс, который выпадает лишь однажды в жизни.

Они вышли на улицу когда солнце уже начало клонится к горизонту. Это не значило, что через час — другой наступит вечер, до темноты было еще полтора цикла, однако наползшие от равнин серые тучи становились от лучей солнца мутно-багровыми и картина получалась весьма зловещей.

— Где-то опять извергается криовулкан. — ответила Лина на немой вопрос Вика, рассматривавшего облака. — До нас доходит лишь ледяной пар. К счастью. Эх, а к вечеру похолодает пораньше.

На улицах было тихо и безлюдно, как и в начале цикла. Время от времени проносились полицейские транспорты и ховермобили колониальных войск, однако им не было никакого дела до странной пары, прогуливавшейся по улице. Тишина воцарившаяся над Аббервилом была почти мертвой, прерывавшейся отдаленным гулом, шелестом антигравов проезжающих машин и лишь однажды, ревя магнитотронными ускорителями по улице прополз армейский грузовик, тащивший на себе несколько странных предметов, накрытых зеркальным маскировочным энергощитом. Он обдал Лину и Вика струей горячего воздуха, вырывавшегося из под турбин и свернув на одну из второстепенных трасс направился в сторону Чистилища.

— Что он провез? — спросил немного испугавшийся Вик.

— Не знаю. — Лина взяла его под руку, предлагая идти дальше. — Может быть какие-то элементы баррикад.

— Зачем они… вы… хотите отгородится от нас? — не унимался Вик. — Разве мы представляем опасность? Сомневаюсь, что кто-то из биодронов тронет человека без причины…

— Да, Вик, но проблема в том, что люди сами отыщут эту причину, как мне кажется. По моему, там, наверху, не очень хотят смириться с тем, что вы станете свободными.

— В вашей истории вы всегда пользовались дармовой рабочей силой. Это касается и завоевательных походов, и рабства, и нищенского существования простых рабочих во все времена. — поглядывая вслед уехавшему транспорту сказал Вик. — Я же смотрел ваши учебники по истории. Вы совсем не изменились, выйдя в космос.

— Возможно, даже стали еще хуже. — согласно кивнула Лина. — Это все идеи «Ордена Геллиона» и терранская идеология. Однако, если бы не это, мы бы вовсе не выбились бы в число серьезных межзвездных держав. Просто все имеет свою цену.