Тиадар
Шрифт:
— Вот это очень полезная информация, — отметил Вольц. — Мы этого не знали. Думаю, Штайеру будет интересно узнать то, что его голосовая кодировка исчезла из программы. Грейт могла сделать это намеренно?
— Не знаю… — пожал плечами Рольф. — Я был у нее ассистентом, но это не значит, что она позволяла мне читать свои мысли.
— Понимаю. — Вольц развернулся на кресле к окну и закурив стал наблюдать за восходом черного диска Нефертиса. — А с кем вместе она записывала «приказ смерти»? Не в одиночку же она разработала и записала генетическую программу самоуничтожения. Должен был быть как минимум ксенобиолог, соответствующего класса.
— Не знаю… — помотал головой Рольф.
— Знаете, — жестко заметил Вольц. — И это был Смит Вайерс, не так ли? Отсюда я могу предположить, что и в остальных ответах вы не совсем честны. Почему? Нет, я конечно понимаю, что Мериен Грейт для вас была идеалом… Но, поймите, что сейчас речь идет не только о ней, но и о вас. Вы уже скрыли то, что она работала со Смитом Вайерсом, а об этом мы узнали еще от Штайера. Могу ли я предположить и то, что вы скрыли от нас информацию и о расшифровке генома биодронов?
— Мы делали это по заказу «Нантек». Армия и Орден были ни при чем…
— Ошибаетесь, господин Эммерсон… Орден — это воздух, которым вы дышите, и еда, которую поглощаете, чтобы продлить себе жизнь. Я не прошу рассказывать все. Объясните мне хотя бы приблизительно, что там есть такого, ради чего вы готовы рисковать своей карьерой, карьерой вашей жены… А потом, как я понял, Правление ведь так и не получило отчета от Грейт… Значит исследования она проводила для себя.
Вольц опять повернулся к столу и открыв верхний ящик извлек оттуда небольшой голоскоп. Тонкие усики проекторов раздвинулись в стороны, между ними замигал серый прямоугольник экрана, по которому поползли длинные списки с именами.
— Это списки пассажиров рейсового транспортного глайдера Санвуд — Аббервилл за последние полтора года, — тихо и неторопливо объяснил Вольц. — Здесь шесть раз упоминается ваше имя, и имя Игэна Марша. Он тоже ассистировал Грейт в учебном центре. Уж этого вы не будете отрицать.
Рольф помотал головой.
— Вы ведь встречались с Грейт. Она вам передавала какую-то информацию?
— Нет… — Рольф вдруг вскочил с кресла и его кулак с грохотом опустился на стол перед Вольцом, уронив голоскоп набок. — В чем вы меня обвиняете?! Можете наконец сказать?
— Пока что просто в сокрытии информации, необходимой службам Надчеловеческого Контроля для установления сотрудничества членов общества с незаконной вооруженной группировкой. — Вольц и бровью не повел. — Надеюсь, этого вы отрицать не станете. А что будет дальше, зависит от вас.
Тета-координатор аккуратно поднял голоскоп и поставил на место.
— Думаю, пора перевести наше общение на иной уровень. — Вольц дал знак сигма-координатору. — Гейнц, будь добр, попроси Шпеера, чтобы он подготовил нам комнату для приватных бесед.
Рольф огляделся по сторонам, впервые с того момента как он тут оказался у него появилась возможность сделать это, не отвлекаясь на вопросы Вольца. Раньше он никогда не бывал в резиденциях Ордена и удивился странной, несвойственной обычным зданиям архитектуре. Высокие потолки, колонны, литые гербы Ордена — хищно изогнувшая свои спирали стилизованная галактика с восходившим над ней солнцем… Все это было как-то не по-современному. Веяло какой-то мрачной и древней архаикой. Но Рольф помнил то, чему учили с детства. Все имеет свою цену. Чтобы получить возможность стать одной из передовых
— Вы предполагали, что Орден может вести параллельные изыскания по программе генома биодронов? — поинтересовался Вольц как бы между делом.
— Нет. — здесь Рольф уже ничего не скрывал.
— Мы бы с большим удовольствием побеседовали с Мериен Грейт по некоторым вопросам. Она могла бы оказать Терре неоценимую услугу. Кстати, вы ведь знаете, что она исчезла незадолго до начала бунта биодронов в Аббервиле? Нет идей, где она может находиться?
— Понятия не имею. Если уж вы знаете о наших встречах, то наверняка знаете и о том, что мы обсуждали совершенно иные вопросы, — ответил Рольф.
— Допускаю. Но все равно интересуюсь. На всякий случай. — улыбнулся Вольц. — Скажите, господин Эммерсон, а что вы считаете самой достойной целью для человека?
— Целей может быть много… — пожал плечами Эммерсон. — Древние считали, что нет ничего важнее, чем вырастить сына, посадить дерево и построить дом… Сейчас…
— Сейчас у каждого гражданина должна быть одна цель. Служение своей расе. — закончил фразу Вольц. — Иначе нам нечего делать во вселенной, среди рас, которые следуют единой цели, ставя благополучие общества выше благополучия отдельного его члена. Мы пока еще не тракати, которые могут позволить себе обеспечивать каждого своего гражданина всем, не прикладывая к этому усилий. Эммерсон, не кажется ли вам, что потворствуя сокрытию добытой доктором Грейт информации, вы наносите вред не только себе, но и всей Терре. Доктор Грейт вела исследования с личными целями, забыв о первичном благе — благе для человечества. Какими были ее личные цели? Вы гарантируете то, что они не включали в себя передачу добытой информации инопланетным правительствам?
— Мне кажется, вы сгущаете краски, господин тета-координатор.
— Сгущать краски, наша работа. Лучше переоценить опасность, чем недооценить ее.
Дверь приоткрылась, и в нее заглянул Гейнц.
— Можно спускаться. — сообщил он. — Охрана готова.
— Пройдемте. — Вольц указал Рольфу на дверь. — Только не торопитесь и не делайте резких движений.
Эммерсон и сам уже увидел стоявших за дверью штурмовиков Ордена в устрашающих черных экзоскелетах. Немного поблескивающие маски с находившимся в центре лицевого бронещитка единственным красновато-черным визором уставились на ученого, Рольф заметил, что ручные синхротроны тоже направлены на него.
— Вы боитесь, что я попробую бежать? — с долей сарказма спросил он. — Как вы можете строить новое общество, не доверяя людям, его составляющим?
— Я вам доверял. — заметил Вольц. — Но вы обманули меня. Мы привыкли работать с честными людьми, но не стоит жаловаться, раз вы уже попробовали скрыть от нас что-то.
Учитывая то, что кабинет Вольца находился на втором этаже, лестница, по которой его вели, уходила глубоко под землю. Ответвляющиеся от рекреаций коридоры менялись, с мраморных полов исчезли ковры, со стен картины, двери из золотистого металла сменились темными, небольшими шлюзами, возле которых стояли солдаты в экзоброне. На потолке жужжали волновые пулеметы, а судя по черным аркам, иногда встречавшимся в коридорах, в случае опасности отдельные сектора здания блокировались.