Тени
Шрифт:
Слова вышли прямо из его рта.
— Что ты делаешь в эти выходные?
Ручка, которую она держала в руке, остановилась. Она моргнула, будто удивилась, но затем её ресницы взмыли вверх.
— Отец работает всю неделю, так что мы практически не видим его, и в субботу мы проводим время всей семьёй с дядей Уиллом, — она отвернулась. — Но я свободна в воскресенье.
Воскресенье казалось очень далёким, но он возьмёт его.
— Хотела бы ты сходить на ланч?
Её розовые губы приняли форму О и расплылись в улыбке.
— Ты спрашиваешь
Прежде, чем он смог ответь, по проходу медленно прошелся Деймон, острый взгляд которого сразу же переключился на Бетани. Небольшая улыбка появилась на его сжатых губах. Такую улыбку он обычно использовал на людях перед тем, как хотел съесть их живьем.
Бетани улыбнулась в ответ.
Доусону захотелось долго бить голову брата об землю. Собственническая реакция победила внутренний контроль, что не укрылось от самого Деймона. Его глаза сузились. Используя один из видов общения, который был характерен для их народа, Доусон послал брату сообщение. Перестань, брат.
Ни одна эмоция не отразилась на лице Деймона. Что я делаю?
Доусон начал открытую контр-атаку, но остановился. О чем, черт возьми, он предупреждал своего брата? Чтобы он не смотрел так на Бетани? Деймон не уклоняется от человеческих женщин, но и не имеет привычки бегать за ними.
Решив игнорировать мысли прямо сейчас, (он был уверен, что найдет способ объяснить причину их появление позже), Доусон сфокусировался на том, что было действительно важно. Бетани.
— Разве я спрашиваю тебя? Это просто звучит так.
Сзади послышался звук, словно Деймон чем-то подавился, и в голове раздался голос брата: "Что за черт, брат?"
Доусон не ответил, но не было никакой ошибки в том, что Деймон был действительно напряжен из-за ситуации, и что еще состоится разговор на эту тему, но как ни странно, парню и правда было все равно.
Он улыбнулся Бетани.
4
У Бетани был своего рода шок. Да, она ожидала, что Доусон обратится к ней, может, даже немного будет флиртовать, но он пригласил ее? Просто так? Румянец удивил ее… и впечатлил.
— Хорошо, — она мельком взглянула на ручку в своей руке, интересно, как она выйдет из дома с мальчиком. — Эм, может, мы встретимся где-то…?
Вспышки удовлетворения усилили оттенок его зеленых глаз.
— Я могу забрать тебя.
Ох, нет, нет, нет. Она могла видеть проницательный взгляд матери сейчас, поскольку Бетани была уже готова к неизбежному допросу. Девушка пришла в замешательство, обхватив ручку пальцами.
— Эм, лучше встретимся c тобой где-нибудь. Ничего личного, но мои родители…
— Строгие? Круто, — он ничуть не смутился, и она оценила это
— Есть одна закусочная в городе. Ничего особенного, но еда там отличная. Дымовая Труба. Ты слышала о ней?
Она не слышала об этом, и Доусон быстро дал ей адрес. Ничего трудного, чтобы найти
Пока они говорили, Бетани не замечала несколько девочек, а именно блондинку впереди себя, явно подслушивает. Блондинка обладала красивым телом, маленьким лицом, самоуверенным взглядом. Находясь вблизи 5–8, Бетани чувствовала, что Годзилла сидит позади нее. И позже она заметила брата-близнеца Доусона.
Он также подслушивал.
Через плечо Доусона он смотрел на них, прищурившись. Иногда его суровое выражение говорило о то, что ему не нравится то, что он слышит. Дрожащая челюсть выдавала и его тоже.
Она не знала о его отношение, но решила, что лучше держаться от него подальше… и от Барби.
Урок начался. На очереди было чтение "Гордости и предубеждения". Пока мистер Паттерсон раздавал романы, от большинства парней в классе слышалось недовольное ворчание. Она уже читала книгу, три раза, так что эссе о лежащих в основе сюжета социальных вопросах того времени, не было для неё ничем страшным.
Разместив роман на столе, она волей заставила себя сосредоточиться на лекции, но ее разум возвращался к парню позади нее. Его лосьон после бритья лесной, походно-спортивный аромат, который напоминал ей костер.
Очень приятный запах.
Особенный — и ничего мальчишеского. Черт, в Доусоне вообще не было ничего мальчишеского. Очевидно, он был её возраста — лет шестнадцати, но если бы она встретила его вне школы, то могла принять скорее всего за парня из колледжа. В нем была необыкновенная уверенность — то, чего так не хватает большинству мальчиков в этом возрасте.
Возможно, она не была в этой лиги. Парни, подобно ему, как правило, имеют толпу девчонок. Подруг, как Барби. Ни девушек, у которых обычно руки в краске.
Посмотрев на свои руки, она съежилась. Зеленая краска была под ее мизинцем еще с прошлой ночи. Ее щеки порозовели. Прошлой ночью она раскрашивала лицо Доусона, даже когда сказала себе, не делать этого.
Но она поддалась этому и позже продолжила.
Черт, побери. Навязчивые идеи всегда начинаются с чьёго-то лица, не так ли?
Закусив кончик ручки, она сделала вид, что решила размять шею: налево, потом направо. Бегло посмотрела через свое плечо, и увидела, что Доусон смотрит на нее своим напряженным взглядом.
Их взгляды встретились.
Из ее легких вышибло воздух. Снова в его взгляде концентрировалась власть, вызывавшая танец дрожи по коже. Как и вчера, в коридоре, она почувствовала желание отступить. Потому что все, что было в его глазах… было ненормально, та реальная власть, которую она не смогла запечатлеть на картине. Почти светящаяся особенность, которую она не смогла получить правильно. Он подмигнул, и, черт, если это не выглядело сексуально. Не отвратительно или глупо. Это был тот вид подмигивания, каким подмигивают звезды на экране. Нечто, что никто в реальной жизни не смог бы осуществить.