Чтение онлайн

На станции в один из вагонов вскочил представитель командующего бронетанковыми войсками фронта подполковник Захаров.

— Имейте в виду, Крестцы почти через каждый час подвергаются налету авиации противника, — предупредил он.— Передайте остальным.

На улице — мороз градусов под сорок. А ночь лунная, светлая... .

Выгружались спешно и, насколько это было возможно, скрытно. А после разгрузки получили еще роту танков КВ.

26 января танковые батальоны начали марш. Сгущались зимние сумерки. Мороз не отпускал. Тяжело танкистам. Внутри стальных коробок, двигавшихся с приличной

скоростью, зверский холод пробирал до косней. Дорог нет. Сплошной стеной стоит нахохлившийся лес, разрезанный узким извилистым коридором, который отмечен тонким пунктиром на крупномасштабной карте. Летом — проселочная дорога. А сейчас... За каждым танком поднимается снежное облако, оно врывается в открытые люки механика-водителя и командира экипажа.

Проехали несколько больших и малых, почти безлюдных деревень. Избы занесены до самых окон. В двух местах пришлось наскоро соорудить настилы при переходе через маленькие речки.

На рассвете первая колонна танков вышла к реке Ловать.

Командир бригады спрыгнул с танка в глубокий Снег. За ним последовал адъютант, он же командир танка Забара.

— Разыщи-ка начальника штаба,— приказал ему Агафонов.

— Я здесь, товарищ подполковник! — Мачешников стоял за спиной комбрига.

— Ну моро-о-оз! — протянул Агафонов, энергично похлопывая себя по бокам.— Приходится бежать впереди танка.

Да, так и было: бежали по сугробам впереди танков, чтобы согреться. Именно впереди, иначе гари надышишься.

— Александр Тимофеевич,— распорядился подполковник.—Находитесь здесь и встречайте танки. Проверьте, чтобы тщательно замаскировали не только технику, но и следы. В восемь пятнадцать комбатов ко мне. Ефим! — повернулся он к адъютанту.- Принеси, пожалуйста, планшетку с картой, а машину ставь под ель.

Подошли двое в покрытых наледью маскхалатах.

— Товарищ подполковник! Переправа для танков построена,— доложил один из них.

Это был помощник начальника штаба бригады по разведке капитан Горбенко. Рядом с ним стоял начальник инженерной службы бригады воентехник первого ранга Козлов. Они сюда приехали на сутки раньше вместе с представителем командующего бронетанковыми войсками фронта подполковником Захаровым.

Комбриг одобрительно кивнул и, развернув карту, пробежал по ней глазами.

— Находимся против населенного пункта Березицко,— отметил он.— Так, товарищ Горбенко?

— Так точно!

— А кто там сейчас обороняется?

— Седьмая стрелковая дивизия полковника Бедина,— ответил Горбенко.

— С общей обстановкой знакомы?

Капитан понимал: все эти вопросы заданы скорее с целью проверить осведомленность бригадного разведчика, чем пополнить свои сведения об обстановке,— комбриг и без того ее знает. Ответил, однако, четко и обстоятельно:

— В штабе дивизии мне сообщили, что наступление войск фронта началось еще седьмого января. Благодаря внезапности наши войска в течение двух дней продвинулись вперед до пятидесяти километров. Однако Старую Руссу освободить не удалось. А на левом крыле, несмотря на тяжелые условия местности, сильные морозы и глубокие снега, за двенадцать дней наши части продвинулись на сто сорок километров и овладели рядом мощных узлов

вражеской обороны.

— Как ведет себя авиация противника?

— В летную погоду — довольно активно гоняются за каждой машиной. Как только за верхушки деревьев не задевают!..

— В Краскове были? — Комбриг указал на карте населенный пункт.

— Были. Там имеются оставленные какой-то частью землянки. Правда, их надо слегка подремонтировать,— доложил Горбенко.

— Хорошо,—сказал командир бригады,—А теперь давайте посмотрим работу саперов.

Комбриг со своим адъютантом, Горбенко и Козлов по узкой тропе направились к опушке леса, метрах в семидесяти от которой находилась переправа.

Когда подошли к реке, их догнала тридцатьчетверка лейтенанта Соколова. На борту танка стояли комиссар бригады Прованов, начальник штаба Мачешников, помощник комбрига по технической части Тонов и комбаты Иванов и Ложкин.

Ширина реки Ловать в этом месте колеблется между сорока и пятьюдесятью метрами. Поперек ее серой лентой тянется проложенный на двух стальных тросах настил из бревен. На той стороне реки чернеют постройки деревни Березицко.

— Нам ведь, Григорий Васильевич, Ловать не миновать... Может, пропустим пробную машину? — повернулся комбриг к комиссару.

— Пусти Соколова. Пока совсем не рассвело, надо попробовать.

— Тут, товарищ комиссар, самый узкий, но зато и глубокий участок,— заметил Горбенко.

— Ну что ж, вперед? — глянул комбриг на Соколова.— В машине оставьте механика-водителя, остальным двигаться позади танка, на удалении. Сами идите впереди, направляющим.

Танк прошел по настилу с десяток метров, и тут, словно выстрелив, лопнул правый трос. Ломая лед, машина сползла в воду. Люк механика-водителя Федорова был открыт, но внутрь с силой хлынула вода, и он, попытавшись покинуть танк, застрял. Сбросив полушубок, лейтенант бросился на помощь. К счастью, танк не перевернулся, сел на корму. Лейтенанту и механику-водителю помогли выбраться на лед, немедленно поместили их в натопленную машину технической помощи.

— Я готов нырнуть в ледяную воду,— сказал кто-то из саперов.

— Нырнуть? А трос за корму подцепить сможешь?— спросил его Агафонов, и по тому, насколько серьезно прозвучали эти вопросы, солдат понял, что слова насчет троса он может, и даже обязан, рассматривать как приказ.

— Так точно, товарищ подполковник, могу!

Парень быстро разделся, обвязался страховочным фалом и прыгнул в воду. Четыре раза нырял и наконец заарканил крюк тяжелым танковым тросом.

На вопрос комбрига, кто он и откуда, сапер, стуча зубами, ответил:

Андрей Прокопенко, с Полтавщины.

Буксируемая двумя танками провалившаяся в реку машина Соколова была вытащена. Воентехник первого ранга Козлов получил от комбрига приличную взбучку за лопнувший трос и категорический приказ надежно укрепить настил.

День прошел без особых событий, и с наступлением темноты началась переправа. К двенадцати ночи штаб бригады и танковые батальоны сосредоточились в лесу восточнее Красково. Здесь и началась непосредственная подготовка к предстоящим боям.