Чтение онлайн

— Представляешь, когда Лешка ходил сегодня гулять, он встретил Катю.

— Ну и что тут такого?

— Она увидела, что он снова ходит, и призналась ему, что по-прежнему его любит.

— Слушай, дорогая, я знать больше не хочу ничего про эту Катю. Пусть говорит, что хочет. Надеюсь, Леша не придал ее словам большого значения.

— Вроде бы нет.

— Ну, вот и все. Главное, что он на ноги встал, а проблемы с Катей — дело десятое — уверенно сказал Самойлов. — И вообще, пусть

молодежь решает свои дела, а нам нужно думать о наших.

— А какие у нас дела? — спросила Полина.

— Ну, например, тебе надо решить, какое платье ты наденешь в ресторан на нашу серебряную свадьбу.

— Да, вот это проблема! — рассмеялась Полина.

— Есть идея: платье тоже должно быть серебряным, — шутливо предложил Самойлов.

— Ты шутишь, а я ведь действительно ничего не успею сшить…

Самойлов обнял Полину:

— Давай думать о хорошем, Полинка, и радоваться тому, что наконец-то у нас нет настоящих поводов для огорчения.

— Ты прав, — ответила Полина и потерлась щекой о его щеку.

Зинаида и Сан Саныч довольно быстро добрались до милиции. Они зашли в коридор, где сидел дежурный, и немного потоптались на пороге, прежде чем спросить о Маше.

— Здравствуйте, — обратилась к дежурному Зинаида. — Как бы нам узнать, что там с моей внучкой, а? У вас она где-то…

— Фамилия? — сухо спросил дежурный.

— Никитенко.

Дежурный полистал книгу с записями и ответил:

— У следователя, на допросе.

— А как бы нам ее увидеть? — спросила Зинаида.

— Увидеть ее сейчас нельзя — сказано же, допрос идет, — объяснил дежурный. — Хотите — подождите здесь.

— Ну хоть бы одним глазком взглянуть, а? — жалобно попросила Зинаида.

— Не положено, говорят же! — оборвал ее милиционер.

— Хоть передачку ей отдать… — в тон Зинаиде попросил Сан Саныч.

— И передачи тоже пока не принимаются! Не мешайте работать! — Дежурный дал понять, что разговор окончен.

В это время в коридор вышел Костя, и Зинаида бросилась к нему.

— Костя, ну что там?! Все выяснилось?

— Да, все наконец выяснилось, — мрачно ответил Костя.

— Слава Богу! — облегченно вздохнула Зинаида. — Но почему так долго? Когда ее отпустят?

— Боюсь, теперь не скоро, Зинаида Степановна. Все очень и очень серьезно.

— Так ты же сказал, что все выяснилось? — удивился Сан Саныч.

— Она ведь не виновата! — убежденно сказала Зинаида.

— Вы, оказывается, совершенно не знаете свою внучку, — покачал головой Костя. — Да и я в ней сильно ошибался…

— Костя, объясни толком! В чем ее обвиняют? — спросил Сан Саныч.

— Задайте эти вопросы следователю, он вам все объяснит. А мне некогда.

Костя махнул рукой и быстро вышел

из милиции. Ему было необыкновенно легко. Как славно все сложилось. Как хорошо он придумал и отвел от себя подозрения!

В это время следователь задавал Маше вопросы:

— Значит, несмотря на все улики, вы не намерены признаваться в содеянном?

— Да, — уверенно сказала Маша, — потому что я ничего не делала.

— Что ж, жаль, что вы продолжаете упорствовать. Я давал вам шанс изменить вашу участь.

— Каким образом?

— Если бы вы признались и раскаялись, уголовное дело, заведенное против вас, можно было бы переквалифицировать на причинение вреда здоровью по неосторожности. Но вы почему-то не желаете воспользоваться этим, — искренне удивился следователь.

— Потому что я невиновна, — отрезала Маша.

Дело ваше, — сказал следователь и продолжил официальным тоном: — Мария Николаевна Никитенко, вы обвиняетесь в попытке покушения на жизнь Алексея Самойлова. Я вынужден на время следствия заключить вас под стражу.

Следователь нажал кнопку на столе. Тут же вошел дежурный.

— Вызывали, Григорий Тимофеевич? — спросил он.

— Да. Уведите гражданку Никитенко в камеру предварительного заключения.

Маша поняла, что впереди ее ждут серьезные испытания.

Убежав от отца, Катя выплакалась и пришла домой. Мама ждала ее:

— Ну что? Ты нашла его?

— Да, он был в офисе.

— Вы поговорили? Что он тебе сказал? — Таисии не терпелось поскорее узнать о результате разговора.

— Мама, я не хочу про него больше слышать. Мы будем жить без него, — сурово заявила дочь.

Таисия даже присела.

— Он так сказал? — ахнула она.

— Это я тебе говорю! — выкрикнула Катя. — Так будет лучше для всех, и для нас с тобой.

— Постой, Катя, я тебя не за тем туда посылала! Что значит «без него»?! Нам надо вернуть его в семью! — Таисия не ожидала такого поворота событий.

— Мама, он нам не нужен. Он предал тебя. И меня тоже.

— Ты что, ему так и сказала? — У Таисии просто опустились руки.

— Да, представь себе. И еще сказала, что он мне больше не отец. Ненавижу его.

— И его не испугало, что он навсегда потеряет дочь? — спросила Таисия.

— Не знаю. И знать не хочу.

Катя зашла к себе в комнату и хлопнула дверью.

— Вот и посмотрим, дорога ты ему или нет, — сказала Таисия закрытой двери. — Любит он тебя или нет.

Если любит — то вернется.

Буравин все еще переживал разговор с Катей, когда в кабинет зашел Самойлов:

— Привет, Витя!

— Привет, — ответил Буравин, вставая и подавая руку.

— Витя, такое счастье! У нас Алешка начал ходить!