Чтение онлайн

И тут он в ужасе вспомнил такой же холм и такое же яркое солнце, а с холма того виделись деформированные дома, разрушенный мир, изувеченная планета, где только крысы были повсюду. Они выжили и продолжали свой долгий век. Планета крыс. И еще тот стадион... Он снова огляделся. Так, что же лучше – тот остров или этот мир под ногами, и теперь не знал, как ответить на этот вопрос… Табло со счетом 1:0, крысы, а где-то там крошечный островок в далеком прошлом с вулканом посередине… Обреченный остров или обреченный мир! И еще Валери… Валери, где ты???

Он спустился с холма, продолжая думать:

–

Сказка? Мираж? – вспоминал он о ней. Глорис отвлекла его от этих мыслей. По странности, она всегда появлялась в тот момент, когда он думал о Валери. Может быть, и на той горе она находилась рядом, просто он не замечал, но она следовала за ним, как тень, красивая, восхитительная тень, которой он не заслуживал… Впрочем, почему нет?... Вот и сейчас, разыскав его, Глорис торжественно произнесла:

– За эти два месяца, что мы здесь работаем, сделаны десять миллионов двигателей и уже отправлены в разные страны.

– Как все просто! – подумал он.
– Организация, владеющая огромными средствами, всего за два месяца внедрила изобретение, которое перевернет все на этой планете. Воистину, миром правят деньги. Все просто и легко! И за такой короткий срок!

Он замер, подумав, что эти два месяца были для него одним коротким мгновением, потом снова вспомнил о Валери, и подумал, что время это было целой вечностью. И еще понял, как он скучает по ней.

– Все, мы закончили, мы можем возвращаться на остров? – спросил он.

– Все только начинается, - улыбнулась она в ответ.
– Сегодня мы летим в наш головной офис. Там наш штаб.

– 32-

Снова дорога, горы, самолет, долгий стремительный перелет, какой-то город в иллюминаторе мерцает вечерними огоньками, встреча у трапа, машина, потом высокое здание. Они заходят в него - огромный холл, длинный коридор, лифт. Стремительно поднимаются на невероятную высоту, и, уже, кажется, что будут так двигаться вечно. А конца этому восхождению нет. Нет крыши у этого здания, нет остановок только этаж за этажом, и снова вверх. Наконец, какой-то просторный зал. Он похож на центр управления космическими полетами. Сотни людей, ряды столов, компьютеры. На стенах нагромождение экранов. Одни пестрят графиками, биржевыми сводками, другие лентами сообщений, на третьих громко вещают новостные каналы. И еще часы… Большие круглые часы выстроились в строгий ряд на стене, каждый отсчитывая свое время, каждый, свой час. На мгновение показалось, что все время на планете поместилось на этой стене. В зале невероятный шум и гвалт, на этих двоих никто не обращает внимания, и вдруг… тишина... Невероятная тишина, после стремительно перелета, гонки по планете и взлета на этот небесный этаж.

– Мистер Леонид Громов! – торжественно произносит Глорис. Люди поднимаются с мест, и гром аплодисментов раздается со всех сторон. Все напоминает раскаты надвигающейся грозы, невероятной бури или цунами, которые сейчас выбьют огромные окна, потоки мокрого ураганного ветра пронесутся над землей и сметут все на своем пути. Леонид смущен, он не был готов к такому приему. Он никогда не был в подобной ситуации, и сейчас робко стоит у входа в этот зал, переминаясь с ноги на ногу, неуклюже кивая головой. Шквал стремительно пролетел

и так же быстро утих. Снова все занимают свои места, громкие голоса, шум, новостные сводки и снова работа.

– Этот штаб больше, чем наш завод, - удивился Леонид, - зачем все так сложно? – говорит он Глорис, приходя в себя.

– Так и должно быть, скоро вы все поймете, господин Громов, - улыбается она.

– Но зачем? – удивился он.
– Мы главное уже сделали, собрали миллионы двигателей и развезли их по всему миру.

– Остается дело за малым!
– отвечает она.
– Продать!

Потом его внимание сосредотачивается на огромном телевизоре, который свисает с потолка. На экране большого монитора идет передача новостей. Он видит свою фотографию, потом кадры съемок на китайском заводе.

– Когда они успели?
– думает он. А новостная лента продолжает вращаться своим чередом:

– Мистер Громов! Русский ученый и красавица-француженка – его жена!

Он в ужасе замер, увидев фотографии его с какой-то женщиной, а текст за кадром продолжается:

– У них трое детей. Они проводят свой отпуск на Ривьере.

– У меня нет жены! – воскликнул он.

– А эта вас не устраивает? – спросила Глорис. И на экране крупным планом - лицо улыбающейся Валери.

– Жена!... Но, у нас нет детей!

– Ничего, привыкайте! – деловито возразила Глорис, - вам сорок лет, мистер Громов. А значит, у вас есть красавица жена и обязательно должны быть дети. Трое детей! Нам некогда переписывать сценарий!

– Но у нас нет виллы на Ривьере! – восклицает он.

– Уже есть! На Ривьере, домик на Гавайях и небольшой остров в Атлантике.

– И даже собака! – удивился он, глядя на экран.

Снова новостная лента. На экране салоны авто-магазинов, витрины сверкающих автомобилей.

– Двигатели прошли сертификацию, и успешно будут заменяться на автомобилях любой модели. Старые автозаправки больше не нужны. Эти автомобили будут заправляться прямо на ходу обыкновенным воздухом… Вопрос у нашего эксперта!

– Воздух на высоте десяти тысяч метров очень разрежен, как же будут пополнять свое топливо самолеты?

– Самолеты будут заправляться самой обыкновенной водой, но при взлете, посадке и на средних высотах они смогут добирать все тот же воздух прямо из атмосферы. То есть, смогут находиться в полете, пока не закончится их летный ресурс. Появятся летающие отели и офисы… Или небольшие фабрики для тех, кто хочет сэкономить на аренде земли… Шутка…

Глорис, посмотрев на часы, потащила его из этого помещения:

– Поторопимся! У нас пресс-конференция.

Снова они куда-то несутся, снова бесконечные этажи, коридоры, лифты. Потом большой светлый зал в этом же здании. Там их встречают сотни журналистов. Они слепят своими вспышками, спрятаться от которых невозможно. Рядом с ним, за длинным столом, сидит Глорис. Она уверенна и спокойна, с улыбкой заглядывает в линзы объективов и готова к любому вопросу. Леонид на секунду замер и прищурился. Сейчас он почувствовал себя персонажем какого-то мультфильма или, скорее, рекламного клипа, где все мелькает и меняется, а он несется куда-то, перескакивая с кадра на кадр этой стремительной киноленты.